– Мастер Алхимик, я знаю вас, – ответил за всех Орбараг. – Я клянусь кровью Крылатых Владык, что ваша тайна умрёт вместе со мной.

Один за другим гномы выходили вперёд и клялись кровью драконов – страшной клятвой, преступить которую не в состоянии ни один подгорный житель. Кровь Крылатых Владык священна. Когда прозвучали последние слова, мастер Алхимик просто кивнул на лежащего на расстеленном плаще эльфа.

– Это король эльфов Тиларин Риваэль из рода Лиоран. И он – Возрождённый Дракон из пророчества Алгота Маруна.

– Не может быть… – прошептал Вилдур, во все глаза гдядя на недвижимого Тиларина.

– Может. Посмотрите вокруг. Это сделал он, своим пламенем, когда сражался с Неведомым. Его надо срочно доставить в столицу, к королю Морхину. Ни один волосок не должен упасть с его головы. Наши жизни ничто по сравнению с его безопасностью.

Орбараг стянул с головы шлем и опустился на одно колено. Вилдур, и все остальные гномы последовали его примеру, вознося почести Возрождённому Дракону, надежде всего подгорного народа.

***

– Левее смотри… Видишь? Вон они…

Глим с Ситаной залегли в густых зарослях кустарника, росшего на склоне холма, и наблюдали, как отряд орков входит в долину.

– Опоздали! – Ситана ударила кулаком по раскисшей после дождя земле. – Отсюда есть другой путь?

– Надо спросить Вилдура, он здесь бывал, – рыжий гном с ненавистью посмотрел на орду орков, уже полностью втянувшуюся со своими телегами в горную долину. – Отходим, медленно.

Глим стал осторожно отползать назад, Ситана последовала было за ним, но вдруг что-то привлекло её внимание.

– Глим, стой, – прошептала гнома. – Смотри!

На одной из телег, которую тянули низкорослые, мохнатые оркские лошади, стояла большая железная клетка. А внутри…

– Это же наши! – Глим схватился за топор. – Они в клетке! Надо их спасти!

– Стой, куда?! – гнома навалилась сверху на разъярённого Глима, прижимая его к земле. – Сам погибнешь и нас всех подставишь! – зло зашептала она в ухо порывавшегося подняться рыжего. – Ты что, забыл о клятве?

– Но как же… Там пять наших братьев! Мы не можем их так оставить! – из глаз Глима катились злые слёзы.

– Решать всё равно не нам. Отходим. Сообщим отцу, пусть он решает. Не делай глупостей. Договорились?

Рыжий, вернее уже серо-коричневый от грязи и пыли, забившейся в его шевелюре, гном ещё какое-то время яростно посопел, и наконец перестал вырываться.

– Всё, пусти…

– Так мы договорились или нет? – не торопилась разжимать хватку Ситана.

– Договорились. Слово, – пробурчал Глим.

– Вот теперь верю, – гнома отпустила захват и перекатилась в сторону. – Уходим. Быстро.

– Сколько их? – выслушав доклад разведчиков, гоблин скривился, как от зубной боли.

– Отряд около сорока орков, много телег, видимо, обоз, – чётко доложила гнома, бросив предупреждающий взгляд на порывавшегося что-то сказать Глима.

– Вилдур, мы сможем пройти другой дорогой?

– Боюсь, что нет. Из этой долины только один выход, – мрачно ответил стоявший неподалёку седобородый гном. – Глим, да что ты извертелся весь? Говори уже!

– Да что тут говорить? Напасть и перерезать их всех! – Глим кровожадно оскалился и со свистом рассёк воздух топором.

– Утихомирься, Глим, – нахмурился мастер Грумм, обведя взглядом гномов. – Если нам придётся прорываться, а нам, похоже, всё-таки, придётся, то будем действовать по-умному. Вилдур, ты остаёшься со своими бойцами здесь, охраняешь Тиларина. Орбараг, ты со своими хирдманами заходите отсюда, – гоблин вытащил из рукава небольшой нож и начал чертить им на земле. – Дожидаемся предутреннего времени. Сил у меня осталось мало, но и я кое-что ещё могу. Во всяком случае, туман я вам обеспечу.

– Прошу прощения, мастер Груммбот, – неслышно выскользнул из-за дерева Фелидаэль. – Позволите мне сказать?

– Напугал, ушастый, – вздрогнул Орбараг. – Как из-под земли вырос…

– Говори, Фелидаэль, – кивнул гоблин.

