Я замерла. В груди неприятно сжалось в области сердца.

— Вы смотрели новости полгода назад? – продолжил Максим.

Я смотрела. Все смотрели. Миллиардер Целлер построил систему искусственного интеллекта, которая, по слухам, могла взломать любую защиту. На него совершили покушение. Жена и сын погибли в аварии. Он забрал прах и исчез.

— А при чём здесь я?

— Вы работаете у Целлера. Юрия Юрьевича и его сына Дениса. Все, кто находятся в доме, допущены к этой информации. Я хотел, чтобы вы это понимали.

В висках стучало. Это не просто богач с травмированным ребёнком. Это Целлер! Вот почему он заключал договор от юридического лица, где не было его фамилии. Теперь понятно, зачем он отобрал у меня телефон.

— Всё очень серьёзно. Его ищут до сих пор, – сказал Максим тихо. – Все. От промышленных шпионов до политиков. Тот, кто завладеет его ИИ, получит власть над миром.

— Почему вы мне это говорите? – охрипшим голосом спросила я.

— Я работаю на Целлера пятнадцать лет и обязан ему жизнью. – Максим сделал паузу. – Он почти умер вместе с женой. Ни с кем не общался. Ни на кого не обращал внимания. Васс он посадил за стол. Пришёл сам на занятие. Поверьте, для него это нечто невообразимое. И я хочу, чтобы вы были с ним…

Максим пробовал подобрать слова, а меня окатило горячей волной.

— Поласковей? – возмутилась я. – Вы за кого меня принимаете?

— Что вы! – Максим выставил руки вперёд. – Я не хотел вас обидеть. Просто предупредить, что для Юрия Юрьевича это не просто так. Не интрижка, и не обычное заигрывание с прислугой. Для него это…

— Мы сами разберёмся! – перебил его Юрий.

Целлер стоял у выхода из столовой с двумя кружками и коробкой печенья под мышкой. Он выглядел уставшим и расстроенным. Не злым, а огорчённым.

— Максим, – сказал он тихо. – Выйди.

Охранник метнул в меня взгляд полный невысказанной просьбы и ушёл. Я осталась одна с Юрием. Он прошёл к столику возле камина. Поставил на него две чашки и коробку с печеньем.

— Максим получит за сводничество. Но по сути вопроса о причинах нашего затворничества, он прав. Теперь ты знаешь, во что ввязалась.

Он перешёл на ты, изучая мою реакцию. Меня это волновало больше, чем я бы хотела.

— Я ввязалась в работу, – сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. –Остальное меня не касается.

— Касается, – он шагнул ко мне. Приставил кресло к моему и сел. – Потому что ты уже здесь. Ты уже часть нашего мира, в котором есть исчезнувший создатель уникальной ИИ и его сын, считающийся погибшим.

Юрий придвинул ко мне чай и выпечку.

— Я заметил, что ты пьёшь чёрный с чабрецом. И что на печенье ты смотрела за ужином, но взять не решилась.

— Фигуру берегла, – смутившись ответила я.

— Такую фигуру невозможно испортить. Если что – тренажёры в твоём распоряжении. А пока угощайся, София.

Теперь он назвал меня по имени, и во мне отозвалось ярче, чем хотелось бы. В нашем общении было что-то запретное, недопустимое. Он миллиардер, которого ищут сильные мира сего. И я, которую бывший муж вышвырнул на улицу.

Чтобы скрыть волнение, я схватила чай и печенье. Откусила и закатила от удовольствия глаза. На лице Юрия появилась хищная улыбка, и я едва не поперхнулась отхлебнув чай.

— Не торопись. Вечер длинный. Всё успеем. – И снова это прозвучало как намёк. – Но теперь, когда ты знаешь мои секреты, я хочу знать твои.

— У меня нет секретов.

Я пожала плечами, стараясь безразлично улыбнуться.

— У всех есть.

Он посмотрел на меня так, что я не могла отвести взгляд. А пересохшие губы пришлось облизать. Глаза Целлера потемнели.

— Почему ты согласилась на эту работу? – спросил он. – Не только из-за денег. Ты не из тех, кто продаётся.

— А из каких я?

— Я хочу понять.

Я молчала. А потом слова полились сами.

