Рабочие складов взмокли от пота, несмотря на утреннюю прохладу, пока бегом загружали каждый корабль провизией на десятидневное плавание. Десять кораблей были океанскими галерами, предназначенными для перевозки и пассажиров, и груза. Каждая из них была оснащена парусом, укрепленным бамбуковыми шестами, способным поймать любой ветер, помогающий гребцам. От носа до кормы, включая мачту, корабли были украшены белыми знаменами Муратомо, флагами и вымпелами с гербами других семей самураев, принимающих участие в экспедиции.

Когда небо над холмами, окружающими Хакату, стало бледно-голубым, самураи начали посадку на корабли. Некоторые прощались с унылыми членами семей, проводившими их до этого места. Других, пьяных, почти несли на себе женщины, у которых они провели последнюю ночь на берегу.

Задолго до восхода Ниосан и Дзебу совершили долгий спуск с холма от Храма Цветущего Тика. Сейчас, одетая в серое платье до щиколоток и черный плащ старшей в Ордене женщины, Ниосан смотрела на Дзебу сияющими глазами. Дзебу был вынужден согнуться почти вдвое, чтобы обнять и поцеловать ее.

– Как такой великолепный, огромный человек смог выйти из такого крошечного существа, как я? – засмеялась она.

– Я буду скучать по тебе, мама! Она пригрозила ему пальцем:

– Мы прощались слишком много раз, слишком по-разному, чтобы сейчас чувствовать грусть. Быть может, тебе удастся побывать на земле твоего отца. Надеюсь, если ты это сделаешь, сердце твое успокоится.

Дзебу посмотрел за остров Шинга, песчаное пятнышко на северной оконечности бухты, как будто пытаясь разглядеть сказочную страну, лежащую на востоке. На его глазах мимо острова скользнула длинная темная тень. За ней – другая.

Тишина нависла над причалом. Послышался ропот, Когда один корабль за другим стали появляться у входа в бухту. Он становился все громче, когда, ритмично взмахивая веслами, суда подошли ближе. Стали видны яркие знамена, украшающие корабли. Они были кроваво-красными.

– Мы в ловушке! – сказал стоящий рядом с Дзебу человек.

– Могли бы догадаться, что Такаши не позволят нам уйти, – сказал другой.

Толпа расступилась, и к кромке воды прошагал Юкио. Ради торжественного случая он был одет в лучший боевой наряд с серебряным орнаментом и белыми шнурами. Серебряный дракон вызывающе скалился с его шлема. Люди внимательно наблюдали за ним.

Он улыбнулся, увидев корабли Такаши:

– Они оказали нам честь, удостоив наш отход эскортом.

Некоторые нерешительно рассмеялись. Юкио шагнул к краю причала и поднял вверх руки. Тишина опустилась на собравшихся самураев.

– О, Хачиман-Явата, мой прапрадед был известен как Хачиман Таро, твой первенец. Сейчас, в минуту величайшей нужды для моей семьи, взываю к тебе о помощи! Благослови наше путешествие через великую воду! Позволь нам найти счастливую судьбу, которую мы будем искать в Китае! Позволь нам вернуться когда-нибудь в эту страну Богов победителями!

– Позволь нам покинуть бухту Хаката, для начала, – тихо произнес Дзебу, наблюдая за парусами Такаши.

Торопливо попрощавшись с людьми, пришедшими их провожать, самураи по трапам стали подниматься на корабли. «В сознании каждого, – подумал Дзебу, – звучит вопрос: я действительно отправлюсь в Китай или сегодня умру?» Дзебу на мгновение сжал ладонь Ниосан, глядя в ее глаза, потом резко развернулся и прошел на корабль Юкио. На причале, оба в слезах, прощались Моко и женщина с ребенком на руках. Наконец он вырвался. Бережно неся свой плотницкий ящик, он прошел за Дзебу по трапу.

Юкио стоял на палубе, над крышей кормовой рубки галеры. Рядом с ним стоял кормчий, седой мужчина в черной одежде, который плавал в Китай и обратно много раз. Вокруг него собрались самураи в доспехах: каждый из них будет командовать размещенными на кораблях воинами. Юкио был самым низкорослым из них. Дзебу присоединился к этой группе.

– Я подготовился к атаке с моря! – говорил Юкио. – Посоветовался с местными рыбаками о ветрах и течениях бухты Хаката. Я уверен, что мы сможем ускользнуть и сбежать от Такаши!

Ропот возмущения раздался из уст широкоплечего самурая:

– Ускользнуть от них? – сказал Сензо Сабуро, который давно командовал экспедицией по освобождению Юкио из Рокухары. – Мы не хотим ускользать от них! Мы хотим сражаться с ними! Почему мы не атакуем врага немедленно?

Юкио презрительно рассмеялся. От этого смеха лицо Сабуро покраснело.

– Хорошо, если ты хочешь драться и умереть, зачем утруждать себя посадкой на корабль? Еще десять тысяч воинов Такаши двигаются против нас с суши. Если мы останемся здесь, то сможем умереть в схватке на земле, а не барахтаясь в воде!

Командиры смущенно переступили с ноги на ногу, потирая ладонями рукояти мечей. Наконец Сабуро сказал:

– Почему не попытаться атаковать корабли Такаши и прорваться с боем?

Улыбаясь, Юкио покачал головой:

– Наша цель – переправить эту армию через море и завоевать богатства в Китае. Я не позволю разгромить экспедицию, когда Священные Острова еще не скрылись из виду!

Совещание закончилось, и командиры прошли на свои корабли. Юкио улыбнулся Дзебу и похлопал его по плечу. Все еще улыбаясь, он повернулся к кормчему и отдал приказ отходить.

На мгновение наступила тишина. Затем раздались крики кормчих и были отданы швартовы. На каждом Корабле барабанщик поднял палочку и с грохотом Ударил ею по верхней части большого тайко из кожи обезьяны. Длинные белые весла сверкнули в зеленой воде. Юкио стоял на корме между кормчим и двумя рулевыми. Согнувшись у леера, стоял сигнальщик с набором флажков. Приказы передавались от Юкио кормчему, потом рулевым. Взмахами многоцветных флажков сигнальщик передавал приказы Юкио на остальные корабли.

С моря дул свежий, пахнущий солью ветер, приливные волны шлепали о причал. Преимущество было на стороне кораблей, идущих к берегу. Паруса кораблей Муратомо были свернуты, и только руки гребцов толкали суда вперед.

С закинутым за спину луком Дзебу стоял у леера и смотрел сквозь водную ширь на темные корпуса и желтые паруса кораблей Такаши. Как они далеко! Как широка бухта! Она могла вместить тысячи кораблей. Пройдет еще много времени, прежде чем Муратомо приблизятся к Такаши. Во время войны на суше враг иногда набрасывался на тебя прежде, чем ты успевал его увидеть. На море ты можешь наблюдать за ним часами, прежде чем удастся сблизиться для схватки.

Тайко на десяти кораблях грохотали, Юкио наблюдал за флюгером в виде рыбы на мачте. Флюгер неизменно указывал на Хакату. Огромные пушистые облака плыли по небу на восток, как флотилия тяжело груженных торговых судов Моко скорчился у ног Дзебу, прислонившись к лееру и положив на колени свой ящик догу. Самураи дремали у бортов. Работали только люди на веслах, ряды голых коричневых плеч ритмично поднимались и опускались. Флот Муратомо медленно выходил в центр бухты. Корабли Такаши с развевающимися красными знаменами стали видны значительно лучше, но не оставили позицию у входа в бухту. Дзебу насчитал тридцать кораблей.

Внезапно Юкио выкрикнул приказ. Все на головном корабле повернулись на звук его голоса. Кормчий сказал что-то сигнальщику, рулевому и надзирателю за гребцами. Правый ряд весел замер, левый заработал вдвое быстрее. Зеленый флажок затрепетал над головой сигнальщика. Рулевые уперлись ногами в леер И налегли на румпель. За несколько мгновений флот Муратомо сменил курс и направился к маленькому рыбацкому поселку Хакосаки, самому северному из трех поселений вокруг бухты.

Один за другим корабли Такаши сменили курс и образовали колонну преследования. «Кажется, что все происходит так медленно! – подумал Дзебу. – Мы первыми сменили курс, потом они заметили это, и некоторые из них тоже сменили курс. Но все равно нас разделяют часы. Любое преимущество, завоеванное на таком расстоянии, может означать жизнь или смерть для тысяч людей».

Он может умереть сегодня. Дзебу сел на палубу спиной к лееру, вытащил синтай из-под одежды и вгляделся в пламенное ядро. Он почувствовал, как его вены медленно заполняются силой и спокойствием. Сила синтая работала как всегда. Сидящий рядом Моко наблюдал за ним.