— Не переживай доедим до места, там перекинешься и никакого шрама не останется. Регенерация зверя — это мощная вещь. Поэтому-то нам и нельзя тратить время. Франк велел привезти груз как можно быстрее. А Франка, ты знаешь, лучше не злить. Как засунул зверя в тебя, так и заберёт. Так что не скули и пристегни ремень. Сейчас пост будем проезжать.

Второй, имени которого я до сих пор не услышала, ничего не ответил на слова Джека. Затем какое-то время они ехали в тишине. Потом кто-то начал менять каналы радио что-то ища. Музыкальные треки меняли друг друга один за другим. Это мешало сосредоточиться. Гул в голове начало нарастать. Слава богу это раздражало не только меня.

— Да прекрати ты! — заругался Джек и выключил радио.

Но усидеть в тишине тот второй не смог и завёл разговор по новой.

— Слушай, а может она того? Ну это. Его неудачная попытка?

— Не знаю. — ответил ему Джек, но тут же добавил. — Хотя за последние лет десять у него проколов не было. Из его лаборатории либо на кладбище, либо…

И снова тишина на какое-то время.

— Да и вообще он с девками редко связывается. — вдруг снова заговорил Джек.

— Думаешь это сложнее? — спросил безымянный.

— Не знаю, но может девки нужны особенные. Хрен его знает! Это док в наши головы может влезть, а что твориться в его голове, никто не знает.

— Это да! — согласился тот второй и тут же предположил. — Иногда мне кажется, что Франк, он того, давно свихнулся. Наверное, поэтому ему и девки нужны такие же!

— Это какие же? — усмехнулся Джек.

— Бешеные. Как эта! — ответил второй, видать указывая в мою сторону и уже тише добавил. — И где они такую бешеную суку нашли, эти Блэйквуды!

Блэйквуды!

Одно слово и я всё вспомнила!

Блэйквуды. Алекс и Влад. Мои Альфы.

За долю секунды в голове пронеслись все воспоминания о моих волках. Никогда не верила в то, что такое возможно, но я и в оборотней раньше не верила. Но теперь-то я знала, что они есть. Воспоминания нахлынули одной большой волной. Начиная с первого взгляда на фото, на мониторе компьютера в кабинете мадам Анны. Уже тогда я, наверное, начала влюбляться в моих Альф. И заканчивая тем, как Влад прямо перед моим лицом закрыл дверь ванной комнаты в том гостиничном номере.

Но нет, всё же последним воспоминанием было то, как Влад в теле чёрного волка поднимается, а потом выстрелы и темнота.

Два контрольных!

Точно пистолет был в руках у блондина Джека.

Он убил Влада. Сначала на нас напали другие волки. Влад дрался с ними и эту битву выиграл он. Но потом пришли эти двое, Джек и его напарник и начали зачищать территорию.

Память моя услужливо выполняла свои обязанности, и я вспомнила каждое слово этих двоих, произнесённое в гостиничном номере. И теперь их появление в гостинице, и разговор в машине приобретали совершенно другой окрас.

Они знали, что Влад будет драться в теми волками. Они ждали, когда он обессилит от ран. Ведь каким бы сильным ни был мой Альфа. Когда нападают сразу несколько хищников, даже сильному зверю отбиться одному сложно. Ну а когда мой волк истекал кровью от ран, другие хищники пришли с пистолетом и завершили начатое. При этом они не жалели своих же сородичей. Для каждого из них они приготовили по две пути.

И как он там сказал, огонь не оставляет улик?

Меня начало трясти. Если до этого во мне ещё теплилась надежда, что мой Влад сильный и даже огнестрельное ранение сможет пережить, но ему нужно будет время для того, чтобы выжить. Невероятная регенерация — это тайное оружие оборотней. В этом Джек был прав. То вот именно времени у моего волка и не было. Если кто-то устроил пожар, чтобы уничтожить улики, то в этом же огне сгорел и мой Влад.

И даже если Алекс найдёт меня, то Влада это уже не вернёт!

Я убила одного из двух моих Альф.

Влад мёртв, а Алекс? Он тоже может пострадать из-за меня. И что-то подсказывало мне, что так и будет.

Кто-то, помимо Шрама, Граса-старшего, более влиятельный оборотень желал смерти моим Альфам.

А я, сбежав в Англию, помогла этому свершиться, приблизила смерть любимых.

Сердце разрывалось на части. Рыдания душили. Из-за кляпа во рту было ещё хуже. Я не могла нормально вдохнуть воздух. И тело начало биться в конвульсиях.

Тут же что-то противно запищало, мне прямо под ухо.

Машина резко затормозила и ящик, в котором я лежала, сначала дёрнулся вперёд, обо что-то ударился, а потом откатился назад. Тут же послышались голоса моих похитителей. Их голоса стали ближе, но из-за жуткого писка, я с трудом их различала.

— Что случилось?

— Дебил, ты что вколол ей не всю дозу?!

— Да нет всю! Честно шприц был пустой!

— Где ещё шприц? Если она сдохнет по дороге, Франк нас самих в эти гробы положит.

— Вот шприц.

— Да не тот гроб! Что не видишь, этот! Дай я сам.

Я не видела, как открылась крышка. Мешок на голове был непроницаем. Но по дуновению воздуха я это поняла. Меня всё ещё трясло, а после слова «гроб», стало трясти ещё больше.

Но вот Джек, (думаю, это был именно он) всадил иглу в моё предплечье и начал стягивать мешок.

— Ты что делаешь? — заорал его напарник.

— Если она задохнётся из-за кляпа во рту, что ты делать будешь?

Нет, совсем снимать мешок с головы Джек не стал, но кляп вытащил. Не знаю уж, глоток свежего воздуха так подействовал или же укол, но трясло меня уже меньше, и через приподнятый мешок я смогла осмотреть кузов машины. Это был катафалк. Или что-то похожее на него.

— Ей уже лучше, когда этот писк прекратится? — задал вопрос напарник Джека.

— Когда все её показатели будут в норме. Скажи спасибо, что ошейник есть. А то бы труп привезли.

Пока я осмысливала слова про ошейник, а мой пульс приходил к более или менее нормальному показателю, Джек снова начал засовывать мне кляп в рот. Протестуя, я попыталась отвернуться, отчего мешок сполз, и я увидела лицо Джека. Да это был тот блондин из номера. Он мне кого-то напомнил, но кого именно я не смогла вспомнить.

— Ш-ш-ш. Дыши ровно. — как-то даже успокаивающе сказал он и, тут же надавив на мои челюсти, приказал. — Открой рот!

Видать, всё же начало действовать вколотое лекарство, потому что сил на сопротивление у меня не было. Вот он снова вставил кляп мне в рот и натянул мешок на голову. Почти сразу же умолк и ошейник, о существовании которого я не знала, до того момента, как он запищал.

— Вот ещё шприц. До конца пути будешь сидеть здесь и следить за ней. — сказал Джек.

Крышка закрылась, это я поняла по глухому стуку. Машина тронулась, и мы снова куда-то поехали. В этот раз я не отрубилась сразу. Хотя очень этого хотела. Мои мысли пусть и не вызывали сейчас в теле никакой реакции и были вялыми, но от этого их не стало меньше.

А когда через какое-то время пути, крышка снова открылась, то я очень захотела отрубиться, чтобы не слышать чужое сиплое дыхание и не чувствовать чужие прикосновения. На мне всё ещё был длинный банный халат из отеля. Но кто-то начал раздвигать его полы и оголять мои ноги. Апатичное тело не реагировало, а вот сознание внутри билось как птица в клетке. Только клетку эту было не пробить. Даже ошейник не реагировал.

— Ну, что сучка поиграем? — тихо прямо мне в ухо прошептал напарник Джека. — Жаль по-настоящему поиграть не получиться, но ничего, мне и этого хватит. Потом смогу сказать, что поимел сучку Блэйквудов. Ну-ка покажи, что там у тебя.

Попыталась абстрагироваться от происходящего. Молила бога чтобы сознание отключилось, чтобы не чувствовать, не ощущать, чтобы моя память стёрла эти воспоминания. Но вот только мои мольбы были тщетны. Несмотря на действие укола, я чувствовала, как чужая мужская рука легла на бедро сначала погладила, а потом жёстко сжала нежную кожу. Я даже почувствовала, как он выпустил острые когти. Но «портить шкуру» он не рискнул и когти убрал быстро. И продолжил начатое уже простой человеческой рукой.