Ребята предложили мне продолжить тусовку и составить им компанию:

— Пойдем в новую «стекляшку», — предложил Рик, самый непоседливый и активный во всей четверке.

— У них дорого, — нахмурилась Ена, — да и еда из этого пищевого синтезатора мне не нравится. Размазня какая-то, хоть и дешевая.

— Я предлагаю опять к деду Каю, — выдвинула альтернативное предложение Сая. — У него мясо на углях и мед.

— Надо было раньше, — хмурится теперь уже Рик, почесывая затылок. — Сейчас, наверное, уже все места заняты.

— Не проблема, — басит здоровяк Эрд, — с собой возьмем.

— Да, Эрд прав, — соглашается Ена, — в «стекляшке» ни меда, ни пива нет.

Все никак не привыкну к местным суткам. И вроде с раннего утра уже полный рабочий день отработал, соответственно возрасту, а всего-то время обеда подошло, и до вечера еще часов двенадцать.

В конечном счете, решили идти к какому-то деду Каю. Мне все равно, любое место в новинку.

Прошли несколько улиц и оказались возле большой поляны, посреди которой стоял колесный фургон, эдакий дом на колесах. Рядом с фургоном возвышалась большая каменная жаровня с железной решеткой, под которой тлели древесные угли. Уже немолодой мужик, на вид что-то около семидесяти, колдовал над жаровней, выкладывая на решетку куски натурального мяса. Запах стоял такой, что у меня слюни стали течь сами собой. Что-то подобное однажды видел в дорогом ресторане на Плиму, но там все обставлено было с большой выдумкой и намного изящней. А тут грубо, по-простому: жаровня, стол с маринованным мясом, какие-то овощи, сырые и печеные, нарезанные куски хлеба, бочонки с каким-то напитком под названием мед, ну и деревянные столы с лавками намертво вкопанные в землю вокруг жаровни.

Рик и Ена побежали вперед, занимать очередь, а Эрд и Сая остались ждать пока я посажу глайдер и покину седло. Так лихо скакать я не мог, даже учитывая, что симулирую пустотный синдром.

Как только добрались до убежавшей вперед парочки, Ена тут же принялась мне рассказывать, что происходит у жаровни. Оказывается, сегодня в меню было мясо степной косули, которую старику принесли охотники, каковых в городе осталось еще очень много. Еще рассказала, что это традиционная пища для этого региона. Пока стояли и мирно болтали, а довольно длинная очередь все же продвигалась.

В какой-то момент, я заметил, как Эрд, который смотрел куда-то в сторону и мне за спину, нахмурился и, буквально, через пару секунд меня в спину довольно сильно толкнули.

— Эй, мелкий! Ты чего в пустотный комбез вырядился? Корчишь из себя покорителя космоса?

Осторожно повернувшись, увидел у себя за спиной троих, довольно крупных парней, возрастом примерно, как и мои коллеги по работе. Самый крепкий среди них, такой же конопатый как Ена, разглядывал меня с кривой ухмылкой, явно намереваясь затеять драку, или просто покуражится.

— И что это у тебя за костыли, ты что инвалид?

— Как бы странно это ни звучало, но на все ваши вопросы, ответ — да. Я не просто покоритель космоса, я там родился, и да, я инвалид, а эти костыли называются экзоскелет.

— Ты чего такой дерзкий, шкет⁈ Нарываешься?

— Вы первым инициировали тему разговора.

— Че сказал? — еще больше скривился бугай, выгибая одну бровь.

— Сказал, что вы первым заинтересовались моей одеждой и протезами, — терпеливо произнес я.

— Не лезь к нему, Тик, — попытался осадить смутьяна крепыш Эрд. — Мало тебе с братьями неприятностей? То и дело в офисе шерифа гостите.

— Ты, Эрд, не лезь не в свое дело, целее будешь. Если мелкий такой дерзкий, то путь покажет, чего стоит или пусть… оплатит наш обед! Давай шкет! Один на один, с Лоем, он твой ровесник, а то я тебя еще зашибу ненароком.

— Это плохая идея и крайне опасная для вас, Тик, если не ошибаюсь. Мое имя, кстати, Нео Грин. Я так понимаю, вы предлагаете рукопашный поединок? Я правильно вас понял? Боюсь вы очень сильно недооценили мои возможности. Поединок, в любом раскладе, будет не в вашу пользу.

