Мой пульс зачастил, едва я подумала, что через считаные дни мы отправимся с целым авиапарком в Лондон, Париж – города, где я никогда не бывала. Путешествовать по Европе здорово, однако в объятиях Райана мне было ничуть не хуже и никуда не хотелось.

– Позвони и скажи, что заболел, – шепнула я. – Ты соврешь, а я поклянусь, что правда.

Его грудь затряслась от смеха.

– Дэвид, отменяй все! Моя прекрасная невеста приклеилась ко мне, и у меня нет ни малейшего желания надевать трусы – ни сейчас, ни потом.

Мне ничего не оставалось, как только хохотать с ним на пару.

Райан намотал на палец длинную прядь моих волос:

– Поверь, если бы не такой плотный график, мы бы лежали голышом целыми днями, даже неделями.

Я впилась пальцами в тугую задницу Райана, теряя голову от его жаркой мощи.

– Может, сделаем паузу на месяц-другой? По-моему, мы заслужили это после такой нервотрепки.

Райан вдавил меня в подушки.

– Поставим это во главу угла. – Его ослепительная улыбка вдруг померкла, моментально превратившись из легкой и озорной в серьезную. – Ты для меня важнее всего, Тарин. Надеюсь, ты это знаешь. – Он гладил меня пальцем по щеке, покуда нежность в глазах не сменилась раскаянием. – Я понимаю, что последние недели были суровыми.

Суровыми? Слишком мягко сказано. Скорее, это была проверка меня на крепость: смогу ли я выжить с невыносимой сердечной болью. Я высвободила левую руку, зажатую между нами, и повращала запястьем. Неловко согнутое под тяжестью Райана, оно уже начинало ныть. Иногда казалось, что я все еще в гипсе, хотя прошло уже почти две недели.

– Еще болит? – скривился Райан.

– Ноет. Иногда немеет, – пожала плечами я.

Он прищурился, обдумывая что-то и нежно водя рукой по моему животу.

– А ты… была у гинеколога, с тех пор как?..

– На прошлой неделе, – кивнула я. – Мэри ходила со мной.

– Что? – Райан сжал губы. Он как будто расстроился. – Почему ты мне не сказала?

Я ушам своим не верила! Он еще спрашивал, да к тому же резко. На прошлой неделе он заканчивал сниматься в «Тысяче миль» и, судя по всему, обдумывал свои чувства ко мне, поскольку беседы наши, черт побери, не отличались душевностью.

Райан слегка пихнул меня локтем, призывая к ответу.

Я встретилась с ним взглядом.

– А что ты ожидаешь услышать? – спросила я глухо. – Райан, на той неделе мы почти не разговаривали. Я решила, что тебе наплевать. Ждала, когда ты скажешь, что между нами все кончено.

Он схватил меня за левую руку и стал целовать пальцы рядом со сверкавшим обручальным кольцом.

– Ох, милая… прости. Знаю, я наломал дров. Просто все выглядело так… Я просто обезумел. Вот же зараза.

Я погладила его по щеке:

– Мы оба хороши.

Райан нахмурился и потерся лицом о мою ладонь:

– Ну так расскажи, пожалуйста. Что сказал доктор?

– Сказала, что все пришло в норму. Снова назначила противозачаточные таблетки. Если не возникнет осложнений, восстановлюсь за год.

Он явно сдерживал дыхание, потому что слова вдруг хлынули лавиной.

– Отлично. Хорошо. – Райан принялся потирать лоб, взъерошивая челку. – Черт, я понятия не имею, как это искупить. Я знаю, что сделал тебе больно. Клянусь, я все понимаю. Но я потрачу остаток жизни на то, чтобы все загладить. Даю тебе слово.

Я с трудом сглотнула, зная, что до разрыва нас едва не довели мои, а не его поступки и взбалмошные реакции.

– Это я виновата. Прости, что не поверила тебе.

Он повел плечом, не сводя с меня глаз:

– По-моему, мы оба получили урок. Теперь закалились и можем двинуться дальше.

Я кивнула, и камень свалился с души.

– Давай куда-нибудь уедем. Только ты и я.

Мое предложение приободрило Райана, и его напряженное лицо смягчилось.

– Посмотрим, что у меня с расписанием, и выделим отпуск. Поедем куда захочешь, моя хорошая. Куда угодно.

