— В Лондоне, но не здесь.

Да, в родном городке все по-другому. Слухи о том, что Эйвери встречается с самим Джонасом Мерсером, вызовут глубочайший интерес. И еще больше внимания привлечет их разрыв. Который рано или поздно последует.

За удивительно короткий срок ремонт на Стоу-стрит был закончен, и Эйвери подписала новый договор об аренде. Она с радостью сообщила обо всем Джонасу, когда вечером он позвонил.

— Благодаря моему замечательному землевладельцу «Искусница Эйвери» снова в городе!

— Как жаль, что ты не можешь отблагодарить своего землевладельца тем способом, который ему больше всего нравится, — сказал Джонас таким тоном, что у Эйвери задрожали колени.

— Очень жаль, — согласилась она.

— До нашего следующего совместного уикенда еще уйма времени! Кстати, я послал тебе ключ. Теперь ты сможешь приехать раньше меня.

— Спасибо. Займусь приготовлением ужина…

— Меня совершенно не волнует этот чертов ужин!

Я просто хочу, чтобы ты была там. Между прочим, — добавил он, — будь поосторожней на балу.

— Я не могу не пойти. Это благотворительное мероприятие, а я — казначей.

Джонас рассмеялся:

— Если ты уговоришь Фрэнсис поработать за тебя в субботу, я буду просто счастлив выписать на твои благотворительные цели большой чек!

Ежегодный бал для оказания помощи детскому отделению местной больницы был большим событием. Эйвери пригласила Фрэнсис, Хелен и Луизу вместе с их мужчинами составить ей компанию за столом.

К празднику они сшили великолепные вечерние платья, являвшиеся хорошей рекламой «Искусницы Эйвери».

— Босс затмит нас, — заметила Луиза. — С такой фигурой она может носить все, что захочет. Хотя мне кажется, что волосы тебе следовало бы распустить, Эйвери.

Та покачала головой.

— С таким нарядом было бы чересчур.

Хелен с откровенной завистью посмотрела на облегающее фигуру платье Эйвери.

— Я обожаю этот оттенок красного, но сама выбрала старый добрый черный, чтобы скрыть полноту.

Все билеты были проданы, и столы, окружавшие танцевальную площадку, быстро заполнялись людьми. Женщины наконец присоединились к своим избранникам. Филип Лестер отлично поладил с Энди и Томом, мужьями Луизы и Хелен, несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте. Видя его преданность Фрэнсис, Эйвери ощутила некоторую гордость, поскольку именно она убедила подругу встретиться с ним.

— Посмотри-ка, кто приехал! — прошипела Фрэнсис.

Бровь Эйвери поднялась, когда она увидела Джорджа и Дафну Моррел с сыновьями, садящихся за стол для важных персон.

— Я что-то пропустил? — спросил Филип, наполняя их бокалы.

— Только что появилась давняя страсть Эйвери.

— Всего одна? — с улыбкой уточнил он.

— Ну, может, здесь есть еще несколько, — заметил Энди Коллинз, усмехнувшись. — Все парни в школе за ней бегали, но она была слишком занята учебой.

Том и я закончили школу до этого безобразия, но мой младший брат был серьезно в нее влюблен..

— В самом деле? А я даже не подозревала, — улыбнулась Эйвери.

Она сидела спиной к столику Моррелов, но Фрэнсис исправно сообщала ей о том, что они делают.

— Пол все время таращится на твою спину.

— Благо, мое платье это позволяет, — пробормотала Эйвери, жалея, что вырез на спине слишком велик.

Когда со столов все убрали, оркестр заиграл танцевальную музыку, и младший Моррел поспешил к ней.

— Могу я рассчитывать на этот танец, мисс Кроуфорд? — спросил Дэн.

— С удовольствием.

— Простите, я плохо танцую, — признался Дэн, сбившись с такта.

— У тебя прекрасно получается, — заверила его Эйвери.

Он благодарно улыбнулся.

— А как ваш сад?

— После твоих трудов он стал выглядеть гораздо лучше.

— Я мог бы забежать в любое воскресенье, чтобы помочь, — пылко произнес он.

— Очень мило с твоей стороны, но сейчас в этом нет необходимости.

