Есть попадание! Специально заточенное под таких противников оружие, попав в полуматериальное тело, сработало, выпуская из себя паутинные нити, опутывающие жертву, лишающие её контроля над собственной магией, обрушивая на пол… и приковывая к поверхности. Бороться против такого можно, но исключительно будучи полноценным и хоть немного обученным магом. Здесь же этого не было и быть не могло. Искусственно измененное создание, отсутствие опоры на настоящую память, минимально вложенные способности по управлению дарованным потенциалом. И нулевой практически опыт, что неудивительно, ибо откуда ему взяться то при перерождении всего пару-тройку дней тому назад… или неделю, я уж и не интересовался подобными мелочами. В любом случае, важнейшая часть контура была нейтрализована.
Остальные? Разумеется, я следил и за ними, но они, словно загипнотизированные, даже не попытались помочь, видимо, выполняя ранее полученный приказ — занять места в контуре. Проклятье, да уже почти что заняли, лишь когда мне удалось спеленать отягощённую цепями певичку, засуетившись. Или это Мак-Кинси спохватился? Уже не столь и важно.
Важнее было другое… это помимо того, что удалось лишить контур уже второй составляющей. Гарпун! Не мой, который был использован для того самого пеленания. Другой, мать его за ногу. Тот, который был уже у неё. Был, чёрт побери! Просто, как оказалось, этот самый артефакт мог использоваться и в четвёртом варианте, как концентратор-переходник, облегчающий «втыкание» существа в гнездо контура. Мак-Кинси всё ж настоящий гений. Хоть и псих, и маньячина. Предвидел, предусмотрел, что оставленное артефактное оружие непременно будет использовано Харальдом и Хоффман для сдерживания наиболее опасных для них противников. Использовано для одной части жертвоприношения элементами одного из последних этапов. Хитро, замысловато, но действенно и к тому же придавало особые нюансы. Ведь приносящие жертву не знали про это, действовали вслепую, но вместе с тем от души, со всей душевной отдачей, тем самым… Не знаю уж, какие именно оттенки получаемой силы тут были важны. Не знаю, но непременно поинтересуюсь потом, у собственно архигерцога Рабастана или у кого-то из его спецов по ритуалистике. Важные нюансы, их в сторону отбрасывать никоим образом не рекомендуется.
Это всё потом, сейчас же другое. Один гарпун удерживал выбитую мной из ритуала цель. Второй же, которым её пришпилили раньше, но использовав не совсем так, как полагалось, до сих пор оставался включённым в энергетическую структуру мистического создания. И его предстояло… выдернуть. Жёстко, грубо, но вместе с тем не бездумно. Тут ведь не чисто физическое извлечение, а ещё и отрыв начавших сливаться энергетических структур. Болезненный, словно бы срывающий едва образовавшуюся корку с начавшей затягиваться раны.
Именно это я и сделал, спикировав к поверхности, используя небольшое оставшееся у меня время. Рывок и… Очередной крик пленённого существа, но уже совсем иной, более человечный, что ли. Выражение глаз опять же изменилось, с злобного и ненавидящего до на мгновение ошарашенного, но тут же начинающего осознавать. Неужто? А ведь по ходу так и есть. Шоковая терапия явно сорвала блоки с памяти, а искусственную и априори ущербную личность вновь вытесняла настоящая, естественная.
— Алиса, Харальд… Сюда!
Не предложение, приказ. Но на него союзники среагировали. Правильно, явно успели если не принять мою новую внешность, то хотя бы временно отставить данный факт в сторону. А разделяться сейчас было бы совсем-совсем неправильным. Уже потому, что Мак-Кинси, поняв частичное фиаско построения второго ритуального контура, явно что-то задумал.
Кстати, по поводу построения. Оставшиеся пять сущностей всё равно занимали места. Только вот отсутствующие элементы, запланированные для встраивания в узлы «тоски» и «обречённости», приходилось как-то менять. Как? Тут приходилось изворачиваться. В доминантный узел маньяку-демиургу пришлось переставлять сущность, изначально заточенную под «отчаяние» — того самого шарообразного, ранее бывшего офицером ВВС. Что же до двух всё едино пустых мест… Их требовалось хоть как-то, но заполнять, искать мало-мальски подходящий суррогат. Срочно искать, поскольку пустоты в вот-вот долженствующем начаться ритуале были категорически недопустимы.
