— Она бросила меня? Променяла на другого?

— Боюсь, что так.

— Не стоило ей так поступать.

— Знаю, и мне очень жаль. Натали следовало откровенно рассказать вам обо всем, признаться, что она не достаточно любит вас, чтобы стать вашей женой. Я знаю, вам сейчас больно…

Сбивчиво произнося слова сочувствия, Алекса внезапно замерла на полуслове, обескураженная реакцией Сантоса.

Ничего подобного она не ожидала. Если честно, на неприятные новости он отреагировал весьма неординарным способом.

Сантос Кордеро громко рассмеялся.

Когда Алекса сказала, что понимает, как ему больно, он откинул назад свою темноволосую голову, закрыл глаза и залился смехом. Ничего веселого в его смехе не было. И ничего приятного тоже. Лишь горечь, от которой кровь стыла в жилах.

— Сантос? — осторожно позвала Алекса, опасаясь, что он не так ее понял.

Может, своей нервозностью она ввела его в заблуждение? Может, он решил, что его разыгрывают? Ведь легкомысленная Натали действительно частенько подшучивала над окружающими.

— Сантос, вы слышали, что я сказала? Вы должны понять…

— О, я слышал вас, красавица, и отлично все понял. Ваша сестрица изменила своему слову и удрала, оставив вас извиняться. Это я понял великолепно. Не понимаю только, почему вы решили, что я должен убиваться по этому поводу.

ГЛАВА ВТОРАЯ

— Что?

Алекса смущенно заморгала, пытаясь осознать смысл слов Сантоса.

И смех-то его был неожиданным, а уж последующие слова и вовсе казались невероятными.

Брошенному жениху полагается испытывать гнев, возмущение, горечь из-за предательства любимой женщины. А тут налицо лишь спокойный цинизм и непоколебимая самоуверенность.

— Вам все равно? Не могу поверить…

Сантос равнодушно пожал плечами и взлохматил блестящие черные волосы, словно расслабляясь после долгого трудового дня.

Но расслабленным его никто бы назвать не посмел. Выражение лица оставалось напряженным, губы плотно сжаты, брови сошлись на переносице. Да и глаза мужчины в буквальном смысле метали молнии. Алекса невольно вспомнила, как при первой встрече с Сантосом подумала, что у того самые холодные глаза в мире.

— Вы ждете, что я буду вести себя так, словно ваша сестра разбила мне сердце? Словно я потерял любовь и теперь не нахожу в себе сил жить дальше? — насмешливо спросил он. — Уверяю вас, вы ошибаетесь. Таких проблем у меня не возникнет, зато ваша семья может столкнуться с некоторыми трудностями. По правде сказать…

Он резко оборвал фразу, потому что кто-то легонько постучал в дверь с другой стороны.

— Александра? Алекса?

Голос отца звучал очень приглушенно.

— Все в порядке? Что случилось? Кордеро, что…

— Минуточку! — рявкнул Сантос через плечо и вновь остановил пылающие глаза на растерянном лице Алексы. — Мы, пожалуй, выйдем и все объясним. А лучше…

От его тона по спине у нее побежали мурашки.

— Лучше вы все объясните собравшимся, — закончил он. Несмотря на мягкость его тона, Алекса ни на секунду не усомнилась, что это приказ, обсуждению не подлежащий. — Объясните вашему отцу, вашей семье и всем гостям, что произошло.

— Но я… — голос Алексы сорвался, протесты застряли в пересохшем горле. — Мне будет сложно, лучше вы сами…

Не может же она принять весь удар на себя! Сообщить, что Натали сбежала со свадьбы — свадьбы, которую глянцевые журналы уже окрестили Свадьбой Года. В этом союзе колоссальное богатство жениха должно было объединиться с аристократическим происхождением и красотой невесты. Сантос Кордеро заработал миллиарды долларов собственными руками и головой, поднявшись из низов на самую вершину успеха, и теперь собирался закрепить свое положение браком с британской аристократкой, двадцатисемилетней Натали Монтекью, дочерью лорда Стэнли. Эта история была похожа на сказку еще и потому, что Натали считалась выдающейся красавицей, да и жених отличался завидной внешностью.

