Вспышка. И вот Пламя Феникса, вырвавшееся из столь маленького на вид флакончика, пожирает немалую кучку знакомых мне шприцеметателей и нескольких двухголовых ящеров впридачу. Лопается под напором предельно концентрированной ледяной эссенции, Поцелуя Севера, другая склянка, после чего падают насквозь промороженные «бабочки» и целая стая «летучих мышей», которым теперь бритвенно-острые крылья, внушительные когти и ядовитые зубы уже ничем не помогут. Заволакивает немалые пространства кислота, опять же алхимическая, доставляя неприятности все и каждому. Кому-то больше кому-то меньше, но всё едино, невредимым не уходит почти никто.
Почти, потому как призраки и околопризраки — это явления иного порядка. По этим приходится бить Тьмой, Смертью — сам ей не владею, но алхимия, опять она, ибо старался всяким-разным запастись — той же Алой Дымкой радовать, оказавшейся на удивление полезной против подобных противников. Алхимия плюс заклятья равны большим проблемам для не подготовленного с таким атакам противника. Не рассчитывал Вальтер Мак-Кинси на такой отпор, на массовое уничтожение низших тварей площадными заклятьями. Вот теперь и расхлёбывал, как по мне, безуспешно.
Полночь. Она не близилась, она, как говорится, подкралась незаметно, причём с тылу. Подкралась и… Воистину, обернись вокруг себя, что-то трахают тебя. Не получающая должной подпитки Утроба содрогалась, пытаясь выполнить предназначенную ей роль, только получалось это плоховато. Совсем хреново получалось, откровенно то говоря. Пускай два пустых места Семерых заняли парочка доползших таки, проскользнувших полупризраков из числа низших, это помогло не сильно.
Слишком большую часть всё ещё прибывающих тварей удалось помножить на ноль. Мне, а также метко стреляющим Харальду с Алисой, которых сейчас защищала переполненная праведной своей ненавистью Рамона, цепями потрошащая оказывающихся слишком близко тварей и жуткими воплями отбрасывающая, ввергающая в инстинктивный страх иных. Неожиданное, но очень полезное подкрепление.
Что оставалось делать Мак-Кинси, учитывая, что Утробе категорически не хватало получаемой энергии? Исключительно попробовать добавить к полноценным Двенадцати и ущербным Семерым полную Триаду из плоти, разума и духа. А для этого необходимо было во что бы то ни стало захватить живыми, пускай и сколь угодно покалеченными, Алису и Харальда. Сделать же это, учитывая невозможность извлечь уже установленные в гнезда ритуального построения элементы, мог лишь он сам. Как устроитель ритуала, Мак-Кинси сохранял свободу действий и ту самую подвижность, возможность покинуть Утробу.
Покинул. Не на своих двоих, а будучи как бы наездником странного шестиногого создания, напоминающего этакого осьминога, что мог похвастаться присосками на каждом щупальце, способностью бегать по потолку и стенам, игнорируя гравитацию, а также плеваться взрывающимися клейкой паутиной сгустками.
Пофиг на скакуна, пусть и шестиногого, опасным был прежде всего всадник. Мак-Кинси, неведомым образом получивший немалую магическую мощь, бил грубо, сворачивая энергию в струны и пульсары, смешивая воедино Смерть, Разум и Жизнь. Рвал саму реальность в клочья, поражая концентрацией и частотой атак. И атаковал этот паразит прежде всего меня, видя первое и главное препятствие собственным планам. Тут только и оставалось, что отбиваться, чередуя Тьму, относительно простые заклятья Хаоса и те самые азы школы Крови. А ещё крутиться, используя высокую маневренность, ожидая подходящего момента, чтобы достать тем самым костяным клинком, очень подходящим против именно этого противника.
Минута, другая, вот уже третья… Выматывание противника было на руку скорее мне, поскольку Утроба нуждалась в скорейшей подпитке, а она, миль пардон, блистала отсутствием. Вот Мак-Кинси и дёргался, стремясь не просто закончить бой, а сделать это поскорее. Но подставлять мне спину никак не осмелился рискнуть, понимая, что тут же и огребёт самым немилосердным образом.
Атака. Ещё одна. Мля. Бедная реальность, которая реально плавилась. Стены плыли, трансформировались в нечто совсем уж непотребное. Корёжило уже саму Утробу от перепадов энергий, от свивающихся в жгуты и вновь распадающихся энерголиний. Творилось Архидемон ведает что, а я всё продолжал уклоняться, контратаковать и искать подходящий для действительно серьёзного, критического удара момент.
И вот он, момент. Несколько неожиданный даже для меня, поскольку Вальтер Мак-Кинси вынужден был отвлечься на какие-то мгновения, ставя барьер, чтобы по нему не ударили добрых два десятка ржавых цепей, отстреленных Рамоной, использованные как оружие дальнего боя, но с относительно малой дистанции. Я ощутил, что вложилась она в этот залп от души, добавив к собственно естественной для её новой формы магии ещё и ту самую обречённость, замешанную за злобе и ненависти, которую бывшая певица должна была воплотить в ритуале. И добавила идущим от самого нутра воплем. А уж голос, он как нельзя лучше передаёт эмоции, для того, собственно, изначально и предназначен.
Мгновения отвлечённости. Единственное мгновение замешательства. И вот, сократив дистанцию, дотягиваюсь до Мак-Кинси клинком, который хорошо так врубается в плечо, рассекая его, затем грудину… Следом Копьё Тьмы, аккурат в голову, после чего разрыв дистанции, понимая, что ответка вот прямо сейчас прилетит.
Прилетела, да так, что меня просто снесло, ломая крылья при ударе о стену, измочаливая руку с клинком. Боль, ускользающее сознание… Но выдержки хватило, чтобы сперва проглотить извлечённый целебный эликсир, затем стимулятор, ну а потом, когда откат позволил, и Исцеление пришлось в масть.
Эх, чуть было не прикончили. Расчёт расчётом, но скорость реакции и глубину отчаяния врага, понявшего, что всё рушится, недооценивать нельзя. Враг, да… Мак-Кинси, как оказалось, уже агонизировал, добиваемый вошедшей в раж Рамоной и приблизившимися, опустошающими магазины помповика и пистолета Харальда с Алисой. Шестиногого скакуна, кстати, тоже прикончить успели. Пусть ставят жирную точку, это им на пользу. Зато мне нужно разобраться с Утробой. Да-да, именно с ней, благо это порождение больного разума получило очередную и очень немалую порцию энергии. откуда? Добровольная жертва умирающего создателя. Чёртов Вальтер! Воистину фанатично преданный собственной идее, желающий во что бы то ни стало вырастить божество для этого мира. А значит…
Крылья ещё не успели как следует восстановиться, но это и не важно. Достаточно оставшейся алхимии, телекинетического воздействия и предварительно пущенного в Утробу Копья Тьмы. Заклятье нужно было для того, чтобы пробить дыру в защите, пронзить плоть. Ну а в открывшуюся прореху отправилась алхимия. Вся оставшаяся из числа боевой. Пусть Утроба попробует переварить такой инфернальный коктейль! И если у меня получится размолотить сие уродство в лоскуты, то придёт пора последнего, завершающего, жизненно важного штриха, ради которого многое и затевалось. Ну же, ну…
Есть. Это нельзя было назвать взрывом, скорее буйством магии разных направлений. А уж что бывает, когда это буйство происходит в одном месте, направлено на одну цель… Плохо этой цели приходится, совсем кердыкнуться намеревается в подавляющем большинстве случаев. Конкретный исключением не был. Ощущалось, как Утроба содрогнулась в последний раз, испустила импульс силы совсем уж особого спектра и… всё.
Всё? Как бы не так! Я чувствовал, что та цель, ради которой я и появился в этом мире, находилась близко. Не на теле Вальтера Мак-Кинси, как предполагал изначально. Не-ет, он больше всего ценил не себя, а собственное творение. Вот и использовал, как я понимаю, Печать для усиления ритуала таким вот манером. И для того, чтобы её достать, мне явно предстояло окунуться в помои по самую маковку. В прямом, а вовсе не в переносном смысле. Делая шаг за шагом в направлении уже мёртвой Утробы, я осознавал это всё сильнее и сильнее. Столь же более сильным становились доносящиеся от дохлятины запахи, да и чувство общей брезгливости не давало о себе забыть.