— Потому что после развода у меня ничего не осталось: ни жилья, ни денег. Я получила машину в кредите. С ноутбуком было так же. Автомобиль я сразу продала, но денег на погашение кредита не хватило. Я научилась перекладывать деньги с одной беспроцентной кредитки на другую, и экономить, не покупая себе ничего. Жить пришлось в больнице. Спать на кушетке в дежурантской. Главврач была моей коллегой по другой больнице и закрывала на это глаза. А сейчас у неё проверка. Подставлять хорошего человека – последнее дело. А тут ваше предложение. Я подумала, что это выход.

— Вы так бедно жили с мужем?

— Нормально жили. – Воспоминания были неприятными. Они жгли изнутри унижением. – Мой бывший владеет половиной недвижимости города. Новиков, слышал? – Теперь и я перешла на ты, и это добавило разговору остроты. – Но у бывшего всё куплено не в браке или оформлено не на него. Вот я и оказалась там, где проживание в закрытом коттедже показалось находкой.

— И что ты потеряла переехав сюда?

— Себя, — сказала я. — Кажется, я потеряла себя.

Юрий помолчал. А потом сделал то, чего я не ожидала. Он протянул руку и коснулся моей щеки. Осторожно, почти невесомо. Глядя на меня с восхищением, как на произведение искусства.

— Ты не потеряла себя, — сказал он. — Ты просто забыла, где искать.

Я сбросила оцепенение и отшатнулась.

— Не надо, — сказала я. — Не надо меня жалеть!

— Я не жалею. Я понимаю.

— С чего бы?

— Потому что я тоже терял всё. Несколько раз. И каждый раз думал, что это конец.

— Но ты выжил.

— Выжил. Потому что было ради кого. – Он склонился ближе.

Я не выдержала первой. Вскочила и отбежала к противоположной стене.

— Это хорошо. Денис – отличная мотивация жить. Спокойной ночи. Нам понадобятся силы, чтобы жить завтра.

— ОТ себя не убежишь, София. Я это уже понял, а ты? – донеслось до меня, пока я не успела выскочить в коридор.

Сердце колотилось, а в груди горело потому, что Юрий был прав. Я хотела убежать от себя.

Я сказал, нельзя!

Мы продвигались в реабилитации Дениса крохотными шагами. Я видела положительную реакцию мышц на массаж и физиопроцедуры. Но мне было понятно, что страх не даёт парню начать действовать.

И я решила использовать вертикализатор, для толчка. Среди оборудования был новенький аппарат. Он подходил по росту и весу, а для моих целей был совершенно бесполезным.

Я открыла ноутбук, за который мне оставалось ещё три платежа. Открыла новую вкладку браузера. Удивительно, но тут же нашлась сеть с названием Мариам. Она оказалась незапароленной.

Мне надо было понять, какое оборудование просить у Максима. Нужна была модель с мягкими фиксаторами. Обязательно переднеопорная. А ещё, желательно комбинированная статически-динамическая.

Я ещё не успела найти нужный раздел, как экран стал чёрным. На нём появилась красная надпись «Запрет». А потом и буквы исчезли, а в коридоре раздались громкие быстрые шаги. Дверь в мою комнату распахнулась без стука.

— Дура! — Рявкнул Целлер.

Я вздрогнула и резко обернулась. Юрий стоял в дверном проёме с планшетом в руках.

— Это что ещё такое? – спросил он, двигаясь в мою сторону.

— Вы что, следите за моим ноутбуком?

— Я слежу за всем, что подключено к интернету в этом доме! — Он навис надо мной, яростно тыча пальцем в планшет. — Вы подписывали протокол безопасности. Кто разрешил вам выходить в интернет?

— Там не было ни слова про ноутбук.

— Ноутбук — это связь с внешним миром. А внешний мир – это угроза.

— Но я ни с кем не связывалась. Не писала писем, не отправляла сообщений! Я просто зашла на сайт интернет-магазина.

Он подошёл к столу. Положил планшет передо мной. На экране была открыта моя вкладка с вертикализаторами.

— Ты понимаешь, что наделала?

— Я хотела выбрать оборудование для реабилитации.

— У нас полно всякого оборудования! Вы говорили, что у нас его больше, чем в вашей больнице.

— Но оно не подходит! Мне нужно другое. Денису нужно.

Его глаза горели. Крылья носа раздувались. Едва сдерживая ярость, он продолжал говорить твёрдым голосом: