— Не советую! — авторитетно и четко сказал Тимон.

— А почему? — пьяно удивился Викентий.

— А мы там каждое лето практику проходим, — любезно пояснил Жерест.

Сначала засмеялся Дон, потом смех охватил всех.

В разгар веселья появился страж Вовка. Он сообщил, что в нашу сторону, с решительным видом двигаются человек десять взрослых парней.

— Неужели мы переоценили их умственные способности? — задумчиво спросила Гариэль.

— Неужели им кто-то поверил? — почти в унисон прозвучал и мой вопрос.

— Так я готов проверить! — радостно ухнул Тартак. — Я хорошо размялся, и у меня хорошее настроение!

— Нет-нет! — замотал головой Викентий. — Ни в коем случае!

— Правильно! — поддержали братья. — Ты в прошлый раз поразвлекался!

— Вы тоже, — томно сказала Аранта, — а я была пай-девочкой. Сейчас моя очередь. Я их всех уложу, они и не заметят.

— Только без членовредительства! — мрачно попросил я.

— Вы понимаете, что вы делаете?! — повысил голос Викентий. — Не хватало мне здесь еще магической стычки!

— Да какой магической стычки? — удивился я. — Тут не будет никакой магии. Тартак, не бурчи, но тебе действительно нельзя! Аранта без всякой магии их положит!

— И она уже пообедала! — вставил свои пять копеек Жерест.

— Не можем же мы от них трусливо удирать! — втолковывал Викентию Тимон. — Во-первых, мы дворяне, во-вторых, пострадает наша репутация!

Викентий бросил взгляд на ролевиков. Они сбились в табунок и выжидающе смотрели на нас.

— Почему я напросился на эту работу? — тоскливо спросил Викентий, поднимая глаза к небу. — Почему именно сейчас сюда свалились эти…

— …боевые маги! — сочувственно продолжил Жерест.

— …недоделанные боевые маги! — с чувством закончил фразу Викентий.

— Ну, так я пошла? — невинно спросила Аранта.

— Ты сама справишься? — повернулся к ней протрезвевший Викентий.

— Обижаете! — широко улыбнулась Ари.

Ролевики изумленно вздохнули. Да. Вот-вот! Именно это я и имел в виду.

— Ари, — еще раз попросил я, — не увлекайся!

Аранта исчезла мгновенно. Вот только что она стояла, и нет ее.

— Я этого пропустить не могу! — взвыл Жерест, бросаясь в сторону, тропы.

Мы дружно припустили за ним. Я хорошо помнил тот вихрь, в который превращается Аранта при боевом контакте. Параллельно нам по лесу быстро и мягко мчался Тартак. Не ломился, а скользил!

Все равно мы опоздали! Когда мы выскочили на развилку, Аранта подтаскивала последний организм к рядку остальных.

— Живы? — переводя дух, спросил Викентий.

— Да! Но одно ваше слово, и это упущение можно исправить, — промурлыкала Аранта.

— Два слова! — поправил Викентий. — Упаси боже!

— Смотрите! — Жерест наклонился над одним из поверженных. — Он улыбается!

— Наверное, ему что-то снится хорошее, — небрежно сказала Аранта.

— Снится?! — уставился на нее Сашка.

— Этого я уложила уколом в определенную точку, — пояснила Ари, — при этом человек засыпает и спит так крепко, что не чувствует «поцелуя смерти». Это удар из арсенала нашего клана. Через полчасика очухается, — с сожалением добавила она.

— И они снова попрутся к нам? — с любопытством спросил Жерест.

Братья тут же повеселели и стали многозначительно разминать кулаки.

— Не попрутся! — отрезал Викентий, призывая взмахом руки Дона. — Они вообще помнить об этом не будут!

— А жаль! — вздохнул Тартак, наблюдая за приближением чистильщика.

Глава 20

Следующие дни прошли в напряженно-отдохновенной обстановке. Как можно совместить эти два понятия? Да очень просто! Это когда отдыхаешь напряженно.

Чего стоил поход на рыбалку! Вечером пришли Сашка, Иван и Вовка. Принесли удочки и донки. Надо накопать червей. Где водятся черви? Правильно — в земле! Земля в лесу есть? Есть! Только червей нет! И лопаты, копать, тоже нет. Значит, нужна лопата. Я смотался домой и взял лопату. Потом мы отправились на луг. А чего? А ничего! Дорогу нам преградила Гариэль. Подозрительно косясь на лопату, она поинтересовалась, чем это мы собираемся заняться. Сашка долго объяснял ей, что рыба на пустой крючок не лезет. Что не дурная она, эта рыба. И губа у этой рыбы тоже не дура. Ей червячков подавай! А червячки, вот какая жалость, все в земле сидят и вылезать просто так не хотят. Значит, этих самых червячков надо из земли извлечь силовым решением и насильственным методом. А лопата — это инструмент, при помощи которого вышеупомянутое силовое решение воплотится в нижереализованный насильственный метод.

Я вдруг сообразил, что мой рот приоткрыт, и поспешно привел его в нормальное положение.

Гариэль с невозмутимым лицом выслушала всю эту словесную вязь.

— Это не повод портить корневую систему трав! — отрезала она.

— Саша, хочу тебе заметить, что Гринпис отдыхает, когда за защиту природы берется Гариэль, — невинно вмешался я. — Дело в том, что Гариэль относится к природе не в пример трепетнее, а возможностей природу защитить у нее гораздо больше.

— Но как же нам червяков добыть?! — в отчаянии воскликнул Саша.

— Вам какие червяки нужны? — полюбопытствовала Гариэль. — Такие длинные, розовые, которые во время дождя вылезают?

Сашка горестно кивнул. Гариэль хмыкнула, на секунду застыла, а потом, что-то пробормотав, хлопнула в ладоши. Вот она, магия в действии! Из земли полезли дождевые черви. Множество дождевых червей! Иван подхватил консервную банку и начал лихорадочно собирать дары земли. К нему тут же присоединился Вовка. А вот Александр застыл, не сводя взгляда с копошащейся земли у его ног.

Эх, какая прелесть — лежать на песке у костра, прислушиваясь, не зазвенит ли колокольчик, и слушая рыболовные байки ребят! Саша оказался превосходным рассказчиком. Он описывал животрепещущие перипетии борьбы с большой рыбой, как ее выводили, как она (большая рыба) устраивала бой уже на земле. Жерест даже позавидовал и, наверное, многое взял на вооружение.

Все бы ничего, но внезапно ночную темноту разрезал яркий, какой-то белый луч мощного прожектора. Он заметался, выхватывая из береговой линии отдельно стоящие деревья, кучи выброшенного на берег хвороста, песок. Луч неумолимо приближался к нашей стоянке. Тартак поспешно кувыркнулся носом в песок и удачно прикинулся бугром, поросшим коричневым мхом. Я успел заметить, как он затащил под себя и свою палицу.

И тут наконец луч нашарил нас. Он проскочил было дальше, но сразу же вернулся и застыл, слепя нам глаза. От источника освещения, который, что в общем-то понятно, находился на прогулочном катере, мы услышали свист, улюлюканье, похабные советы и издевательский смех. Мы стоически терпели, ожидая, когда эта компания проследует своим путем дальше. Но компания проследовать не спешила. В нашу сторону, полетела бутылка из-под водки и шлепнулась на песок в неприятной близости от наших ног. А вот и еще одна отправилась в полет. Я перехватил ее заклинанием левитации и отвел траекторию полета чуть в сторону. Она-то летела уже более опасно! Я услышал, как угрожающе начал сопеть Тартак, которому надоело лежать неподвижно. Тимон сделал неуловимое движение, и над моей головой свистнула «ледяная игла». В десятку! Прожектор хлопнул, мгновенная яркая вспышка, и благословенная темнота снова окутала берег реки.

Темнота-то окутала, а вот тишина не смогла. То есть на некоторое время она наступила, но только для того, чтобы разразиться еще большим шумом от ругани и угроз. Когда прозвучала фраза: «Ну, засранцы, мы сейчас причалим, и вам не поздоровится!», Тартак, подхватив палицу, подорвался на ноги и взревел:

— А милости просим! Гхыры болотные! Давай-давай!

Братья радостно зашевелились, закатывая рукава и готовясь к славному мордобою. Я уловил неуверенный взгляд Сашки и успокаивающе ему улыбнулся, одновременно с этим прокачивая энергию и формируя «воздушный кулак» повышенной интенсивности. Жерест задумчиво подбрасывал на ладони приличный камешек, еще несколько лежали у его ног.