Серая тень метнулась из укрытия. М'рра стелилась по самому полу, прижимая уши к голове и сливаясь с тенями от разбитых генераторов. Фелинидка проскользнула под линией возможного огня и вцепилась в лямки разгрузки Брута. Когти с треском прорвали плотный брезент. Мышцы на ее сухих, жилистых руках вздулись от предельного напряжения.

— Давай, котяра, ползи! — прошипела она, упираясь подкованными сапогами в стык напольных плит.

Она потащила двухсоткилограммовое тело за ближайший остов громоздкого агрегата. На настиле оставалась широкая багровая полоса. Брут слабо зарычал, пытаясь помочь ей, но пальцы лишь бесполезно скребли по гладкому металлу, не находя опоры. Каждый сантиметр давался им с огромным трудом.

По уму надо было бросать раненого… Замедлишься — и нам обоим крышка. Тактический расчет показывал нулевую вероятность успешной эвакуации под прямым огнем Астартес. Но рефлексы уже диктовали угол обстрела для прикрытия отхода. Пальцы крепче сжали рукоять лазгана.

— Огонь по суставам! — скомандовал я, ловя в прицел сочленение брони на колене гиганта. — Не дайте ему прицелиться!

Красный луч ударил в стык керамитовых плит, оставляя лишь черное пятно копоти на ржавом металле. Враг медленно повернул голову в мою сторону.

Глухой гул сервомоторов искаженной силовой брони перекрыл даже вой сирен химического комплекса. Гигант перенес вес на левую ногу, сминая стальную решетку настила в труху. Дуло болтера, черное и широкое, как пасть туннеля, начало неотвратимо подниматься, фиксируясь на моей груди. Каждое движение твари сопровождалось влажным хлюпаньем — гнилая плоть терлась о ржавый металл изнутри доспеха.

Справа мелькнула тень. Знакомый силуэт скользил между ржавыми остовами охладительных башен. Тихий.

Рядовой заходил с фланга, ступая на удивление бесшумно, для данного места, учитывая ещё и громоздкие армейские ботинки…

Любой нормальный человек давно бы дал деру в спасительную темноту коридоров, но тощие ноги упрямо несли солдата вперед.

Мальчишка остановился у края платформы. Он упер приклад во впалую грудь, пытаясь стабилизировать оружие, задержал дыхание и нажал на спуск.

Красный луч прорезал полумрак реакторного зала, сопровождаемый сухим треском статического разряда. Выстрел пришелся точно в спину чудовища, прямо под коленный сустав, где толстые керамитовые плиты расходились, обнажая пульсирующую гнилую плоть и пучки почерневших кабелей. Раздалось влажное шипение сгорающей органики.

Астартес замер. Болтер перестал подниматься. Существо даже не покачнулось от попадания, способного пробить легкую бронемашину, но урон был, точно был. Медленно, с грацией, совершенно немыслимой для такой огромной и раздутой туши, гигант начал разворачиваться к новой цели. Металлические сочленения его доспеха издали протяжный, скрежещущий звук, похожий на стон пытаемого металла.

Тихий попятился. Он пытался передернуть затвор для нового выстрела, но вспотевшие пальцы соскользнули с гладкого металла ствольной коробки. Оружие дернулось в руках, отказываясь повиноваться ослабевшим мышцам.

Обидно. Враг даже не стал тратить драгоценный снаряд на такую ничтожную помеху. Гнилая туша сделала длинный, размашистый шаг, сокращая дистанцию в мгновение ока, и ударила наотмашь свободной левой рукой. Кулак, покрытый шипами и коркой засохшей слизи, рассёк воздух с гудящим свистом.

Тихий попытался увернуться, инстинктивно приседая и ныряя под смертоносную дугу. Слишком медленно… Даже кошачьи рефлексы не шли ни в какое сравнение со скоростью генетически модифицированного убийцы, хоть и искаженного многовековой порчей.

Край бронированной перчатки вскользь задел его голову. Звук удара напомнил треск лопнувшей под колоссальным давлением стальной трубы. Стандартный имперский шлем из флак-брони, с маской ребризером, призванный защищать от осколков и рикошетов, не выдержал кинетической энергии. Керамит и пластик разлетелись на десятки острых фрагментов, брызнувших во все стороны мелкими брызгами.

Мальчишку отбросило назад с пугающей легкостью. Тело пролетело несколько метров над решетчатым полом, перевернулось в воздухе словно сломанная кукла и рухнуло на металлический настил с глухим, костяным стуком. Винтовка со звоном отлетела в сторону, заскользив по лужам химического конденсата и остановившись у края обрыва.

Тихий остался лежать лицом вниз, раскинув руки в неестественной позе. Из-под растрепанных светлых волос на серый металл быстро натекала темная лужица. Густая кровь шла из ушей и носа, заливая бледную кожу и скапливаясь в углублениях решетки. Ни единого движения. Ни стона, ни малейшей попытки приподняться.

Где-то слева сдавленно ахнула Векс, или мне так показалось сквозь звон в ушах, прячась за остовом щита. Сержант М'рра зашипела из укрытия, дёрнувшись всем телом.

Время потеряло плотность, растягиваясь в густую, вязкую патоку. Звуки боя отдалились, превратившись в неразборчивый фоновый шум, сквозь который пробивался лишь стук моего собственного сердца. Взгляд зацепился за спину лежащего рядового. Ткань грязной форменной куртки едва заметно приподнималась. Миллиметр вверх, миллиметр вниз. Грудь дышала. Он был жив, балансируя на самой тонкой грани между жизнью и окончательной пустотой.

Позиция проиграна окончательно, лазганы бесполезны. В моей голове зазвучал сухой голос: «Бежать. Миссия провалена. Оставь Тихого, он балласт!».

Мышцы ног напряглись, готовясь выполнить рациональную команду и броситься к спасительному выходу из сектора. Но я… я вцепился в сознание мертвой хваткой. Мои пальцы до хруста сжали рукоять оружия, а зубы скрипнули, перемалывая металлическую пыль, осевшую на губах, и попавшую в рот…

«Мы заберём его, — прорычал внутренний голос, жестко подавляя холодный расчет. — Своих не бросаем на съедение, одного мы уже так потеряли. Вытащем живых. Любой ценой».

Гигант в зеленой броне уже отвернулся от поверженного противника, потеряв к нему всякий интерес как к устраненной угрозе. Его голова снова начала поворачиваться в центр зала, выискивая более достойные цели среди мечущихся за укрытиями фигур фелинидов. Тяжелый болтер качнулся, выбирая новый сектор для стрельбы.

Нужно было срочно менять позицию — открытое пространство простреливалось насквозь, оставалось искать нестандартные пути отхода.

Я задрал голову, лихорадочно изучая переплетение промышленных коммуникаций под сводчатым потолком реакторного зала. Толстые пучки силовых кабелей и массивные трубопроводы образовывали густую металлическую паутину над зоной боевого столкновения. Мой взгляд мгновенно зацепился за широкую магистраль охлаждающего контура, обильно покрытую облупившейся предупреждающей краской. Ржавый запорный вентиль, покрытый многослойным налетом индустриальной грязи, нависал точно над позицией гниющего космодесантника.

Холодная логика внутреннего аналитика моментально просчитала структурную слабость старого фланцевого соединения, пока я на глаз оценивал дистанцию до цели. Расстояние от моего укрытия превышало эффективную дальность стрельбы из лазгана, а угол обзора перекрывался бетонной несущей колонной. Зато позиция нашего техника находилась идеально на линии огня. Векс сжалась за искорёженным когитатором, выставив ствол лазпистолета в сторону врага.

— Векс, магистраль очистки! Желтый клапан прямо над ублюдком! Срезай фланец максимальным импульсом!

Услышав приказ, девушка вздрогнула, глаза метнулись к потолку. Руками она попыталась стабилизировать ствол на краю металлической консоли.

— Духи машины, только не сейчас! — взвизгнула она, колотя по корпусу лазпистолета. — Дай мне гребаную искру!

Она вжалась в стену и нажала на спуск. Ослепительная красная вспышка рассекла зеленоватый сумрак, безошибочно ударив в стык между трубой и запорным механизмом. Сфокусированная энергия лазера за долю секунды испарила проржавевшие крепежные болты. Древняя магистраль натужно застонала, не выдержав резкого нарушения структурной целостности. Металл заскрежетал, изгибаясь под невыносимым напором изнутри. Колоссальное давление в системе нашло единственный возможный выход. Стальной вентиль оторвало с силой артиллерийского снаряда, он отлетел в сторону, снес часть опорной балки и с оглушительным грохотом врезался в дальнюю стену.