– Как тебе Пол? – спрашивает Тия.

– Типичный гик, – отвечает Эмили. – Симпатяга, но все же гик.

– Хм...

– Активист «зеленых» и так далее.

– Да, я догадалась. Эмили улыбается Тие:

– Я рада, что ты вчера ночью не сбросилась со скалы.

– Я тоже, – отзывается Тия и задумывается. – Значит, ты все понимала?

– Что?

– Ну, что творилось вокруг. А мы думали, ты в шоке.

– Ощущения были странные, – признается Эмили. – Все звуки – как под водой. Слышала, как люди приходят в себя во время операции и все чувствуют, но из-за наркоза не могут пошевелиться? Вот со мной так и было. Все понимала, но сделать ничего не могла. По-дурацки вышло. – Она усмехается, – Давай про ночь не будем. Меня это угнетает. Поболтаем о своем, о девичьем.

– О девичьем?

– Ну да. Хватит уже волнений.

Тия вновь чувствует себя медсестрой. К Эмили надо подстроиться.

– Ты знаешь, что у Пола шесть лет не было секса? – непринужденно продолжает Эмили.

– Серьезно?

Эмили будто сидит на препарате, который позволяет говорить только про жизнерадостное, бессмысленное и банальное. Сейчас она – идеальный персонаж документального фильма. Правда, Тия предпочла бы послушать о минувшей ночи.

– Да-да, – кивает Эмили. – Шесть лет.

– Почему так долго? – спрашивает Тия.

– Точно не помню. Кажется, Пол говорит женщинам, что он член движения «Настоящая любовь умеет ждать». Если женщин это не отталкивает сразу, он с ними встречается, но не спит.

– Откуда ты знаешь?

– Он сам признался ночью, когда ты ушла спать. —Сколько же ему лет? – спрашивает Тия.

– Кажется, двадцать пять, – отвечает Эмили. – Да, точно – двадцать пять.

– Значит, в последний раз он занимался сексом в девятнадцать. Интересно, что она с ним сделала?

– Или он, – добавляет Эмили, вскинув бровь.

– А я думала, только Джейми с парнем трахался.

– Правильно. Суперская история, да?

– По-моему, непристойная.

– По мне, так просто сексуальная, – заявляет Эмили. – Я не прочь... ну, ты понимаешь.

– С Джейми?

– Да. Шокирована?

– А как же всякие болезни? Ты же знаешь, после этих...

– Ха! Он наверняка был в резинке, дурочка.

– Если он не полный кретин, – уточняет Тия. – Кстати, где он?

– Без понятия, – отвечает Эмили. – Может, наверху?

– Один?

– Или ушел гулять.

– Пойду его поищу, – решает Тия.

Снаружи Джейми нет. Пол и Энн, точно школьники на практикуме по биологии, бродят под деревьями с пустыми банками. Накрапывает дождь, небо

мрачнеет. Тия улыбается Энн и возвращается в дом. Эмили напевает, ставя спагетти на плиту. Она не замечает, как Тия идет через кухню.

По пути наверх Тия слышит какой-то звук. Жалкий и трогательный. Словно осиротевший ребенок или звериный детеныш.

Войдя в мансарду, Тия понимает, что это Джейми. Он сидит у кровати, подтянув колени к подбородку, с папкой в руках и открытым чемоданом у ног. И плачет.

Глава 28

Свет за окном меркнет, приходится зажечь лампы. Внезапно они гаснут.

– Батареи отключились, – говорит Пол.

– А я думала, ток подается прямо в дом с накопителей, – отвечает Энн.

Пол пожимает плечами:

– Может, напутали с соединением. И электричество подавалось с батарей.

Света хватает, чтобы разглядеть, как паук ест сверчков.

– Лучше убери его, пока Тия не увидела, – советует Брин.

– А где она? – спохватывается Эмили.

– И Джейми, – вспоминает Брин. – Они знают, как устроены батареи. – Брин встает и потягивается. – Пойду поищу их.

– Джейми что-то давно нет, – говорит Эмили. Она переварила спагетти и теперь готова расплакаться.

Энн пересыпает землю из банки в коробку с пауком.

– Может, пока занесете в дом дрова? – уже в дверях спрашивает Брин.

Через пять минут он возвращается в кухню. Эмили уже накрывает на стол.

– Пол! Энн! – задыхаясь, зовет Брин.

Они оборачиваются. Брин испуган, но старается виду не подавать.

– Я... мне нужна помощь.

