— Закупим, — пожала я плечами. — Самые простые и дешевые. Сразу предупреждать надо, чтобы возвращали. Не будут же они их воровать?

— Не велик прибыток. Своих у них все равно нету. А если скажем, что постоянно теперь будем приходить, может и не станут позориться. Вообще на стройках мужики справные работают. Им не до баловства.

Идея прошла на ура. И мы занялись ею. Как все-таки хорошо, когда люди дружно и в охотку что-то делают. За день все подготовили. Ближе к обеду, наш первый мини фудтрек отправился к клиентам. Меню все тоже — проще некуда. Первое, да второе.

Мой кулинарный талант приняли на ура и готовка была не так сложна. Теперь мне не только Кристина, но и невестки дядюшки помогали. А они на кухне не новички, дело кипело.

Пока ждали возращения наших мужчин, решили занятся другим важным делом. Кристина все еще вздыхала по неудавшимся «пеня-меням» и мы решили их налепить. Но успели только тесто подготовить и фарш, как услышали с улицы шум. Переглянулись в тревоге и выскочили на улицу. Во двор уже завезли тележки с кастрюлями и посудой.

— Что случилось?

— Все продали, — весело помахал нам дядюшка.

— Так быстро⁈

— А чего там возиться? — солидно кашлянул Вир. — Только крышки открыли, дух пошел, они и набежали.

— Вот что девоньки, надо нам посудой побольше затарится. Я с мужиками поговорил, они тут впроголодь сидят. С утра хлеба пожевал и на стройку. В обед отпустили, пока до таверны добежишь, пока на ходу пожуешь, уже обратно надо. Вечером так же как утром. Хлеба кусок, да воды глоток. Им и по лавкам ходить особо некогда.

— Как же с таким питанием работать? — изумилась я.

— А куда деваться?

Поле деятельности открылось — не паханное. Это же можно завтраки, обеды и ужины работягам продавать запросто. Это надо было обсудить и распланировать.

— Пени-мени затеяли? — обрадовался дядюшка. — А ну сынки, руки мыть и помогать.

Вир и Рив слегка опешили, но спорить с отцом были не приучены. Неловко присели к общему столу, но потом втянулись в процесс. Шлепая пельмешки мы и обсуждали что и как сделать. Какая посуда, какое меню, цена.

— Я предлагаю так сделать. За завтрак монетку, обед три, а ужин две брать, дорого?

— Нормально.

— Пусть пять платят, но с утра и сразу.

— Зачем это?

— Мы будем точно знать, сколько порций готовить. Даже если откажутся, думаю не будет проблемой продать излишек. А раз они решат, что так экономнее и на день едой обеспечены, будут постоянно так покупать. Можно потом и на неделю вперед плату брать.

— Толково. А то они и сейчас чуть не передрались, чтоб всем по миске досталось, а не по две.

— Кто-то суп, а кто-то вророе?

— Ага.

— С чего бы? Они же даже не пробовали, вкусно или нет.

— Им не до жиру, быть бы живу. Ходить никуда не надо, горячее похлебать, чего еще надо?

— И как с таким питанием они еще в обмороки от голода не падают? Работа же тяжелая?

— Так на то им время для обеда и дают.

Нда… Профсоюза на них нет.

Пени-мени зашли на ура. Кристина так объелась, что ей чуть плохо не стало.

В общем, работы у нас только прибавилось. Раскупалось все на ура. Тележки уже на третий день заменили на открытую телегу. Раньше на ней глину возили из-за города и лошадка в хозяйстве имелась, продать не успели за ненадобностью.

В целом все складывалось хорошо. Я была только рада, что у нас так много работы. Думать, а главное что-то чувствовать, мне было некогда. Разве что по ночам, пока не заснешь. Но я так усердно саму себя загоняла за день, что чаще всего просто падала в кровать, засыпая. Дядюшка смотрел на меня и вздыхал только. Я делала вид, что не понимаю смысла этих взглядов и вздохов тем более.

— Нельзя же так, милая, — подошел он ко мне как-то вечером, пока я по какой-то надобности во двор вышла. — Думаешь не видно, как тебе тошно?

— А как можно?

