Игрой слов вернула всё на место.

— Признанный, заметь. Так что ничего ты нам не сделаешь. Силёнок не хватит. Да и я не с улицы пришла, — примазалась к чужой славе. — Слышала о великом и могучем аристократическом роде Мива? Мы так-то тоже не последние с краю. Поэтому я лично знакома со всеми этими людьми, которых при тебе обзванивала.

— Да я… да я, — покрасневшая женщина залепетала от будущего унижения, к которому она стремительно приближалась, нервно теребя сумочку, — да я к Арима Ясука пойду! Она вас на клочки порвёт, невзирая на связи. Я с ней в один салон хожу, — пустила в ход последний козырь. — Япония большая. На Фудзиварах свет клином не сошёлся.

Маэда от отчаяния решила припугнуть дерзкую девчонку главной хищницей Токио. Печально известной страшилкой в кругу бизнесменов. Той самой безжалостной беспредельщицей Арима Ясука, не признающей авторитетов и старых правил, чья жадность с амбициями не знали границ. Эта страшная женщина готова разорвать и пожрать любого, даже небожителя, прямо как легендарный Фенрир.

Услышав эту фамилию, Мива на несколько секунд замерла, смешно выпучив глаза.

— Чего? Повтори! — потребовала с нечитаемым выражением лица.

Её голос приобрёл странные интонации. Маэда обрадовалась. Воспрянула духом, посчитав, что всё-таки нашла их слабость.

— Арима Ясука, — с готовностью повторила немного повеселевшая Маэда.

— Сейчас. Погоди. Мне нужно это переварить.

С тем же выражением лица Мива не глядя, по памяти набрала Арима.

— Привет-привет. Я на минутку. Знаю, что ты занята, — не давая той и слова сказать, быстро затараторила в телефон. — Я по делу…

— Сколько? — всё же вклинилась Ясука, перебив её, перейдя на деловой тон.

Вот только серьёзность Арима немного смазал последовавший за этим долгий, страдальческий вздох.

— Не в этот раз, — смутилась Мива, что было крайне редким явлением.

— Правда? — такое впечатление, Арима будто бы испугалась. — Что случилась?

— Я по другому поводу. Послушай, меня тут запугивают. Причём тобой. Угрожают, что ты порвёшь меня на сотню маленьких, милых Мивочек. Разоришь. Растопчешь. Вытрешь ноги. Сделаешь что-то нехорошее. Можно уточнить, что именно? Нужно ли мне уже сейчас покупать билет на самолёт в Монголию, или можно подождать до весны? А обувь мыть собираешься? А то я не хочу пачкать новенькую белую блузку от Chanel. Только недавно её одолжила у подружки. Бывшей. На год. Учти, я на стрелку с тобой в ней приду, потому что больше ничего приличного у меня в гардеробе нет. И ещё, со мной будет неразлучная школьная подружка — бита-тян. Ты её помнишь? Та самая, на которой ещё остались следы зубов сучки Момо.

— Чего? Повтори! — после короткой паузы попросила ошеломлённая Арима, повторив реакцию Мивы на её фамилию.

Девушка с удовольствием повторила, смакуя подробности, а также с трудом сдерживая улыбку.

— Это кто там такой… — Арима на секунду сбилась, пытаясь собраться с мыслями, — щедрый на обещания?

В голосе Ясуки послышался нешуточный интерес. Побледневшая Маэда вновь напряглась. В её глазах отразился ужас осознания той дыры, в которую она продолжала себя загонять с упорством номинанта на премию Дарвина. Учитывая, сколько влиятельных людей после визита в этот офис внесли её в черный список и преисполнились «благодарностью» за неожиданный звонок, будущее Маэды стало представляться в мрачных красках. Как сказали бы в одной северной стране: она вошла не в ту дверь.

— Маэда Цукую. Она сказала, что с тобой в один салон ходит. Вы с ней прям подружки, не то что я.

Арима насмешливо фыркнула.

— Скажешь тоже. Помню её. Та ещё… штучка. Ты сейчас на работе?

— Да, — подтвердила Мива.

— Понятно. Я так и подумала. Маэда у меня тоже денег просила. Проекты разные подсовывала.

Рассказала Арима, прекрасно зная, где Мива работает. Поэтому легко догадалась о причине звонка.

— А ты?

