— Со мной! — воскликнула Кэсси. — Все думайте вместе со мной, дайте мне свою силу! Прямо сейчас!

Она представила его себе во всех подробностях: их длинный пляж, протянувшийся вдоль всей Вороньей Слободки. Раскинувшаяся более чем на милю сокровищница кристаллов. Кэсси собрала всю силу шабаша и устремила свои мысли прямо туда. Она сфокусировалась на пляже и через него посмотрела на Черного Джона — на кварцевый череп со злобным оскалом и пустыми глазницами. И потом толкнула свое сознание.

Она почувствовала, как энергия вырвалась из нее подобно мощному потоку тепла, подобно солнечной вспышке, вобравшей в себя все силы Круга. Энергия устремилась через Кэсси на пляж, а сквозь пляж — на Черного Джона, сгруппировалась, усилилась, подпитанная одновременно Землей и Водой. И взорвала череп. И на этот раз он осыпался на пол дождем из кварцевых осколков — так же, как когда-то Кэссин аметистовый кулон.

Раздался крик, который Кэсси не забудет никогда. Потом пол дома номер тринадцать ушел из-под ее ног.

16

— Ты как? — спросила Кэсси у Сюзан, на которой она нечаянно очутилась. — Все целы?

Членов Круга разбросало по пустырю, будто рукой неведомого великана. Но все вроде шевелились.

— По-моему, я сломала руку, — довольно спокойно заявила Дебора.

Лорел подползла к ней с целью проведения срочного осмотра.

Кэсси огляделась. Дом испарился. Номер тринадцать опять стал пустошью. И свет переменился.

— Смотрите, — сказала Мелани, обратив лицо к небу. Только на этот раз ее голос прозвучал радостно и почтительно.

Луна опять дарила миру серебряный свет и казалась уже просто тонким месяцем, к тому же растущим. Кровавая тень сгинула.

— Мы сделали это, — воскликнул Даг; его белобрысые волосы пребывали в состоянии «взрыв на макаронной фабрике». Он гикнул. — Э-ге-ге! Мы сделали это!

— Это Кэсси сделала, — сказал Ник.

— Он что, действительно умер? — резко спросила Сюзан. — Навсегда?

Кэсси опять оглянулась по сторонам и не почувствовала ничего, кроме ночной прохлады и бесконечно волнующегося моря. На земле царило спокойствие. Свет шел только от луны и звезд.

— Думаю, да, — прошептала она. — Мне кажется, мы победили, — потом она быстро обернулась к Адаму: — А что там с ураганом?

Он потрогал висящий на ремне плеер:

— Надеюсь, он не сломался, — произнес парень, надел наушники и прислушался.

Кто прихрамывая, а кто ползком, ребята добрались до Адама и стали ждать.

Он все слушал, качал головой, переключал каналы. Лицо его напряглось. Кэсси увидела рядом с собой Диану и взяла ее за руку. Они сидели вместе, молчали, держались как могли. Потом Адам неожиданно выпрямился:

— Сильные штормовые ветры на Кейп-Коде… шторм двигается на северо-восток… на северо-восток! Он повернул! Он уходит обратно в море!

Близнецы заулюлюкали, но Мелани цыкнула на них. Адам опять заговорил:

— Наводнения, высокий прилив… но все в порядке, жертв нет. Небольшой материальный ущерб, и только. Ура! Мы сделали это! У нас получилось!

— Это сделала Кэсси, — опять было начал Ник, и в его голосе звучало легкое раздражение, но Адам уже вскочил, схватил Кэсси и начал кружить ее в воздухе. Кэсси визжала и визжала, а он кружил и кружил ее. Она никогда не видела его таким счастливым с тех пор, как… в общем, она не помнила, когда последний раз видела его таким счастливым. Наверное, на Кейп-Коде, когда он улыбнулся ей своей дьявольской улыбочкой. За всеми бедами она и забыла, что мрачность не являлась его обычным состоянием.

«Герн», — подумала она, когда он, наконец, опустил ее, бездыханную и абсолютно пунцовую, на землю. Рогатый лесной бог, бог радостных торжеств. Крис и Даг пытались танцевать с ней, оба одновременно. Адам вальсировал с Дианой. Кэсси рухнула на землю, заливаясь смехом, и именно в этот момент в нее врезалось что-то крупное и пушистое.

— Радж! — прикрикнул Адам. — Я же сказал тебе оставаться дома!