– Я здесь единственный эльф, ну, кроме его величества. А вы знаете, что нельзя увидеть эльфа в лесу, если только он сам этого не захочет. Не в обиду будет сказано, но вы, гномы, очень уж шумные.

– Слушай, ты, молокосос, да я отряды водил, когда тебя ещё и на свете не было! – закипел Орбараг. – Ещё какой-то ушастый меня учить будет!

– Остынь, Орбараг! Парень явно что-то предложить хочет. Ведь так? – вопросительно глянул на молодого эльфа мастер Грумм.

– Да, благодарю вас. Я могу пробраться к клетке ночью и вывести ваших товарищей. Меня никто не увидит, обещаю.

– А если с орком нос к носу столкнёшься? В штаны не намочишь? – недоверчиво усмехнулся в густые усы Орбараг.

Фелидаэль резко взмахнул рукой, и метательный нож, мелькнув в воздухе, вонзился в оглоблю телеги, стоящей метрах в десяти от них.

– Не намочу.

– Ха, а наш эльфёнок не робкого десятка! – Вилдур ткнул кулаком в плечо Орбарага. – Просто гроза орков!

– Хорошо, так и сделаем, – улыбнулся гоблин. – Вилдур, баздурх старый, выдай Фелидаэлю свой набор отмычек, он ведь по-прежнему с тобой? И покажи, как ими пользоваться.

– Конечно, со мной! А как же! – гном самодовольно подкрутил седые усы. – Я ведь всё-таки лучший специалист по замкам во всём королевстве! Пойдём, парень, дядюшка Вилдур научит тебя, как вскрывать навесные замки. Попался мне как-то один замочек в пещере дроу…

– Ох, Вилдур, старый плут… – только покачал головой гоблин, смотря, как друг молодости увлечённо показывает своему юному ученику набор отмычек разнообразной формы, которые он выковал собственными руками во времена бурной молодости.

***

Ситана ждала условного сигнала, как на иголках. На ночном небе не было ни облачка, полная луна высвечивала всю долину как на ладони. Оставалось надеяться только на то, что отец, потерявший после схватки с Неведомым почти все свои силы, справится с заклятьем тумана. Все заняли свои места. Ситана оказалась на левом крае импровизированного серпа из хирдманов Орбарага. Отец сначала не хотел её пускать, но, когда Вилдур рассказал ему о том, как Ситана с Глимом пришли на помощь его отряду, разрешил. И посмотрел на дочь взглядом, в котором странным образом смешались гордость и печаль.

Сигнал! Плотный туман тяжёлой волной прокатился по склону холма и накрыл долину. Рядом громко сопел Глим, сжимая в руке широкий боевой нож.

– Сопи потише! – прошептала Ситана, ткнув рыжего гнома в бок. – Не дай Властители, орки услышат.

– Не услышат, – прошептал в ответ Глим. – Сейчас час совы, самое воровское время, как дядюшка Вилдур говорит. Дрыхнут они все, вон, даже караульного не выставили. И это им дорого обойдётся… – яростно оскалился маленький гном. – Действовать надо тихо. Режем всех. Как это делать, я тебе уже показывал. Зажимаешь рот и кинжалом в сердце. Не сдрейфишь? – покосился на гному рыжий. – А то ты бледная какая-то…

Ситана сглотнула, прогоняя дурноту. Это не турнир, это война. Орки – враги. А врагов надо уничтожать. Любыми способами.

– Я в порядке. Справлюсь, не беспокойся.

– Ну, смотри… Если что, я рядом буду.

Недалеко тихо свистнула ночная птица.

– Всё, пошли! Эльф справился, вывел наших. Держись рядом со мной, – с этими словами Глим поднялся и шагнул в пелену тумана. Ситана, сжимая кинжал, последовала за ним.

Рыжий оказался прав, когда говорил, что ко всему можно привыкнуть, а потом просто делать, как обычную работу. Зажала рот, удар кинжалом… Все закончилось быстро и практически бесшумно.

– Молодец! – похвалил Глим, глядя, как Ситана, сидя на корточках, обтирает пучком травы лезвие кинжала.

Кивнув, гнома выпрямилась и отправила клинок в ножны. В сторону убитых орков она на всякий случай не смотрела. А потом стало и вовсе не до них.

– Отец! – выкрикнул чей-то голос.

– Тамнигол!

– Слава Крылатым, никак Вилдур сына нашёл?

Любопытный Глим тут же исчез в темноте, правда очень скоро вернулся и сообщил уже подробности: