– Принцип схожий, но иные шалости Бэль будут поопасней молнии, – задумчиво подтвердила Элия, взяв и себе батончик со сливочной начинкой, пока сладкоежка Грей не изничтожил их все.
Тем временем предмет разговора Рэта и Элии неумолимо приближался к покоям кузины. Восседая на спине Энтиора, малышка весело распевала оптимистическую дорожную песенку эльфов и била острыми каблучками крохотных туфелек прямо по ребрам вампира.
Девочка возжелала навестить сестру по важному делу, но попутно – не тратить же время даром – шла игра в путешествие великой властительницы Ширииль в Северные Пределы. Ширииль, конечно, была Бэль, а Энтиору досталась роль коня-демона Фарсевальта. Бог, умирая от унижения, вне себя от злобы, медленно полз на четвереньках по коридору. Даже мягкие ковровые дорожки не в силах были умерить его свирепую досаду. И тем не менее принц терпел эти издевательства, всерьез надеясь, что найдется хоть один очевидец его глубочайшего унижения. Увидит один – узнают все – Энтиор не питал иллюзий относительно молчания родичей и длины их языков. На это и был расчет. Пусть посмеются, куда уж больше, зато потом можно будет заявить о своем отказе от обета по веским причинам. Живой свидетель подтвердит, что унижения и страдания Энтиора оказались поистине безмерны.
«Доскакав» с грехом пополам до дверей покоев сестры, «властительница Ширииль» лихо соскочила с «горячего жеребца» и, задав ему корма (бросив на пол перед Энтиором три овсяных печенья, запасливо схороненных в кармашке фартучка с завтрака), скомандовала:
– Жди нас здесь, верный конь!
Энтиор, иронично скривив губы, ответил:
– Конечно, Бэль.
Как только девчушка скрылась за дверью, принц поднялся на ноги, страдальческим взглядом окинул лосины и полы камзола, к которым пристало несколько случайных пылинок. Заклятием чистоты привел себя в порядок, с ненавистью посмотрел на двери, за которыми скрылось маленькое чудовище, и направился к ближайшей нише с мягким диваном. И куда подевались все братцы? Как назло, ни одна сволочь не стала свидетелем его «развлечений» с маленьким чудовищем, выходит, он страдал и унижался зря. Снова захотелось кого-нибудь убить…
– Элия, привет! – с порога закричала Бэль, устремляясь к будуару – в этом месте чаще всего можно было застать кузину с утра.
– Прекрасный день, детка! – улыбнулась принцесса, встречая сестру. – Как дела?
Увидев Рэта, который пробормотал себе под нос в качестве приветствия что-то типа слов «ваше маленькое непоседливое высочество», малышка недовольно сморщила носик, но, немного подумав, сменила гнев на милость. Вредный носатый дядька был явно занят вазой с конфетами и, похоже, вовсе не собирался конкурировать с Бэль в борьбе за право попрыгать на кровати у Элии или поболтать.
– Здорово! Мы играли с Энтиором, а теперь я хочу гулять, но там опять дождик и, наверное, на весь день! Ты уже говорила Нрэну, что мне можно гулять в дождик? Нэни сказала, что ей ничего не передавали.
– Не говорила, милая, но, если хочешь, мы пойдем к Нрэну прямо сейчас, и я все ему скажу. Согласна?
– Конечно! – Бэль радостно закружилась вокруг сестры, желая немедленно отправиться гулять. Попрыгать у Элии на постели можно будет как-нибудь потом. Несчастный Энтиор, жертва обета, был на время забыт.
Выпроводив Рэта – даже самые лучшие отношения и симпатии не заставили принцессу утратить осторожность настолько, чтобы оставить в своих покоях лучшего шпиона Лоуленда без соответствующего присмотра, – богиня покинула комнаты вместе с Бэль.
Обычно роль надзирающего за гостями исполнял Диад, но «маленькая зверюшка» еще ночью ушла на прогулку и пока не возвращалась, а заклятие постоянного надзора, включенное вечером в спальне, Элия уже сняла. Да и радиус действия чар был достаточно ограничен – богиня не жаловала сложные комплексные заклятия слежения, по опыту зная, как легко вплести в них собственные дополнения. При должной сноровке мастера хозяин чар мог не замечать такой «модернизации» годами.
Элия важно плыла по коридору, Бэль, задрав маленький носик и пытаясь подражать кузине, следовала рядом, но почему-то (вот незадача!), если голова задиралась слишком сильно, начинали путаться в дорожках ноги, приходилось опускать голову и осматривать путь. Энтиор, оставленный в противоположной стороне коридора, облегченно перевел дух. Маленький монстр нашел себе другую забаву.
– Прекрасный день, сестренки! – небольшой, но мощный рыжий торнадо налетел на Элию в коридоре.
– Привет, Рик! – улыбнулась богиня, подставляя щеку для поцелуя.
– Привет, Рик! – восторженно завопила Бэль.
Сделав вид, что не заметил указанного места, принц чмокнул Элию в губы, потом подхватил малышку на руки, пощекотал ее, подкинул к потолку. С радостным визгом девочка приземлилась в объятия брата и снова взлетела вверх. Ловкий маг щелкнул пальцами, и вместе с Бэль к потолку начали подлетать разноцветные полупрозрачные слоники с крылышками. Кузина засмеялась еще радостнее и замахала ручками.
– Как дела с фейерверком? – полюбопытствовала принцесса, зная, что Рику будет приятен вопрос.
– Все отлично, – довольно констатировал бог, опустив Бэль на пол. Слоники все еще кружились вокруг эльфийки, трубя детскую песенку. Малышка целиком увлеклась новой забавой и, уже совсем не слушая брата, пыталась поймать хоть одного забавного зверька. – Выбрал отличное местечко у березовых рощиц и трех малых озер, там, где стоит кружевной павильон, и Нрэн раскидал по берегу здоровые булыжники. Он тогда еще говорил, загадочный наш, что создает какой-то сад. Может, теперь ждет, когда его булыжники цвести начнут? Ну и хрен с ним. Силовой купол я еще вчера утром поставил, к вечеру все точно просохнет, заклятие теплоты тоже наложил, можешь надевать что-нибудь легкое и воздушное, моя прекрасная леди, и при этом не опасаться замерзнуть. А столы и прочая дребедень – забота Мелиора. Если он найдет в себе силы встать с кресла, то сотворит что-нибудь для фуршета на природе. Кстати, в этом году у трех озер, на полянах среди березняка, буквально россыпь синики и виники.
– Намекаешь, дорогой, что без Мелиора мы голодными не останемся, и предлагаешь перейти на подножный корм? – улыбнулась принцесса. – Что ж, синику я люблю.
– Где синика? – тут же поинтересовалась малышка Бэль, подбегая к родичам, «слоники» запорхали следом за ней. При упоминании о любимых ягодах у девочки заблестели глаза. Как и все эльфы, она просто обожала всякий, выражаясь словами Лейма, «подножный корм». Кажется, дай девочке волю, она питалась бы только ароматными травками, ягодами да корешками.
– В Садах. Рик так аппетитно рассказывал, что и мне захотелось пойти полакомиться ягодами. Тем более что над ними защитный купол и дождик не капает. Пошли уговаривать Нрэна, может быть, он не только разрешит тебе погулять, но и сам пожелает отправиться с нами.
– С Нрэном гулять неинтересно, – деловито заметила Бэль. – Он все время зудит, ворчит, не разрешает ползать на коленках и есть немытые ягоды. Говорит, они грязные, а какие же они грязные, когда они чистые. Ведь дождик был и все вымыл!
– Тем более, малышка, нужно уговорить его пойти и все показать. Ты будешь гулять с няней, а я покажу Нрэну, какие чистые ягоды растут у нас в Садах, и сама буду их собирать, пусть только попробует поворчать! Идет?
– Да! – радостно подтвердила эльфиечка. – Когда тебе что-то можно делать, он и мне это делать разрешает.
– Какие у вас глобальные замыслы, мои дорогие леди! – восхитился Рик. – Осталось только уговорить Нрэна поддаться на ваше авантюрное предложение.
– Ты считаешь, нам это не по силам? – уперев руки в бока, грозно нахмурилась Элия. Маленькая принцесса скопировала ее жест и тоже попыталась насупиться, но, поскольку один из радужных слоников спикировал ей прямо на нос, девочка не выдержала и тихонько хихикнула.
– Я верю в вас, но Нрэн упрям, как сотня эльфов. И все-таки прошу заметить, ваши высочества, если бы мне предложили пари, я бы поставил на вас. Удачи, милые дамы. Элия, твои труды на ниве доведения нашего твердокаменного не пропадут втуне. Если дельце выгорит, Джею с тобой не расплатиться. Но и мы сами без дела не сидели, – хитро улыбнулся бог сплетен, намекая на реализацию плана по изгнанию бога войны. – Ну что ж, не смею вас больше задерживать!