— Он такой же послушный, как все вы, — выдохнула Кэсси, обнимая немецкую овчарку, чей мокрый язык уже обслюнявил ей все лицо. — Но я так счастлива, что вы не послушались. Вы, друзья… ну и Радж, конечно, — сказала она, обращаясь ко всему Кругу и собаке.

— Не могли же мы оставить тебя там одну, — выступил Шон и сразу же схлопотал подзатыльник от Дага.

— Конечно же нет, тигр ты наш саблезубый, — сказал он и глянул на Кэсси невинными глазками.

Кэсси посмотрела на Фэй, которая сидела в сторонке, как это раньше делал Ник.

— Спасибо, что поддержала нас, — произнесла она. Фэй сейчас совсем не походила на секретаршу.

Грива иссиня-черных волос свободно ниспадала с плеч, а туника скорее демонстрировала, чем прикрывала бледно-медовое тело. Она слегка напоминала пантеру и сильно — королеву джунглей.

Ее золотые глаза встретились с глазами Кэсси, и в уголках губ промелькнула едва заметная улыбка.

Потом она посмотрела вниз.

— Хоть ногти смогу опять красным красить, — лениво протянула красотка.

Кэсси отвернулась, спрятав улыбку: Фэй удостоила ее, пожалуй, наивысшей похвалы, на которую только была способна.

— Слушайте, если вы тут закончили с криками и танцами, — терпеливо, строго заявила Лорел, — не пора ли нам домой? У Деборы перелом.

Кэсси виновато подпрыгнула:

— Почему ты сразу не сказала?

— Да ладно тебе, чепуха, — ответила Дебора, но, тем не менее, позволила Нику с Лорел помочь ей встать на ноги.

По пути домой Кэсси вдруг потрясла мысль: «Мама. Черный Джон мертв, ураган отправлен обратно в море, а как же мама?»

— Мы можем отвести Дебору к старухам? — спросила она у Дианы.

— Это идеальный вариант, — ответила златовласка. — Лучше, чем там, ее нигде не вылечат, — зеленые глаза посмотрели на Кэсси с пониманием; Диана сжала руку подруги.

«Мне надо подготовиться, — настраивалась Кэсси по пути к дому номер четыре. — Мне нужно быть готовой. К чему угодно. К тому, что она мертва, к тому, что она все в том же состоянии, в котором была… все так же лежит на кровати. К тому, что она навсегда останется в этом состоянии.

Как бы там ни было, свое обещание я выполнила, я остановила Черного Джона. Больше он никогда не сможет причинить ей зла».

Прежде чем зайти в дом Мелани, Кэсси еще раз взглянула на луну. Сейчас она уже висела в небе толстеньким месяцем, радостным жирненьким месяцем. Девушка решила, что это к добру.

Дом встретил ее мерцанием свечей. На одно дикое мгновение Кэсси почудилось, что сейчас она опять увидит трех голых танцующих старух, но, когда она вошла в гостиную, ее взору предстала совсем иная картина. Тетя Констанс сидела на круглом стуле, прямая как палка; она была безукоризненно одета, и в том, как она подавала чай своим трем гостьям, чувствовались безукоризненные манеры.

Трем гостьям…

— Мама! — закричала Кэсси и рванулась вперед, переворачивая на ходу хрупкую мебель тетки Мелани. В следующую секунду она уже крепко прижималась к матери и терзала ее в объятиях на ни в чем не повинном диване тети Констанс. А мама, конечно же, обнимала дочку.

— Боже мой, Кэсси, — воскликнула миссис Блейк через несколько секунд, отстраняя девушку, чтобы лучше ее рассмотреть. — Что это на тебе?..

Кэсси потрогала диадему, убедилась, что та безбожно съехала, поправила ее и посмотрела маме в глаза. Она просто не могла поверить своему счастью — тому, что мамины глаза смотрят и видят, и в итоге забыла ответить на заданный вопрос.

Из коридора раздался голос Деборы, утомленный, но гордый:

— Она наш лидер, — прояснила ситуацию девушка. — Аспирин в этом доме найдется?

— И, конечно же, никакой не временный, — раздраженно сказала Лорел. — Мы тебя выбрали.

— И ты оправдала доверие, — добавила Дебора, откусывая большой кусок яблока, которое она держала незагипсованной рукой.

Это было на следующий день. Уроки отменили, во-первых, потому, что буря причинила легкий ущерб школьным постройкам, а во-вторых, потому, что пропал директор. Члены Круга устроили пикник во дворе Дианы, благо день выдался мягким не по сезону.