— Я не… — тихо пробормотала Алекса и осеклась. Она чувствовала еще большую растерянность, чем когда впервые входила в церковь, в особенности потому, что теперь находилась под прицелом холодных безжалостных глаз.

Что она будет говорить, как объясняться? Но Сантос не пожелал слушать ее возражения. Он приблизился к ней, схватил за руку и поволок к двери.

— Вы сделаете это, — процедил он сквозь зубы. — Ваша семейка достаточно попортила мне жизнь, так что…

Его перебил стук в дверь и голос отца Алексы — теперь более настойчивый.

— Александра, что происходит?

— Ничего… то есть… все хорошо, — пролепетала Алекса, понукаемая кивком Сантоса. — Мы сейчас выйдем, и я… я все объясню.

Похоже, других вариантов у нее просто нет. Ей придется принять основной удар на себя.

— Пустите меня! — возмутилась она. — Да, я принесла вам дурные новости, но в наше время таких гонцов уже не убивают. А я всего лишь передала вам сообщение от Натали…

— Но вашей сестры здесь нет.

Он подтолкнул Алексу к двери, другой рукой широко распахнул ее.

— Да не тащите меня так! Вы обращаетесь со мной, словно с…

Споткнувшись о порог, она чуть было не упала. Но та же рука, что тащила ее вперед, помогла восстановить равновесие.

— Не дергайте меня!

— Я пытаюсь помочь.

Холодный блеск глаз предостерег Алексу от дальнейших споров. Как она дошла до такого? Как из посланницы превратилась в жертву, вынужденную терпеть жестокий нрав «господина»?

— Тогда не пытайтесь. — Сарказм в ее голосе не оставлял сомнений в том, что его помощь — последнее, в чем она нуждается. — Я сама прекрасно справлюсь.

— Может, и так, — процедил он сквозь зубы. — Но мне не хотелось бы, чтобы вы свалились в обморок и оставили меня одного разбираться с последствиями. А кроме того я хочу быть уверен, что вы не последуете примеру сестрицы и не сбежите.

— Какая разница, даже если и сбегу?

На мгновение у Алексы возникло искушение треснуть его ногой по лодыжке, но внимательный взгляд серых глаз заставил ее отказаться от этого намерения. К тому же со всех сторон на них смотрели растерянные гости. Через несколько мгновений они с Сантосом благополучно добрались до алтаря.

— Алекса… — снова начал отец, но быстро замолчал, заметив, что Сантос собирается заговорить.

— Дамы и господа…

Ему даже не пришлось повышать голос, присутствующие и так замерли в молчании. Все глаза смотрели на него.

— Произошло небольшое изменение планов…

Небольшое?

Алекса изумленно оглянулась на него. Сантос проигнорировал выражение испуга, застывшее в ее глазах, и преспокойно продолжил:

— Венчание не состоится.

— Нет…

Этот возглас вырвался у отца, который, покачнувшись, отступил назад. На передней скамье произошло какое-то движение. Мачеха Алексы смертельно побледнела, прикрыв рот ладонью, словно сдерживала рвущийся наружу крик. На лицах обоих родителей застыло выражение крайнего замешательства.

Но разве не хуже было бы, сделай Натали громадную ошибку и выйди замуж без любви? Лучше сейчас отменить свадьбу, чем закончить семейную жизнь разводом, который наверняка стоил бы дороже — и не только в финансовом отношении. Но отец выглядел так, словно наступил конец света.

У Алексы не оказалось времени додумать эту мысль до конца.

— Натали не придет, — холодно объявил Сантос. — Она сбежала от меня — вот о чем пришла сообщить ее сестра. А теперь она подробно обо всем вам расскажет сама.

Он дернул Алексу за руку, и она сделала шаг вперед. Наступил момент истины. Ей придется сказать присутствующим правду.

Только какую правду? Алекса толком не представляла.

— Александра? Что случилось?

— Давайте, — поторопил Сантос. — Рассказывайте.

— Боюсь, что сеньор Кордеро прав… Натали в последний момент передумала. Решила, что выйти за замуж без любви будет неправильно. К тому же незадолго до свадьбы она поняла, что любит другого.

Хоть это она может сказать с убеждением. Перед мысленным взором Алексы снова промелькнули гостиничный номер и Натали, разглядывающая великолепное свадебное платье, висящее передней, глазами, полными слез.