На это ему ответить было нечего. Мне тоже. И не хотела я думать. Не о чем. Я изначально знала — не судьба. Не в сказке живем. А я в нее никогда и не хотела. Эрхи, не эрхи — глупости все это. Придумали еще один сладенький миф о вечной любви.

Еще пару дней прошло и вдруг Вир прибежал домой в неурочное время.

— Стряслось чего? — первой спросила его жена.

— Все хорошо, там без меня отец, да дети справятся.

— А чего прибежал? Забыли что?

— Да нет. Переодеться мне дай во что поприличней. Человек к нам подошел, пригласил на беседу по делу.

— Какому еще делу?

— Вот и узнаю.

— Да что за человек-то?

— От барона нашего.

— Ой! Чего это вдруг?

Я не очень в курсе была, как тут было устроено градоправление, но мне казалось, что примерно как у нас. Мэры в городах точно были. Это он и есть барон? Что-то мне это не слишком нравилось. Чего ему от нас могло понадобиться? Скорее всего наша деятельность как-то привлекла его высочайшее внимание. Или побеспокоила. Этого еще не хватало.

Вир ушел, дядюшка вернулся. Заказов все больше и больше становилось. Этот Клондайк еще копать и копать. Я что-то совсем разнервничалась и взялась слойки делать. Кристина, конечно же, со мной и невестки, делали ночмнки под моим руководством.

Намаж тесто маслом, сложи, раскатай и так раз за разом. Уже и руки устали, а Вира все не было.

— Дядюшка Матиас, а кто такой этот барон?

— Барон как барон. Живет он тут иногда.

Еще интересней.

— Так он же губернатор наш, батюшка. Вы не знали? — удивилась младшая невестка.

Ага, я почти верно угадала. Но вот чтобы сразу и губернатор?

— Не знал, — поджал губы дядюшка.

Что-то мне в это не верилось. Я молчала и раскатывала новый слой, да так энергично, что чуть миску не смахнула, Кристина в последний момент успела ее поймать.

— Лиза…

Дядюшка конечно понял, что его наивная попытка немножко мне соврать не прокатила. Смущать его дальше я не хотела. Он же ради меня?

— А какой он человек?

— Да как тебе сказать? — я явным облегчением подхватил он «оливковую ветвь». — Я с ним за руку, конечно, не здоровался. Но так, вроде как не плохой. При нем и в городе заметно чище и порядка больше стало, после того как его назначил…

— А на такие должности сам король назначает? — не поднимая глаз от теста, прекрасно поняв, о ком он так резко решил умолчать, спросила я.

— Ну, а кто же еще, — стушевался он совсем.

Губернатор значит. Вызвал к себе Вира. Никому не известного?

Больше над тестом издеваться было нельзя и я принялась его резать и раскладывать начинки. Половина с повидлом треугольниками, половина с курицей и сыром — квадратиками. Смазали желтком и поставили первую партию в печь, тут невестки больше меня соображали, ввиду большего опыта, можно было на них спокойно оставить дальнейший процесс. Да и что там печь? Минут двадцать и готово.

Я помыла руки, огляделась, даже прибирать было нечего. Для вечерней готовки все было подготовлено, можно было побездельничать часок, другой. А вот этого я совершенно не хотела.

Мотылялась из угла в угол, поняла, что только всем мешаюсь и вышла на улицу. Где же Вир? Я уже и за ворота вышла, но его не углядела. Понятия не имея, где вообще тут резиденции, просто пошла по улице. Сил не было стоять и ничего не делать.

Измаялась я совсем за эти дни… Может просто надумала? Очень хотелось верить, что да. И в то же время обидно как-то было. Что ж он, найти меня не может совсем? Я же и не пряталась вроде. Сама себя не понимала. Что уж говорить о другом человеке?

Думать о нем не хотела и не могла не думать. Будто птица, что в силках запуталась. Я же не знала его почти, что там у нас было? Несколько поцелуев? Магия эрхов, что притащила меня сюда? Я даже не знала, благодарна ей за это или нет. Прошлая жизнь теперь казалась каким-то сном. И мне в нем было не слишком хорошо. Вот это я четко понимала теперь. Даже о родных я вспоминала не часто. Может потому, что мы разошлись по жизни? У них свои семьи, я сама по себе и все дальше и дальше день за днем.