При словах «убийца молодняка» Арху опасливо взглянул на Урруаха, которому хватило благородства не улыбнуться. Когда Сааш замолкла, котенок оглядел зал и снова повернулся к папирусу.

– Так когда была эта великая битва?

– Пару миллионов лет назад, – сказала Сааш.

– В Начале Времен, – сказал Урруах.

– Она происходит сейчас, – сказала Рхиоу.

Арху растерянно переводил взгляд с одного на другого.

– Знаешь, – объяснила Рхиоу, – на самом деле правильны все три ответа. Вселенная еще только остывала после создавшего ее взрыва, когда началось сражение. С тех пор оно происходит снова и снова, хотя некоторые битвы особенно знамениты. – Рхиоу вздохнула и сверху вниз посмотрела на Арху. – И сражение предстоит нам сегодня, сейчас ты отправляешься с нами.

Арху вытаращил на нее глаза… потом подскочил на всех четырех лапах и радостно завопил.

Люди в огромном зале начали оглядываться, ничего не увидели и снова вернулись к изучению экспонатов.

– Вот здорово! – кричал Арху. – Я все гадал, когда вы позволите мне что-нибудь сделать! Нам предстоит драться! Ух, потрясно! Когда мы отправляемся? Давайте прямо сейчас!

Люди снова начали вертеть головами. Рхиоу посмотрела на Урруаха и беззвучно сказала:

– Даже ты не мог бы так радоваться перспективе драки, в которой, возможно, погибнешь.

– Ну, не знаю, – серьезно обдумав ее слова, ответил тот, – может быть, и мог бы.

Рхиоу снова вздохнула.

– Давайте-ка уйдем отсюда, – сказала она Арху, – прежде чем смотрители явятся выяснять, в чем дело. – Поверх головы котенка она проговорила, глядя на Сааш и Урруаха: – Нам нужно все обсудить и избавиться от дубликатов заклинаний, если таковые окажутся… а потом – прямым ходом на вокзал. Группа поддержки нас уже, должно быть, ждет.

Кошки двинулись к выходу. По дороге Рхиоу бросила последний взгляд на статую Прародительницы.

Что я ищу? – спросила она себя мгновением позже. Грубое, примитивное изображение, созданное представителями другого вида, даже неспособными ясно представить себе все величие той, кого они изображали… И все же как утешительно иногда иметь возможность взглянуть, даже зная, насколько он обманчив, на конкретный образ, представить, будто он отвечает тебе благожелательным взглядом…

Каменная Прародительница, впрочем, продолжала задумчиво смотреть в синий сумрак Египетского зала, погруженная в собственные мысли. Она словно говорила посетителям: «Что вы глядите на меня? Идите и позаботьтесь о собственном спасении».

Именно так, конечно, восприняли бы отношение своей Создательницы представители Народа, но Рхиоу вдруг обнаружила, что думает: «Может быть, я слишком долго жила среди людей…»

Она поспешила за остальными.

– Нашла ли ты то, за чем сюда приходила? – мысленно спросила ее Сааш.

Рхиоу поежилась.

– Думаю, что нашла больше, чем рассчитывала, – ответила она.

ГЛАВА 7

На улицах как раз начиналось обеденное столпотворение, и кошкам ничего не оставалось, кроме как жаться к домам и стараться не попасть никому под ноги. Оказаться наконец на вокзале было настоящим облегчением: здесь у стен почти никто не задерживался, давка была в середине зала: там текла река мелькающих ног, портфелей, сумок – текла быстрее в середине и медленнее по краям.

Рхиоу и ее команда отправились к пути 30. Рхиоу, проходя мимо итальянского ресторанчика, с облегчением обнаружила, что он так набит людьми, что даже самый отчаянный котенок не сможет пробиться к прилавку, не прибегая к откровенному насилию. И все же Арху бросил на выставленные блюда с бутербродами хищный взгляд, хотя тут же виновато оглянулся на Рхиоу.

– Может быть, попозже, – утешила она котенка. – Если будешь хорошо себя вести.

И если мы все останемся целы…

Только что прибыл поезд из Рая, и последние пассажиры покидали платформу. В дальнем конце, глядя на выходящих из поезда, стояли двое эххифов: парень и девушка. Они были совсем молоды; Рхиоу не очень разбиралась в человеческом возрасте, но все же решила, что девушке лет четырнадцать, а парню примерно на год меньше. С виду они ничем не отличались от остальных эххифов: оба в шортах, футболках на два размера больше, чем нужно, поношенных кроссовках, у девушки на плече – небольшой рюкзачок. Типичная пара живущих в пригороде старшеклассников, выбравшихся в Нью-Йорк поразвлечься. Однако этих двоих от других пассажиров поезда кое-что отличало: гиперструны вокруг них сгустились и переплелись, а значит, подростки находились в состоянии «шага вбок».

– Быстро они появились, – сказала Сааш, когда кошки двинулись по платформе к ожидавшим их людям.

– Харл наверняка следит за развитием событий, – откликнулась Рхиоу.

И это хорошо – потому что, если нам понадобится помощь, я предпочту, чтобы это была такая помощь, которую организовать может только советник.

Когда команда Рхиоу приблизилась, двое молодых эххифов присели на корточки – так было удобнее разговаривать.

– Мы выполняем поручение, – сказала самочка-эххиф, – и мы вас приветствуем.

– Мы рады вам, – ответила Рхиоу. – В том деле, которое нам предстоит, нам определенно потребуется помощь.

– Ага, так Харл и говорил. Меня зовут Нита, а это – Кит.

– Рхиоу, – представилась кошка. – Это Урруах, Сааш и Арху.

Самочка-эххиф с интересом взглянула на котенка.

– Ты новенький, да?

Арху ответил ей вызывающим взглядом.

– Ну и что?

– Эй, не обижайся! Ты просто напомнил мне мою младшую сестричку.

– Чтобы я походил на какую-то сестричку-эххиф!..

Нита криво улыбнулась.

– И говорит совсем как она, – шепнула она своему спутнику.

– Нита всего лишь хотела сказать, что ее сестра только что прошла испытание, – объяснил парень.

Арху удивленно заморгал, и Рхиоу объяснила:

– Иногда бывает, что детеныш из того же помета, что и ты, тоже оказывается магом. Раньше это случалось чаще; теперь обычно такой дар встречается в семье раз в три поколения.

– Ну да, – кивнул юный эххиф, – мой папа говорит, это для того, чтобы родители не слишком боялись заводить еще детей… да и детям было не так страшно.

– Я думала, что люди-маги обычно держат свою силу в секрете и не говорят о ней тем, кто ее лишен, – сказала Сааш; ее явно разбирало любопытство. – Предполагается ведь, что люди не верят в магию, верно?

– По большей части. Ну мы и не говорим о ней никому, кроме членов семьи. Тут каждый решает за себя – по крайней мере среди представителей нашего вида. Только хранишь ты все в тайне или нет – неприятностей хватает в любом случае. Правда, нам с Нитой повезло: когда первый шок прошел, наши родители повели себя нормально, хотя мелкие стычки иногда случаются. – Кит огляделся по сторонам. – Что-то здесь сегодня шумно – меняют часть рельсов. Рабочие говорят, им пришлось применить отбойные молотки – металл сплавился с бетоном. Как я понимаю, все это означает, что именно здешние ворота неисправны.

Рхиоу согласно взмахнула хвостом.

– Да. Чтобы переправиться, мы воспользуемся другими: теми, что рядом с Лексингтон-авеню; они в последнее время менее загруженные. Харл говорил, что вам уже приходилось иметь с ними дело.

– Угу, – подтвердила Нита, – еще когда они были на первом этаже. Несколько лет назад мы проходили сквозь них, как раз когда они переместились. Ну, знаешь, как это часто бывает: кто-то прокладывал траншею на Сорок второй и задел кабель высокого напряжения, да это еще и совпало с максимумом солнечной активности. Из-за одновременных механических и электромагнитных встрясок струны, стабилизирующие ворота, лопнули, и портал оказался ничем не заякорен и подскочил на шестьдесят этажей вверх. – Девушка улыбнулась, не разжимая губ. – Том и Харл говорили, что возвращение их на место было интересной проблемой… Это ведь вы приводили все в порядок, да?

– Тогда командой руководила не я, – ответила Рхиоу, – а мой предшественник, Ффайрх. Он мне, конечно, обо всем рассказывал.