— Это и моя вина тоже. Я знал, что Джо Банта головорез…

— Джо… Кто?! — Реб Фаррелл склонился над стариком. — Ты сказал, Джо Банта?

— Да. Он заявился сюда в поисках убежища, может быть недели три назад. Я наверняка знал, что это мерзкий тип, но позволил ему остаться. Честно говоря, я просто не мог выставить его. Потом он уехал, но вернулся опять с компанией крутых парней. Они отправились за стадом, а я уперся. И этот Джо, он повернулся прямо ко мне и выстрелил, а потом оставил меня валяться и уехал. — Старик задохнулся от слабости и несколько минут отдыхал, потом слабым голосом продолжил рассказ: — Я забрался в седло, сам не знаю как. Собрался к вам, но не доехал. Меня нашел твой старик. Он снова посадил меня в седло, но когда я сообщил ему, что случилось, он вскочил на лошадь и сам пустился вслед за угонщиками.

— Они убили его, Лон.

Реб вкратце объяснил, что произошло. Старик пришел в ярость.

— Натан Эмбри упрямый идиот! — фыркнул он. Потом схватил Реба за руку. — Возьми с собой людей, сынок. Я знаю, куда он отправится. Возле Бурро-Спрингс есть старое убежище. Чтобы туда попасть, нужно пройти по Темному каньону. Прямо вверх через все эти валуны. Он держит там скот. Оттуда его можно легко переправлять через границу. Продать это стадо в какой-нибудь лагерь горнодобытчиков — раз плюнуть.

Реб колебался, но старик жестом велел ему уходить.

— Не думай обо мне. Я выкарабкаюсь.

Реб резко повернулся и направился к двери. У него не осталось времени ехать за помощью, к тому же его в самом деле могли пристрелить, если он вздумает вернуться в город.

На востоке только-только занимался рассвет, когда он обнаружил вход в Темный каньон и спустился с края столовой горы в глубокие, тенистые, зеленые тайники этого оазиса в пустыне. Уже давно подозревали, что этот каньон служит местом встреч угонщиков, и в прошлом году его несколько раз прочесывали, но искавших всегда останавливала непроходимая на вид гряда огромных валунов. Некоторые из них находились так близко друг к другу, что, казалось, перебраться через них нет никакой возможности. К тому же это было весьма опасное место. Если на дне каньона человека заставал проливной дождь, у него почти не оставалось шансов спастись от ревущего потока, несущегося по узкому руслу.

Теперь Реб знал, что проход через эти валуны существует. Он продвигался вперед с величайшей осторожностью, часто останавливаясь, чтобы обследовать каньон. Вскоре перед ним оказались те самые громадные камни, которые до сих пор считались непреодолимой преградой на пути по этому древнему руслу реки. Он искал проход между ними, но, сколько ни старался, не мог обнаружить ничего, что позволило бы пройти лошади или корове. И все же, помня слова Лона Мелхора, не отступал, пока наконец еле видная отметина на стене каньона не открыла ему секрет. Эту отметину вполне могло оставить стремя, задевшее о стену. Подъехав поближе и пригнув голову, чтобы заглянуть за выступ, Реб неожиданно увидел проход, как раз такой ширины, чтобы по нему прошла лошадь. Проехав немного вперед, он остановился в глубокой тени.

Казалось, весь каньон впереди сплошь загроможден валунами. Тщательно исследовав скалы и стены, он двинулся дальше, затем стал подниматься по узкой тропинке. Эту еле видную тропу, вероятно, проложили дикие лошади или заблудившийся скот. Она привела его к разрушенным скалам рухнувшей стены каньона, а затем — на столовую гору с вершиной, покрытой пышной растительностью. Пересекая ее, он остановился под деревьями и посмотрел вниз. Каньон под ним расступился, преобразившись в длинную зеленую, хорошо орошаемую долину акров в пятьсот. К одной из его стен прилепились две хижины и длинный дом. Еще там находились конюшня и коррали, а по всему каньону разбрелось стадо в несколько сотен голов.

Пока он наблюдал, из длинного здания вышли два человека и неторопливо направились к корралям. Они шли так, как ходят люди, насладившиеся хорошей едой, которым не нужно спешить на работу. Одним из них был Джо Банта.