— Что шкет, схватишься за свою пукалку и всех нас тут уложишь?

— Вы имеете ввиду станнер? Нет, Тик, я не намерен им пользоваться. Все дело в том, что без своих костылей, я не могу удерживать вертикальное положение. Отчего сама идея поединка теряет смысл. А с костылями и в пустотном комбезе, как вы выразились, который, к слову, способен усилить меня примерно в два раза, а костыли примерно в десять, у вас и вовсе не остается шансов, решись вы на атаку хоть все втроем.

— Ты что, прыщ! Бессмертный что ли⁈

— В некотором смысле, — вновь киваю я соглашаясь. — Не совсем бессмертный, я все-таки лишь на половину Эфеец, и скорее долгоживущий. Если поберегу себя, то уверенно доживу до следующего тысячелетия.

— Не, ну ты наглый! Если зассал драться, давай денег!

— Если уж ставить вопрос в таком ракурсе. То, пожалуй, я готов предложить вам одноразовую оплачиваемую работу. Заплачу щедро. Мне очень трудно стоять, Тик, после работы я совершил довольно утомительную прогулку, и сейчас держусь из последних сил. Если вы окажете нам любезность и купите для меня и моих коллег порцию мяса с овощами и мед, пока мы подождем за столиком, я заплачу вам тысячу саг. Как вам мое предложение?

— Не стану я вам прислуживать! — тут же отказался Тик.

— В таком случае, мне не за что будет вам платить. От рукопашной схватки вы благоразумно отказались, а теперь и от предложенной работы.

— Ну все, ты меня достал, шкет!

— А ну-ка брысь отсюда, Тик! — вмешался в нашу перепалку тот мужик, что стоял у жаровни. — Ты чего нашего новенького задираешь, паршивец⁈ Не умеешь ведь выбирать противников, остолоп! Первое правило всех ветеранов объема, никогда, ни при каких обстоятельствах, не связывайся, мать твою, с пустотниками! — продекларировал мужик аксиому, потрясая перед удивленным Тиком и его братьями, лопаткой, которой переворачивал мясо. — Это здесь, на планете, ты король, а он инвалид. И чтобы такие как ты их не донимали, они забиваются специальной техникой! Вот этими самыми комбинезонами и экзоскелетами. Пока он в них, вы все ему не соперники, а когда придет время их снимать, то королем будет уже он! Как я слышу, пока новенький в очень хорошем настроении и очень вежлив, а если это так, то пора тебе Тик, со своей сворой, «делать ноги», а то лучше я ваши поганые языки вырву лично и зажарю, чем наш новенький, вас дебилов, поубивает. А теперь катись ко всем чертям, сопляки, не то опять мамаше твоей расскажу, как ты бедокуришь!

Даже несмотря на то, что Пан, сидящий у себя, во все еще строящемся логове, обнаружил заметное гравитационное возмущение, на которое поспешил обратить и мое внимание, оказалось, что это всего лишь начало. В систему вошел всего лишь авангард, не просто имперской, а союзной сборной эскадры численностью в пятьсот вымпелов.

Новостные сводки выдавались в спокойном, сдержанном тоне, но те, кто имел хоть какой-то опыт, связанный с военным или с гражданским флотом, нервно грызли ногти, с ужасом представляя какой же будет основная, ударная эскадра если такой большой авангард. Таким человеком оказался окружной шериф Лон, который, по его же словам, кое-как выдержал пятилетний контракт рядовым артиллеристом на боевом крейсере.

Буквально на следующий день после новостей о появлении в системе авангарда, он лично зашел ко мне на работу в ангар торговца и, тихо, чтобы особо никто не слышал, пригласил поучаствовать в собрании так называемых «старейшин». Под этим словом в городке подразумевались уважаемые и опытные люди, имевшие немалый жизненный опыт в том числе службы или работы в объеме. Само собой, что подобного статуса я не удостоился, но им было бы очень интересно послушать и мое мнение.

Собирались уже ближе к вечеру, как раз в том самом кафе «Сытый рабу» на центральной площади, что вечерами действительно превращается в довольно злачное питейное заведение, в котором полностью меняется обслуживающий персонал. После работы в моем распоряжении имелось достаточно времени, чтобы как следует изучить вопрос из открытых источников и собрать достаточно материалов для понимания проблемы.