Энн Уил

Медовый месяц в пустыне

Глава 1

Николь шла на свое последнее собеседование. Она до сих пор не знала, на чье объявление отозвалась и сколько у нее конкурентов, тоже прошедших предварительный отбор. Она вообще знала не намного больше, чем в тот день, когда прочла в газете о предлагаемой интересной и творческой работе и хорошем заработке, для которой требовался достаточно квалифицированный человек. Говорилось об «экзотическом месте» работы, причем точно не указывалось, где оно находится.

То, что ее выбрали, вселило в Николь уверенность, но будет ли этого достаточно, чтобы победить в соревновании? Николь знала, что она хороший дизайнер, но ведь этим видом деятельности занимается огромное количество людей…

Место, куда она сейчас направлялась, находилось в одном из самых престижных районов Лондона. Оказалось, что это был красивый многоэтажный дом, у парадного входа которого стоял швейцар в серой ливрее, застегнутой на серебряные пуговицы. Пока Николь называла свое имя, она чувствовала на себе пристальный взгляд молодого мужчины, стоявшего в стороне. По его виду она сразу догадалась, что он был охранником, и весьма опытным. У любого, кто явится сюда незваным гостем, будут большие проблемы. А это говорит о том, что жильцы дома либо очень богаты, либо знамениты.

– Вы найдете доктора Страфалена в квартире номер два, на четвертом этаже, мадам, – сказал швейцар и проводил ее до лифта.

Дверь перед Николь распахнулась, и она оказалась внутри самого роскошного лифта, который ей когда-либо приходилось видеть. Интересно, доктор Страфален мужчина или женщина? – подумала она. Может, он (или она) и есть тот неизвестный пока что работодатель? И почему доктор? Скорее всего, он не связан с медициной, потому что медику вряд ли понадобились бы услуги дизайнера.

Ее размышления были прерваны, потому что лифт остановился на четвертом этаже и Николь оказалась в коридоре, устланном ковровой дорожкой. Прямо напротив находился холл, где стоял диванчик, а над ним висела картина, которая, как определила Николь, принадлежала кисти Густава Климта. Неужели оригинал? Не может быть. Хотя почему бы и нет? При таком уровне жизни и картины в холле должны быть подлинными.

Табличка на стене указывала направление, в котором нужно идти к квартире номер два. Прибыв точно в назначенное время, Николь нажала кнопку звонка.

Через несколько секунд дверь распахнулась, и Николь увидела перед собой молодого мужчину, взгляд которого был еще холоднее, чем у охранника внизу. Николь никогда не отличалась застенчивостью, даже в детстве, но было что-то в его глазах, что пригвоздило ее к месту, поколебав обычную уверенность. Вероятно, Николь смутила его необыкновенная привлекательность. Ей еще никогда не доводилось встречать людей, которые так сильно зачаровывали бы ее с первого взгляда. Таким свойством обладали звезды экрана, когда они появлялись перед зрителями.

– Вы доктор Страфален? – спросила Николь, едва узнавая свой голос.

Мужчина кивнул.

– Входите, – сказал он глубоким и немного резковатым голосом.

Создавалось впечатление, будто его оторвали от множества других дел, поважнее, чем это собеседование, и что он попросту теряет время, разговаривая с ней.

Николь послушно прошла в квартиру, машинально оценивая достоинства хозяина: рост, телосложение, его мощную ауру.

Совершенно неосознанно Николь вдруг вспомнила один день из своего детства, когда ее повели в зоопарк. Вид диких зверей, запертых в клетках, очень расстроил ее. Но больше всего запомнилась пантера. Табличка рассказывала о том, что это самое быстрое животное на планете. Там, в зоопарке, клетка позволяла пантере двигаться только мелким шагом, она не могла проявить быстроту и силу своего тела.

Почему этот мужчина вдруг живо напомнил ей ту пантеру, Николь не могла объяснить. Может быть, все дело в его загаре, столь необычном для Лондона после дождливого летнего сезона. Бледные лица были более привычны, и даже загар у курортников, отдохнувших на берегах Средиземного моря, быстро сходил. Но у доктора Страфалена был, по всей видимости, естественный смуглый цвет лица, на который еще наложило отпечаток долгое пребывание в жарком климате.

Жестом он пригласил Николь следовать за ним, в конец коридора. Большая комната, где должно было проходить собеседование, была обставлена в элегантном стиле, удачно сочетающем европейские новшества с изящными восточными вещицами.

К великому огорчению Николь, ей не пришлось много путешествовать. Вот почему она так стремилась заполучить эту работу – Николь мечтала увидеть мир. Что ж, остается надеяться на лучшее и верить в то, что доктор Страфален предпочтет ее другим кандидатам, хотя в данный момент ничто на это не указывало. Он держался отстраненно и совсем не дружелюбно: ни разу не улыбнулся и даже не пожал ей руку.

– Садитесь. – Страфален указал на два дивана, стоявших друг напротив друга и разделенных стеклянным столиком.

– Спасибо.

Николь села, поставив сумку рядом, и утонула в мягких, обтянутых кожей подушках. Диван был создан специально для высоких людей, таких, как мужчина напротив нее, который удобно устроился, откинувшись на спинку. Николь же была среднего роста, и ей пришлось бы либо сесть прямо, либо вальяжно развалиться, что при данных обстоятельствах было не лучшим вариантом.

В течение долгого, как показалось Николь, времени доктор Страфален молча изучал ее. Николь силой заставила себя смотреть ему в глаза, хотя ей очень хотелось отвести взгляд. Что-то смущало ее, навевало странное чувство беспокойства.

Сегодня Николь специально оделась эффектно и по-деловому. Она прекрасно осознавала, что в свои тридцать два года все еще выглядит очень привлекательно, унаследовав внешность от своей блистательной матери.

В конце концов Николь стало казаться, что Страфален никогда не заговорит, и она, неожиданно для самой себя, начала первая:

– Вы уже встречались со многими кандидатами?

– С пятью. У них у всех достаточно высокая квалификация. Выбор будет зависеть от моего решения, кто лучше всего отвечает требованиям нашей специфики. Не хотите кофе?

– Да, спасибо.

Он наклонился и потянулся к маленькому звоночку, стоящему на столике. Николь не могла не заметить, как прядь густых черных волос упала на его высокий лоб. Даже если бы Николь не знала об ученой степени Страфалена, если бы это был просто человек, сидящий напротив нее в метро, она все равно выделила бы его из толпы. Конечно, внешность обманчива, но любой, у кого есть хоть какая-то интуиция, сможет судить по лицу Страфалена о проницательном уме и, возможно, прочитать знаки того, что этот человек упорный, требовательный и непреклонный во всем, чем он занимается. Бескомпромиссный, одним словом.

– И что же это за специфика? – спросила Николь, пытаясь выведать, что кроется за упоминанием об «экзотичном» местоположении.

Он ответил вопросом на вопрос:

– У вас хорошо с географией?

– Средне.

– Вы знаете, где находится Раджастхан?

– Конечно. Это штат на севере Индии, – спокойно ответила Николь, приготовившаяся к куда более сложным вопросам.

Не то чтобы ее так уж интересовала Индия, но она частенько просматривала атлас Дэна, мечтая о том времени, когда наконец сможет увидеть другие страны, познакомиться с другими культурами.

– А что еще вы о нем знаете?

– Не слишком много. Например, там находится знаменитая пустыня.

– Да, пустыня Тар.

В эту минуту в комнату вошел еще один мужчина. На вид лет пятидесяти, стройный, с тонкими руками и черными, как смоль, волосами, которые уже начинали седеть. Одет по-европейски, но явно индиец.

– Кофе, пожалуйста, Джал, – сказал Страфален. И, когда мужчина, поклонившись, вышел, продолжал:

– В западной части пустыни находится старый, обнесенный стенами город Карангар. Что вы скажете о том, чтобы жить и работать там?