Никто не знал, что Банта промышляет в этих местах, и Натан Эмбри первым поднял бы такую мысль на смех. Тем не менее он торчал здесь, и Реб отчетливо его видел. Этого плотного коренастого парня маленького роста, в потрепанной серой шляпе Реб даже издалека угадал без особого труда. Когда мужчины повернулись, стало ясно, что второй — Айк Гудрич, мелкий грабитель, который время от времени нанимался ковбоем и однажды работал у Эмбри.

Через два часа ожидания и наблюдения, пока его лошадь с довольным видом щипала траву, Реб Фаррелл определил, что внизу находилось не меньше четырех человек. Кроме Банты и Айка, там жили повар — Реб заметил его, когда тот подошел к двери, чтобы выплеснуть воду, — и еще тощий рыжий парень, который слегка прихрамывал и очень оберегал свою ногу, как будто на ней была совсем свежая рана. Этот человек прошел в корраль и оседлал четырех лошадей.

На помощь рассчитывать не приходилось. Чтобы съездить за ней, потребовалось бы несколько часов. Даже если ему удастся убедить кого-нибудь в правдивости своего рассказа, к тому времени, когда они вернутся сюда, скот уже исчезнет, потому что из каньона наверняка есть и другой выход — вероятно, тот самый путь через границу.

Ведя лошадь в поводу, Реб медленно спустился в глубокую лощину, которая вела к долине, по тропе, проходившей с обратной стороны горы. Оставив серого в зарослях, он пошел с винтовкой в руках вниз по каньону. Из его устья он осмотрел долину. Ближайший корраль располагался не более чем в двадцати ярдах, задняя стена ближайшей хижины — примерно на том же расстоянии. Конюшня и остальные постройки образовывали открытый угол с корралем, около которого он стоял. Реб находился к югу от убежища, конюшня выходила на запад, а постройки смотрели на север. Рыжий возился около конюшни, затягивая подпругу седла. Реб медленно вышел из устья каньона и неторопливо направился вдоль ограды корраля, пока не оказался рядом с ним. Больше никого не было видно.

— Отлично, Рыжий! — Он говорил тихо, но достаточно твердо. — Отстегни револьверы и повернись! Одно лишнее движение — и ты труп!

Рыжий медленно повернулся, разведя руки широко в стороны. Его лицо застыло в изумлении.

— Откуда ты взялся? — спросил он.

— Отстегни пояс! Живо!

Руки Рыжего потянулись к пряжке, затем он резко повернулся и выхватил револьвер. Прогремел винчестер Реба. Парень упал; револьвер выскользнул из его пальцев и отлетел по земле на фут от вытянутой руки.

В доме с грохотом упал стул, и Гудрич подскочил к двери. Реб уже ждал его и выстрелил. Пуля обожгла Айку шею. Гудрич дернулся от боли и выпал в дверной проем.

Рядом с Ребом ударила пуля, прилетевшая из дома; он пригнулся и побежал. Гудрич выхватил револьвер и перевернулся на живот. Реб рискнул выстрелить навскидку и заметил, как пуля залепила Айку лицо грязью. Пока бандит ругался и тер глаза, Реб бросил винтовку, выхватил револьвер и кинулся к двери. Он пошел на риск, надеясь, что Джо Банта ничего подобного не ожидает. Когда Реб показался в дверях, Банта внезапно обернулся. Они оба выстрелили, и оба промахнулись. Теперь им пришлось скакать, прыгать, вертеться в тесной комнате, ни на секунду не останавливаясь. Реб ухватился за край стола, чтобы двинуть его под ноги противнику, и выстрелил снова. Банта дернулся, и ответная пуля впилась в потолок. Тогда Реб прыгнул на него и ударил стволом револьвера. Банта упал на четвереньки, но тут же попробовал встать и опять получил удар по голове.

Резко повернувшись, Реб отскочил и оказался у двери. Гудрич ползком подбирался к брошенной винтовке. Пуля вспорола землю у него перед носом. Он остановился и в бешенстве посмотрел на дверь.

— Ты заплатишь за все! Я этого не забуду, даже если проживу тысячу лет!

Скрипнула доска, и Реб поднял голову. Повар смотрел на него поверх двуствольного дробовика.

— Брось оружие! — приказал он. Его глаза довольно блестели. — Брось, или я раскрою твою башку пополам!

Револьвер Реба Фаррелла был наведен на повара, и он не колебался ни секунды.