Вернувшийся к тому времени Николас, поведал, что количество лошадей принадлежавших цирку внезапно возросло. Оказалось, что хитрый на корму хозяин конюшен, не сказал о четырех тяжеловозах и еще двух выезженных для арены квотерах. Сонк, с загоревшимися глазами, порывался тут же бежать смотреть на верховых лошадей, но был вовремя отловлен за заднюю ногу. Завхоз, записала новые данные по имуществу, и, закатив глаза, поинтересовалась, все ли вакантные должности заняты или прием сотрудников будет продолжаться.
— А чем ты собственно не довольна? — удивился Гарри. — Вроде все путем и к месту.
— Как по мне, то слишком путем, — проворчала Марья.
— Да просто совпадения, — отмахнулся Оле.
— Робин, который знает все входы и выходы в районе. Бык, решивший свести близкое знакомство, с ногой Майки и мы имеем возчиков, — начал загибать пальцы Ло. — Юное дарование с саксом и фотоаппаратом, модистка. Кузнец нужен? Получите под роспись.
— А кто кузнец то? — удивился Сонк.
— Братец Кианг, а ты думал, откуда такие объемы мускулатуры? — пожал плечами Ник. — Вон с Робином уже договорился с утра в Чайнатаун подъехать под погрузку. Марья, ты уже расписала, кто-где едет? «Трейлеров» хватит?
— Хватит, если бюро по персоналу, не пришлет еще кого-то! — женщин посмотрела куда-то наверх и заявила. — Нам бы еще шорник не помешал, а также сапожник.
Смотри, допросишься, — улыбнулся Джонатан и вдруг заметил выжидательные взгляды команды. — Что вы на меня смотрите? Я тут, ни при чем, а для анализа мало данных! — и тут же переключился на Оле. — Слушай, а как Кианг мотивировал свое желание ехать с нами?
— А ни как! Пришел, спросил, можно ли с нами ехать. Типа он отработает, и сделала при этом лицо кирпичом. Ну, я ему предложил спарринг, и мы пошли, а там и Ло подоспел.
— Нам какое дело, почему он так решил? — Гарри подпер кулаком все еще тупо ноющую голову. — Главное он к нам нормально относится.
— Я вот тут подумал…
Договорить Ло не успел, в двери заглянула Марина и как всегда на распев спросила, а будут ли показаны дядям такие красиво разрисованные зонты?
— Зонты! — завхоз стукнула себя по лбу. — Склероз замучил, совсем забыла.
— И дядя Робин тоже вернулся! — девочка явно питала к чернокожему сержанту большую симпатию.
— Тогда тем более. Хотя интересно, куда он ездил?
Из фургона были торжественно вынесены зонтики. Девушки выстроились в ряд напротив остальных циркачей, и Марья уже раскрыла рот, когда из фургона за их спинами раздалось жалобно-возмущенное заявление Майки, что ему ничего не видно. Пришлось поворачиваться, в сторону двери, а всем остальным следить, чтобы ни закрыть спинами демонстрацию.
— И так, мы едем в медвежий край, — начала сообщение Марья. — Там нам нужна защита. Желательно мобильная.
Джонатан улыбнулся, а Сонк фыркнул, с трудом сдерживая смех, они явно знали, что увидят.
— Вот мы с девочками эту защиту и нарисовали. При встрече с медведем надо сделать так! — по команде все дружно открыли зонты. На черных куполах были нарисованы огромные глаза. Разного цвета и формы. Кое-где кроме глаз виднелись цветные отпечатки пальцев и даже ладоней.
— Медведи боятся незнакомых предметов, а при применении таких зонтов у них даже медвежья болезнь случается.
— У меня она тоже чуть не случилась, — неожиданно пошутил старик Федор и все весело расхохотались. Ло посмотрел на Джонатана и укоризненно покачал головой, мол, друг называется, и получил в ответ совершенно не свойственную аналитику мальчишескую улыбку.
— А вот эти глаза рисовала я, — гордо показывала Марина, слушателем она выбрала, конечно же, Робина. — Один глаз испуганный, а второй хитрый! Сержант смотрел на кривоватый, местами размазанный рисунок улыбался и одобрительно кивал. Народ расходился кто с шуточками, кто, недоверчиво качая головой, а Марья потихоньку отправилась в шапито, ни кем к счастью не занятое. Женщине надоело быть на арене статисткой, тем более на небольших фермах танцы с лошадьми особого интереса, наверное, не вызовут. Хотя сами по себе кобы, наверное, многих заинтересуют. Завхоз, вытащив из кармана «склерозник» и карандаш, сделала пометку — поставить противоугонные чипы лошадям. Все надо записывать, а то с этим дурдомом…
Марья пришла на арену вспомнить своё упражнение с лентой. Хотя уже лет надцать не практиковалась, но растяжка и гибкость постоянно поддерживались тренировками, а движения вспомнить будет не так и сложно. Через полтора часа тренировки, женщина уже была не так оптимистично настроена. Все отдельные элементы получались довольно просто, даже ее любимое вращение в вертикальном шпагате, правда «Лунная дорожка» Майкла Джексона воспроизвелась с пятой попытки, перекаты с кувырками проходили на раз. А вот от прыжков в шпагате — которые жэтэ, пока пришлось отказаться, видимо десяток килограмм разницы, между тогда и теперь все же сказывался. Фуэте, на четвертом повороте чуть не закончилось падением. Но это все по отдельности, собрать же все вместе не особо получалось. А ведь, еще лента! Ее надо забрать у Люсиль и привязать к барабанной палочке… Марья, стирала локтем пот с лица, когда сзади послышался посторонний звук. В тени входа в шапито стоял Кианг Шуй и смотрел на Марью с изумлением.
— Как это называется? — спросил китаец низким чуть хрипловатым голосом.
— Ужас, это называется, летящий в ночи! — раздосадовано огрызнулась женщина и убежала не оглядываясь. Кианг смотрел ей в след и все не мог опомниться. Конечно, он много раз видел и более сложные выступления китайских акробаток, ведь этому искусству уже много веков. Но ожидать от вовсе не юной белой дамы, такой гибкости и растяжки?! Вот так запросто поднять ногу вертикально вверх, а потом еще согнуть ее в колене и положила стопу на голову, и все это не прекращая вращаться. Тем более, миссис Марья не цирковая гимнастка. На ярмарке, только ленивые не сплетничали об этом цирке и его обитателях. И что еще более странно, это рыжая зверюга, которая буквально затащила его в шапито. Если бы это был лис, то Кианг мог поклясться, что он оборотень! А может, у странных людей странные оборотни? Китаец пожал мощными плечами и пошел разыскивать сестру, пусть все-таки сегодня побудет дома.
Марья вытирала полотенцем волосы после купания и все еще шипела.
— Марь, что ты чего? — немного удивленно спросил Оле. — Или всерьез считала, что вот так сразу все и получится?
— Вот представь, так и считала сдуру, но я не поэтому. Этот Кианг, стоит глаза по доллару, причем совершенно европейской формы! И челюсть едва не отпадает! — женщина раздраженно швырнула в сундук полотенце, к уже плавающим там вещам и закрыла крышку. — Он что никогда акробаток не видел? Они и похлеще выдают.
— Акробаток, наверно видел, но что бы добропорядочная белая леди взяла и запросто задрала ногу до небес и покидала гранд батманы? Такого, наверное, не видел, — покачал головой Оле и добавил. — Если бы я тебя не знал, я бы тоже удивился.
— Не обзывайся! Из меня ледя, как из тебя балерина. И все равно, что он забыл в шапито? Он же ушел, я сама видела!
— Сначала ушел, а потом вернулся, решил — таки забрать сестру с собой.
— Тоже мне русская интиллегенция, болтается туда- сюда.
— Ой, что-то ты не по делу раскипятилась подруга. Может тебе мужик приглянулся? — швед хитро прищурился, а потом рассмеялся.
— Ах ты, гад подколодный! — от просвистевшего мимо едва выкрученного полотенца Оле увернулся с трудом и посчитал за лучшее сбежать.
— А если и понравился, то что? Очень даже ничего мужик… — буркнула Марья, старательно выкручивая вещи, замерла и вдруг швырнула многострадальное полотенце опять в воду. — О господи, вот не хватало мне только этого…
— И не думайте! — разорялся старик Федор. — Не дам! Каким это багажом шапито отправлять? Ишь, додумались! Вам что фургонов мало?!
Марья с удивлением прислушивалась к разговору, потихоньку вешая белье. Шапито по железной дороге, а потом хранить на складе, до их прибытия в Сиэтл? Вроде такой вариант и не обсуждался…