Он пригнул голову, и его губы – нежные, любящие – нашли мои. Мы пролежали долго, сплетясь телами, глядя друг другу в глаза и перешептываясь в любовных признаниях.

Боже мой, до чего же он был прекрасен в своей наготе: широкие плечи, мускулистые руки, нежно обнимавшие мое тело, волосы, растрепавшиеся после безмятежного сна.

Я изо всех сил старалась отгонять подобные мысли, но все же не могла не испытать укол самодовольства, зная, что большинство фанаток с готовностью пожертвовали бы рукой, родственником или почкой, чтобы только увидеть его обнаженным. «Прошу прощения, дамочки. Не хочу вас разочаровывать, но он целиком мой».

Жадная до него, я не смыкая губ целовала его крепкое тело – все ниже, даруя ему целую гамму ощущений: вот ногти впиваются в грудь, вот я покусываю мышечные бугры на животе, вот нежит его влагой мой блуждающий язык.

Сомкнув веки, Райан обмяк на подушках, а я продолжала ублажать губами и языком его мужское достоинство. У нас было мало времени, и я ловила каждую секунду.

– О, Тар, – прошептал он, напрягаясь под натиском.

Пальцы Райана зарылись мне в волосы – тянули, сжимали, направляя меня то вверх, то вниз. Черт, я здорово завелась. Я скребла рукой его грудь и заглатывала все глубже, извлекая из горла Райана блаженные стоны, и видела, что он наблюдает за мной.

Но едва я пустилась, что называется, во все тяжкие, помогая себе рукой, в нашу идиллию грубо вторгся рингтон его мобильника.

– Гррр… Какого черта? – зарычал Райан, обращаясь к тумбочке. – Какая сволочь дергает меня именно сейчас?

Про себя я расхохоталась, мгновенно представив единственную особу, имевшую свойство звонить в самый неподходящий момент. Должно быть, у нее развилось шестое чувство, позволявшее точно угадывать, когда ее сын развлекается в койке.

– Наплюй, – пробормотала я, беря его так глубоко, что чуть не подавилась.

Я хотела, чтобы Райан расслабился и забыл о своем постоянно трезвонившем телефоне, поганом графике. По его мурчанию и только что снова вымолвленному «о боже» я надеялась, что через пару минут он позабудет собственное имя. Я верила, что звонившему скоро надоест, но упорные трели до чертиков раздражали.

Через две минуты телефон ожил вновь.

– Да ты издеваешься!.. – простонал Райан.

Он изогнулся, чтобы взять трубку, но не хватило нескольких дюймов.

– Ну-ну-ну. – Я придержала Райана, прижала к постели.

– Дай просто выключить.

– Нет. Ты проверишь сообщения. Не трогай.

– Да нет же, я не… О, ффу… – просвистел он, втягивая воздух между зубами. – Обалденно… Ммм…

«А то я не знала, что тебе понравится».

Его руки снова забегали по мне, пальцы перебирали длинные пряди волос, а я старалась не считать телефонные звонки.

Райан взял меня за подбородок.

– Стоп, маленькая, стоп, – хрипло пробормотал он. – Я пока не хочу кончать.

Я подняла на него глаза, и он, положив руку мне на шею, привлек меня для поцелуя.

– Иди сюда.

Я хотела впитать его каждой клеточкой тела. Забрать в неизведанные края, где наслаждение и любовь нужны как воздух. Изнемогая от желания, я взяла в рот его верхнюю губу.

Он застонал и обвил меня рукой, а потом быстрым движением с легкостью перевернул и оказался сверху.

Длинные пальцы воспламенили мои бедра и скользнули внутрь. Райан терзал мою грудь и пировал, как оголодавший младенец. Я вся горела от желания ощутить в себе нечто большее, чем пальцы, но все эти волшебные эротические фантазии вылетели из головы, когда телефон зазвонил снова.

– Сукин…

Райан откатился от меня и хрястнул по надоеде. Если честно, мне уже стало интересно: кто проявляет такую дьявольскую настойчивость?

Он глянул на дисплей и насмешливо прыснул, отвечая на мой вопросительный взгляд:

– Это была Марла. Все четыре раза. Хватит, вырубаю.

Не успел он произнести эти слова, как трелями разразился стационарный телефон. Этот звук выволок из постели одного очень злого, упертого и не насытившегося мужика. И кое-кому предстояло испытать на себе все казни египетские.