Оба понимают: что-то стряслось. И сразу встают. Эмили им улыбается.

– Возвращайтесь скорее, – говорит она. – Пока обед не остыл.

– Что там? – спрашивает Пол, едва они выходят из кухни.

– Идем наверх, – зовет Брин.

– Зачем? – вмешивается Энн. Брин качает головой:

– Не могу объяснить. Хрен знает что. Джейми не в себе.

– Джейми? – настораживается Пол. – Что с ним?

– Нашел кое-что. Скорее.

Все взбегают по лестнице в мансарду. Тия обнимает Джейми, тот тихо плачет.

– Никак не могу его увести, – говорит она Брину. – Привет.

– Что стряслось? – спрашивает Пол, перешагивая через закутанный труп.

– Он нашел вот это, – Брин толкает ногой открытый чемодан.

Пол и Энн заглядывают внутрь. И видят то, что уже видел Брин: ключ, нож, шприц, маску, три фаллоимитатора, плотную повязку на глаза и набор для шитья.

– Что это такое? – спрашивает Энн. Пол уставился на содержимое чемодана.

– Не может быть... – наконец выговаривает он.

– Дошло? – спрашивает Брин. Пол медленно кивает.

– Тошнит... – шепчет он и хватается за живот.

– Ничего не понимаю, – вмешивается Энн. – Зачем все это?

– И еще паук, – подсказывает Брин. – Только не в чемодане.

Тия передает Брину папку.

– Покажи ей, – говорит она. Энн берет папку и начинает читать.

– Обрати внимание, как мы отвечали на вопрос, чего больше всего боимся, – советует Пол. И смотрит на Брина. – Я прав? Это символы наших страхов?

– Ага, старина, – кивает Брин. – В точку.

– Не просто символы, – поправляет Тия.

– Он собирался ее изнасиловать, – всхлипывает Джейми, – запереть Пола, и... и...

– О господи... – до Энн доходит. – Мерзость какая!

– Смотри, что мы еще нашли, – говорит Тия. Она протягивает Энн плотный лист бумаги. Брин

его уже видел. План второго этажа со спальнями, скотчем приклеены ключи.

– Блин, – говорит Энн. – Час от часу не легче.

– Эмили ничего не говорим, – предупреждает Брин. – Иначе она совсем свихнется.

– К изнасилованию он подготовился, – отмечает Тия. – Смотрите – маска, фаллоимитаторы, повязка.

– Повязка для меня, – поправляет Энн. – Я написала, что боюсь ослепнуть.

– Но ты ведь солгала? – уточняет Пол.

– Надо же было что-то написать, – отзывается она.

Энн не просто бледная, как всегда, а зеленоватая.

– Тогда кому же набор для шитья? – спрашивает Тия.

– И нож, – добавляет Пол.

– Нож – наверное, для изнасилования, – соображает Брин.

– Нет, чтобы убить меня, – говорит Джейми. – Я же написал, что больше всего боюсь смерти.

Он уже перестал всхлипывать. Веки у него опухли и покраснели.

– А может, набор просто для шитья, – высказывается Пол, но остальные явно сомневаются.

– Хорошо, что он сдох, – вырывается у Брина. На этот раз он не выдерживает и пинает труп.

– Перестань, – тихо просит Энн.

– Нет, пни посильнее! – просит Джейми. – Ебаный мудак! – орет он на мертвеца.

– Не надо. Мы же не такие, как он, – мягко убеждает Энн. – Лучше пойдем отсюда.

– А что мы скажем Эмили? – спохватывается Пол.

– Ничего, – говорит Энн. – Ничего не скажем. Брин прав.

– Ты сможешь сойти вниз? – спрашивает Тия у Джейми.

– Нет, – выговаривает он. – Я хочу домой.

– Мы все хотим домой, – напоминает Тия. – Но надо быть смелым.

– Может, просто объясним Эмили? – колеблется Пол.

– Ни в коем случае, – отрезает Джейми.

– Да, ее страх – самый жуткий, – соглашается Брин. – Нельзя ей все это показывать.

– Смотреть страшнее, чем на моего паука, – подхватывает Тия.

– Да, – кивает Энн. – Я не боюсь ни шприца, ни ключа, ни паука... Но остальное ужасно. И то, что он хотел держать нас взаперти...

– А этот ключ от какой комнаты? – спрашивает Пол. – Хотел бы я знать, где он собирался запереть меня. Почему не в спальне? Он кладет ключ в карман.

×