Лучший из худших вариантов? Заместить пустующие места в числе Семерых кем-то из Двенадцати, а уже на их места вставить что-то из низших тварей. Однако, судя по всему, извлечь уже вставленный элемент не представлялось возможным. Потому низшими Мак-Кинси вынужден был заменять двух из Семерых. Жаль, что только двух, но большее количество перехватить тупо не получалось.
— Сейчас полезут. Приготовьтесь.
— Кто? — несколько опешил Харальд, меж тем готовый стрелять во всех, кто появится.
— Обычные твари. Их роль в ритуале тоже важна. Только не пойму до конца…
Упс, а вот уже и понял. Утроба — это не просто так. Тут, помимо прочего, ещё и готовность ЖРАТЬ. Вот и сейчас открылось сразу несколько пастей, урчаших и облизывающихся в готовности поглощать… топливо. Топливо из числа тех самых созданий, с которыми я сталкивался с самого начала своего тут пребывания.
Что тут делать? Уж точно не пытаться мощным наскоком проломить защиту собственно Утробы. Слишком она была хороша, да и контуры — полностью выстроенный внешний, частично сформированный внутренний да ещё с главным создателем в центре — заметно улучшали ту самую защиту от физических и магических воздействий. А вот не дать эту Утробу откормить, лишить солидной части необходимой для последней части ритуала энергии — тут уже совсем другое дело. Оставалось лишь реализовать… скромными силами, всего втроём. Или… Чуток времени у меня ещё есть, пока зов, обращённый ко всем творениям со стороны их создателя, только начался, набирая мощь.
— Как тебя зовут, помнишь? — спрашиваю, обращаясь к девице с цепями, сохранившей свою мистическую изменённость, но вместе с тем, по ощутимым признакам, восстановившей настоящую личность.
— Ра… Рамона.
— Вот этого человека, — тычок пальцем в сторону Харальда, — узнаёшь?
— Харальд. Мой… сосед по дому. Здесь… пытался помочь. Когда я… ум… умерла.
— Если ещё говоришь и даже соображать пытаешь, пусть плоховато, то не совсем и померла, — саркастически усмехаюсь. — Просто изменилась. Выжить хочешь? Нормально, с памятью и осознанием?
— Да!
— Про способность использовать новоприобретённое даже не спрашиваю — это и так очевидно, — никакого лукавства, тут было сразу заметно. Мне так уж точно. — Если сейчас отпущу, не удерёшь, поможешь в схватке? И да, удрать будет глупым ходом, тебя этот вот Мак-Кинси, организатор всего, один бес найдёт и заново сотрёт личность, превращая в то, чем ты была. Хотя может и не помнишь недавнего.
— Помню! — злоба, ненависть, в концентрации запредельной. — Я помню всё. Смотрела, всё понимала, но ничего не могла сделать.
— Вот даже как. Впрочем, оно и понятно, и обоснованно в некоторой степени. Для обречённости подобный коктейль из ненависти и бессилия в самый раз, — выдёргиваю гарпун из тела этого полупривидения, замечая, что особых повреждений то она и не понесла. Так, травмы энергетики уровня пониже среднего. — Тогда прикрываешь Харальда и Алису, его спутницу. Вы, — обращаюсь уже к ним, — прицельно отстреливаете тварей, не давая им добраться до пастей Утробы. Я бью магией и алхимией по большим скоплениям с той же самой целью. И начинаем… Вот прямо сейчас!
Лезли. Твари лезли со всех сторон и единственной их целью было оказаться рядом с одной из пастей Утробы, дабы быть поглощёнными, тем самым дав омерзительному созданию Мак-Кинси очередную порцию столь необходимой энергии. Мне же. получившему возможность восполнять магию при помощи эликсиров маны, а также использовать алхимические атакующие составы, оставалось сдерживать это.
К сожалению, основанная на стихиях алхимия тут была не слишком эффективна. Против частично призрачных существ особенно. Что им пламя, лёд, кислота? Опасны, конечно, но далеко не так сильно, как обычным, полностью материальным созданиям. Приходилось тщательно выбирать что метаемые склянки, что срывающиеся с руки активированные чары.