— А я не дала, — жёстко отрезала Арима, не допуская в этом вопросе игривости.

У Мивы её за двоих хватало.

— Почему? — заинтересовалась Мива, искоса посмотрев на замершую в нерешительности женщину.

— Хитрая больно. Считает себя умнее других. Она неисправимая транжира и шопоголик. Сначала тратится на себя, без меры, а потом на всё остальное. Не удивительно, что с такими приоритетами у неё ни на что не хватает. У Маэды незавершённых проектов столько, сколько у тебя не наберётся дисциплинарных взысканий за всю жизнь.

— Обалдеть! — искренне восхитилась Мива, посчитав это большим достижением.

— И что, много просит? — поинтересовалась Арима с профессиональным любопытством.

— Уже взяла. Пока она работала честно, мы честно платили, а как начала хитрить — перестали. Сейчас пришла скандалить. Требует продолжать оплачивать её банкет. Вот, думаю, что на это ответить.

— Посылай на хер! И вообще, этим твой босс должен заниматься. У него хорошо получается, — сделала ему неожиданный комплимент.

— Фудзивары сейчас нет в офисе. Он в командировке, за пределами Японии. Вернется не скоро. У него там корабль с пушками застрял где-то на Ближневосточной таможне. Босс поехал разбираться. На обратном пути планировал завернуть в Африку. Вроде там начали подворовывать на одном из его алмазных рудников. Моя непосредственная начальница обещала найти и продать таких шутников в сексуальное рабство. Пока не знаю куда, но выясню. В общем, я осталась в офисе за главную, — выдала желаемое за действительное, проигнорировав существование секретаря и директора.

Она о них тупо не вспомнила, увлёкшись обсуждением более интересной темы с подругой.

— Значит, твой босс весь в делах и заботах? Молодец. Без риса Kinmemai Premium с голубым тунцом в старости не останется. И вас, тунеядцев, голодными не оставит. Бери с него пример. Держись за рукав Фудзивары. Я до сих пор считаю, что тебе сказочно повезло, когда твой дед отдал тебя Синдзи. Жаль только не в сексуальное рабство. Я бы об этом с удовольствием послушала.

— Я бы тебе не рассказала, — Мива обиженно надула щёки.

— Это ты-то? Со школьным прозвищем — помело? — не поверила развеселившаяся Арима. — Не смеши меня раньше завершения рабочего дня. Кстати, ты в пятницу вечером свободна? Составишь компанию? Не хочу напиваться в одиночку. Мне в пятницу во вторую половину дня предстоит проблемная встреча, после которой я точно захочу заехать в бар и что-нибудь там разнести.

— Хорошо. Напомнишь за час до выхода. И не забудь заехать за мной.

— На такси доберёшься. Адрес скину.

— Ты цены на такси видела? — возмутилась Мива. — Может, ещё на метро предложишь прокатиться?

— Раньше тебя подобные мелочи не волновали, — рассмеялась Арима заметно потеплевшим голосом.

— Раньше я была молодой и глупой, — недовольно фыркнула Мива.

— А теперь?

— А теперь я взрослая, бедная и в трудовом рабстве.

Они принялись болтать, совершенно позабыв про Маэду, не знавшую куда податься. Не уходить же, не поставив в этой истории точку. Вмешивать в разговор Арима посчитала слишком опрометчивым поступком. И так выставила себя перед ней в неприглядном свете. Так, хоть можно будет попытаться выдать всё за бредни Мивы.

Когда сотрудница фонда закончила разговор, попрощавшись с подружкой, Маэда наскребла в себе остатки храбрости на последнюю просьбу. Попросила связать её с начальником Мивы, захотев перед уходом если не укусить, так хоть обгавкать эту негодяйку. Нажаловаться на неподобающее поведение и хамство подчинённой. На отсутствие манер. Терять-то уже нечего. Остатки гордости растоптаны. Репутация подмочена. От мысли о предстоящих звонках уважаемых людей, которых она вроде как подставила, начинала болеть голова. К тому же если в самое ближайшее время не получится решить вопрос с деньгами через начальника Мивы, Маэде придётся столкнуться с тем, чем она угрожала фонду. С последствиями нарушения контракта, чего женщина категорически не могла себе позволить. И так влезла в долги по собственной неосмотрительности. В этой ситуации уже не до гордости.