— Вот и расскажите ему такие истории. Будем использовать то, что есть. А пока ужинайте спокойно. А то ещё начнёте обвинять меня в том, что морил голодом. Ешьте.

Юрий демонстративно взял в руки нож с вилкой и методично начал расправляться с ужином. Кипя от его чёрствости, я запихивала в рот еду, не ощущая её вкуса.

Я смотрела на безупречную рубашку Юрия, на идеально зачёсанные тёмно-русые волосы, и не понимала, как этот человек не видит, что ломает сына. И заодно себя. А потом поймала себя на мысли, что сама тоже чудовищно ошиблась.

Как я вообще попала в эту ловушку? Ведь я всё вчера сделала правильно! На консилиум к травматологу Борису Леонидовичу Акимову пришла, тщательно изучив документы.

Невропатолог Бормина говорила, что целостность спинного мозга не вызывает сомнений. Что рефлексы и чувствительность в норме. Акимов, отмечал, что с костями тоже всё в порядке, но с реабилитацией явно опаздывали.

— Поработай с ним. Парню нужен опытный врач, у которого в арсенале есть всё от массажа, до электрофореза, – уговаривал Акимов.

— Но идея жить вместе с пациентом в одном доме мне кажется странной.

— Считай, что ты врач в загородном санатории. По сути, ты его и будешь разворачивать в отдельно взятом коттедже. Ничего странного в этом нет. Обычная практика. Типа семейного реабилитационного центра. Только пациент один, это легче.

Легче? Куда там!

Борису вторила главный врач Кристина Львовна:

— Там нужен твой опыт, София Борисовна. Да и проверка у нас по жалобе. Лучше будет, если в отделении никто не будет ночевать. Это я тебе, как главный врач говорю. А как коллега ещё по городской детской, сыну которой ты руку спасала после перелома, тоже посоветую. Тебе надо пожить в нормальных условиях. Спать второй год на кушетке в отделении реабилитации и мыться в душевой зала лечебной физкультуры, просто ужасно. А в договоре – полный пансион: питание, проживание. Что тебе ещё надо? Хоть выспишься на удобной кровати. И пациент всего один. Сильно не надорвёшься.

И тут промах. И с одним можно измучиться. Я думала о неприятной ситуации, пытаясь побыстрее разделаться с ужином. И когда уже почти доела овощи, поймала на себе взгляд Юрия.

Я замерла, ожидая его вердикта. И он не заставил себя ждать. Откинулся на спинку стула. На его губах появилась довольная, почти хищная улыбка. А потом Юрий припечатал:

— Вот поэтому я вас и нанял. Потому что вы не сдадитесь, даже если вашим пациентом будет огнедышащий дракон. Даже волосы у вас огненные. Под стать характеру.

Меня это смутило. Поблагодарив за ужин, я выскочила в коридор и понеслась к своей комнате.

— Это не мой цвет. Я крашусь, – выпалила я напоследок.

В спину мне донёсся смех Юрия и его самодовольное:

— Но вам идеально подходит. – И уже у самой двери: От себя не убежите!

Сложные переговоры

Комната Дениса находилась в левом крыле первого этажа. Я надела удобный хирургический костюм приглушённого малинового цвета и уверенной походкой проследовала по коридору. Стукнула дважды, но ответа не получила.

Повернула голову в сторону сопровождающего меня Максима. Но тот только кивнул в сторону спальни пациента, дескать, продолжайте сами. Я ещё раз постучала, и вновь не получила ответа.

Стукнув в третий раз, приоткрыла дверь и предупредила:

— Денис, это София Борисовна, ваш реабилитолог. У нас запланированы процедуры по плану. Я вхожу в комнату.

Ответа снова не получила. Досчитала до пяти, шагнула в комнату и замерла. Меня встретил полумрак, сияние в дальнем правом от входа углу и мерное клацанье кнопок ноутбука.

Денис лежал без подушки на кровати. Над его головой на подвесных конструкциях висел монитор, больше похожий на большой планшет. Его свет делал лицо Дениса синюшным и ещё более нездоровым, чем обычно.

По обе стороны от тела парня расположились половинки беспроводной клавиатуры. Именно по её кнопкам Денис резво стучал, не обращая на меня никакого внимания. На его бледном лице не отразилось никаких эмоций. Занят он. Разве не понятно?

— Здравствуйте, Денис. Как и договаривались, я пришла проводить реабилитационный комплекс. Вы готовы?

Ответом мне было молчание и клацанье по кнопкам.

— Я посмотрела ваши медицинские документы. В результате сочетанной травмы…

— Не надо, — ответил он с надрывом. — Разговаривать со мной как с ребёнком не надо. Выкать, сюсюкать, это всё — не надо.

Я пожала плечами и подошла ближе.

— Хорошо. Давай без «выканья». Я здесь, чтобы помочь тебе встать на ноги.

— Встать на ноги, — он горько усмехнулся. — Вы все так говорите. А потом уходите.

— Я не буду с тобой спорить. Это никогда не приносит результатов. Давай просто действовать.

Я подошла к окну и распахнула шторы. Комнату залил яркий солнечный свет.

— Ну зачем? Закройте!

— Солнце такое же лекарство, как и остальные. А ты полгода сидишь в темноте. Витамин D не вырабатывается, мышечный каркас тает. А без него невозможно ходить.

— Я на это не рассчитываю. Учусь быть профессионалом не вставая с кровати. Если это моё будущее, я должен стать в нём лучшим. Даже если работать буду лёжа.

Я пожала плечами, и отодвинула подвеску с монитором.

— Ну зачем? – в голосе Дениса появилось раздражение. – Я же не в игрушки рублюсь. Мне учиться надо. Для вас мой случай очередной в практике, а мне экзамены сдавать экстерном в режиме онлайн.

— Встанешь на ноги и офлайн сдашь. Ты сейчас к какой школе прикреплён? К местной?

Денис нетерпеливо мотнул головой. Попытался притянуть подвеску, но я отодвинула её ещё дальше.

— Сначала здоровье, потом учёба и работа. В здоровом теле здоровый дух, и всё такое. Чувствительность у тебя сохранена. Это уже много. Пересаживайся на коляску и пойдём в медицинский блок.

— Да какой в этом смысл? – на лице Дениса появилась усталость.

Но я не собиралась с ним спорить. Только работать до результата.

— Большой. Ты сможешь ходить, а я получу премию в размере годовой зарплаты. Так что торопись, нас ждёт счастливое будущее. Твоё в крутом университете.

— А ваше? – в глазах парня появился интерес.

— А моё на каком-нибудь курорте. Где-то на берегу тёплого моря. Так что давай, не отвлекай меня от пути в отпуск. Одевайся, и поехали.

— Куда? Сделайте массаж здесь, – заупрямился Денис.

Я огляделась по сторонам.

— Это твоя спальня?

Он кивнул и даже не попытался сесть.

— И спальня, и учебный класс, и зона отдыха, и, если захочется, даже кинозал.

— Так не пойдёт. Давай заводить правила: для каждого дела своя одежда и отдельное место. Для моих процедур идеально надеть шорты и футболку. Выбери приметные, чтобы не спутать с остальными. Пересаживайся в кресло. Я подожду тебя за дверью.

— А если я не хочу?

Я посмотрела на него с уверенной ухмылкой.

— Видишь ли, никого не спрашивают, хочет ли человек сегодня идти на работу, в школу или на пробежку. Просто надо, и всё. Берёшь и делаешь.

— Но это бесполезно!

— Мы ходим с тобой по кругу. Это неконструктивно. Меньше разговоров, больше дела. Я знаю, что ты встанешь. Я в тебя верю. Переодевайся и на процедуры. Я буду ждать тебя в коридоре.

— А если я не поеду?

— Ну, раз ты попросил без сюсюканья, я тебе отвечу прямо. Мне нужен результат. Я зайду и увезу тебя на твоей кровати. Если ты забыл, она крутая, и на колёсиках. Так что, я отвезу тебя в чём есть в медицинский блок. А возвращаться тебе оттуда будет проблемно. Я тебя не повезу обратно, а у кровати нет ни мотора, ни другого управления.

— Вы не имеете права! Вы так со мной не поступите! – вскинулся Денис.

— Вот и посмотрим! – отрезала я и вышла в коридор, напомнив, – через десять минут жду в медицинском блоке. И не советую сопротивляться!

С гордо поднятой головой я пошла в правое крыло. Мне вслед поворачивались камеры видеонаблюдения. Казалось, что они следят за мной с холодным любопытством.