Но тут мы снова миновали какие-то двери и вот остановились.

— Слушай, а почему нельзя просто пропустить через неё ток и спалить его? — спросил второй. — Это же такая морока сейчас сканировать её искать маяк, а потом резать её чтобы достать его!

— Если маяк будет в недоступном месте для того, чтобы его извлечь, то тогда сожжём. А так у Франка другие планы на этот маяк. — ответил первый и снова дал указание. Не болтай, а отстёгивай ремни.

Не поверив своим ушам, я затаив дыхание ожидала, когда меня освободят. И мысль о том, для чего они это делают, меня в тот момент не волновала. Я сосредоточилась лишь на том, чтобы лежать и не двигаться. Самым сложным было контролировать своё дыхание, чтобы ошейник не выдал меня.

Вот ремни были расстёгнуты и меня начали перекладывать.

В голове металась мысль: «-Сейчас или рано ещё?»

И пока я решала эту головоломку, судьба всё решила за меня. Только меня переложили на что-то более твёрдое и плоское, как заорала сирена. В этот раз точно пищал не ошейник, ни мой, ни чей-то другой. В этот раз сработала реальная сигнализация. Это было тало так неожиданно, что меня сначала по инерции подняли, собираясь обратно переложить на койку. Но когда кто-то третий что-то крикнул, меня просто уронили на плоский медицинский стол. Еле сдержалась чтобы не выдать себя. Головой ударилась знатно. Так что аж с закрытыми глазами увидела звёздочки. Да ещё и локти ушибла. Остальные части тела были пока не столь чувствительны, поэтому и смогла смолчать.

— Может на койку её? — все же спросил один из медработников таинственной лаборатории, которые привезли меня сюда из клетки.

— Да куда она денется! — ответил второй.

Потом я услышала, как захлопнулась дверь.

Звук сирены стал тише, но всё равно по ней могла судить, что случилось что-то экстренное, раз весь персонал сорвался со своих мест. В подтверждении этого после того, как те двое ушли, по коридору пробежало ещё несколько человек. Кто-то даже заглянул в ту комнату, где на медицинском столе лежала я. Это был кто-то в белом серой медицинской униформе. Смогла разглядеть его мельком из-под припущенных век. Глаза пока не рисковала открыть полностью. Свет раздражал и мешал толком разобрать окружающие меня предметы. Поэтому закрыла снова глаза и подождала пока останусь одна.

Очередной неизвестный прошёлся по комнате, но ко мне не подошёл. И видать, поняв, что меня тут бросили одну, он так же ушёл. И снова топот ног за дверью и какие-то голоса. Слов из-за сирены и закрытой двери не разобрать. Впрочем, меня и не интересовало о чём они говорят.

Я тем временем собиралась силами чтобы сесть, а потом спуститься с высокого стола. И пусть не с первой попытки, но принять сидячее положение, развернуться и скинуть ноги у меня получилось. Ноги были ватными. Руки не слушались. Да ещё и ошейник начал пищать. Я лишь надеялась, что за воем сирены его слышу только я.

Пытаясь не обращать внимание на надоедливый писк, я потихоньку соскользнула со стола и коснулась голыми ступнями холодного кафельного пола. Тут рука соскользнула, и я упала.

Приземлилась на пятую точку и зацепившись за ножку стола, ободрала коленку. Пострадала не сильно, зато вдруг умолк мой ошейник. Хотя уверена сейчас адреналин в крови зашкаливал, а пульс был под сто ударов в минуту, если не больше.

Умолкший ошейник стал для меня знаком. Нельзя было терять время.

Дальше всё происходило то как будто в замедленной сьёмке, то наоборот на быстрой перемотке. Не имея понятия в каком направлении двигаться, я пошла от противного, решив не возвращаться в клутку. А именно выйдя в коридор я повернула налево, так как помнила, откуда меня привезли в этот медицинский кабинет. Да, покидая комнату, я всё же осмотрелась и поняла, что не ослышалась, тут стоял какая-то установка для проведения МРТ или что-то подобного. Она была большой, на типа тех, что в больницах.

Тут же вспомнились слова одного из «медбратьев»:

«— … у Франка другие планы на этот маяк».

Получалось что тайна семьи Блэйквуд уже давно не тайна. И кто-то собирался снова заманить Алекса в ловушку, но теперь уже используя мой маяк.

Тут же при мысли об Алексе, я вспомнила и Влада. Для меня Блэйквуды были всегда вместе, и вот сейчас получалось что остался лишь один. В груди опять что-то сдавило и стало трудно дышать. Еле перебирая ногами, цепляясь за стену я шла по коридору, сама не звания куда. Глаза мои были открыты, но я видела сейчас перед собой не длинный серый коридор, а моих Альф.

Лукавая улыбка Влада и Серьёзный взгляд Алекса.

Мои волки, одного я уже сгубила, а второй…?

А второй ещё жив, но я его слабое место, и кто-то пытается этим воспользоваться.

И лишь понимание этого заставляет меня двигаться дальше. Поэтому я ускоряюсь и почти бегу. Где-то там за моей спиной уже слышны чьи-то голоса. Возможно, кто-то уже обнаружил что я сбежала. Коридоры длинные и слову богу пустые. Сирена уже умолкла. И мне нужно было спешить.

Но вот коридор расходится на стороны. Мне нужно выбрать путь.

На права или на лево?

По наитию иду налево, как мне кажется, туда меня что-то тянет.

Только на этом распутье до меня дошло, что я весь путь при выборе стороны выбирала

Но вот коридор заканчивается и в тупике одна дверь.

Не успела я к ней подойти, как голоса за спиной стали стремительно приближаться и я смогла разобрать слова.

— Да она наверняка пошла сюда, вон смотри капли крови. Быстрее!

Только тут я посмотрела на свою коленку и увидела не сильный, но порез. Видать всё же успокоительные ещё действовали, потому что боли я не чувствовала совсем. А на полу за мной был еле видный, но всё же след из красных капелек. Получалось, что мой побег был с самого начала обречён на провал.

Не задумываясь я открыла единственную дверь и уже в следующую была за ней. Как закрыла замок, сама не поняла, просто услышала щелчок, и развернулась, уперевшись спиной в закрытую, металлическую дверь.

В этом помещении было не так светло, и глаза быстро привыкли к полумраку, а когда я поняла что вижу, то застыла на месте.

Это помещение было похоже на операционную. И я ворвалась сюда возможно с самый разгар операции.

Или опыта?

И это была лаборатория того самого Франкенштейна, о котором говорили Джек и его напарник.

Но кто-то в белом халате реально стоял сейчас между двух операционных столом. На одном из них лежал человек, а на втором…

Волк!

Но не такой как в зоопарке, а намного больше!

Теперь-то я знала, что таких размеров бывают только те волки, которые могут в любой момент принять обличие человека. Память тут же подкинула мне слова Джека, реальный смысл которых я поняла только сейчас:

— Как засунул зверя в тебя, так и заберёт.

Получалось, что, доверившись своим инстинктам я, вместо выхода из этой лаборатории, пришла в самый её центр.

Оба пациента были подключены к какой-то аппаратуре. Рядом с доктором было двое помощников, по одному у каждого из столов. Свет был включён только над операционными столами, а остальная часть большого помещения была погружена во тьму, в том числе и то место, где сейчас стояла я. Поэтому-то меня и не увидели.

Холодную тишину этой комнаты нарушали лишь звуки работающей медицинской аппаратуры и тихие приказы доктора. Лица доктора и его ассистентов скрывали медицинские маски. Но кто тут главный было понятно и так. Он стоял ко мне полубоком, наклонившись над телом пациента-человека. А когда один из двух ассистентов что-то сказал, доктор выпрямился и, не поворачиваясь к столу пациента-волка, ответил.

— Ещё одну дозу! И следи за его пульсом. Сердце должно биться!

Затем протянув руку открытой ладонью вверх, он обратился ко второму ассистенту.

— Скальпель!

Затаив дыхание я смотрела, как ассистент подал инструмент. Доктор приступил к операции, комментируя свои действия и попутно задавая вопросы о состоянии пациента-человека.