— Тогда я приду весной, когда начнет расти трава… — Он не закончил фразу, так как смолкла музыка. — Благодарю вас, мисс Кроуфорд.

— Дражайшие родственнички Дэниела несколько выведены из себя, — доложила Фрэнсис.

Эйвери вздохнула:

— Я не могла отказать мальчику. Надеюсь, он не пригласит меня еще раз.

Но следующим подошел уже Пол.

Эйвери танцевала с человеком, которого некогда любила, пораженная, что единственной ее реакцией было жгучее желание побыстрее вернуться к друзьям.

— Какую игру ты затеяла? — яростно прорычал он. Оставь Дэнни в покое.

— Это он пригласил меня на танец, — напомнила она.

— Ты заставила его работать в твоем саду, — сквозь зубы произнес он.

— Твои родители предпочли бы увидеть его в суде?

— Что, месть сладка, Эйвери?

— Месть? — спросила она, холодно улыбнувшись. Твоя мать предлагала мне деньги, чтобы я ничего не сообщала полиции. Я отказалась, но пожар повлиял на мой бизнес. И Дэниел с компанией несут за это ответственность.

— Мама предлагала тебе деньги? — поражение спросил Пол.

Улыбка Эйвери была холодной как лед.

— Меня это тоже удивило. В прошлом она не спешила пускать в ход наличные, когда должна была моей матери.

— Ее не переделать. Но если ты дашь мне шанс, я пойду на все, чтобы загладить мои собственные проступки…

— Тебе это не удастся. Пол. Никогда, — без всякого выражения ответила Эйвери, обрадовавшись, что танец наконец закончился.

— Тебе лучше пообещать следующий танец мне на тот случай, если Джордж Моррел встал в очередь, ухмыльнулся Том.

Эйвери рассмеялась и вернулась за свой столик.

Ее компания внезапно притихла.

— Что? — требовательно спросила она и не поверила собственным глазам, увидев Генри Мейсона, председателя городского совета, приближающегося к ним в компании Джонаса.

— Всем добрый вечер. Позвольте представить вам Джонаса Мерсера из «Мерком», — сердечно улыбаясь, произнес Генри. — Мистер Мерсер изъявил желание сделать взнос на благотворительные цели, Эйвери. Поэтому я пригласил его на бал и предложил лично вручить чек нашему казначею.

— Замечательно. — Эйвери взяла себя в руки и одарила Джонаса сияющей улыбкой. — Присоединяйтесь к нам!

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Джонас Мерсер очень естественно вписался в компанию Эйвери. Оркестр объявил последний танец перед перерывом, и все устремились на площадку.

Когда Джонас заключил ее в объятия, она прекрасно знала, что они окажутся объектом пристального внимания всех присутствующих, но ей было все равно.

— Я решил, что пора брать все в свои руки, — сказал он на ушко Эйвери. — Не возражаешь? Ты выглядишь просто сенсационно, но волосы следовало бы распустить.

— Я пыталась, однако платье требует сдержанности.

— Оно мою сдержанность напрягает до предела, небрежно заметил Джонас. — Чопорное спереди, зато спина просто убийственна. Как скоро мы сможем уехать?

Эйвери подавила смешок.

— Впереди целая вечность. А где ты остановился?

— У тебя — вне зависимости от того, убрана спальня или нет, — ответил он, вежливо улыбаясь.

Люди наконец начали расходиться. Джонас стоял вместе с остальными, наблюдая, как Эйвери отъезжает. Она приехала домой в состоянии крайнего возбуждения, которое длилось бесконечные десять минут — до долгожданного звонка в дверь. Она впустила Джонаса, он без слов бросил сумку с вещами на пол, заключил Эйвери в объятия и поцеловал.

— Я жаждал этого весь вечер, — простонал он.

— Я тоже. Пойдем в постель, — не стыдясь, добавила она.

— Я уж думал, ты никогда не попросишь! — К восхищению Эйвери, Джонас взял ее на руки и отнес наверх, по дороге осыпая ее лицо поцелуями. Он уложил женщину на живот и встал на колени, чтобы покрыть поцелуями ее спину. — Как я мечтал об этом! — сказал он с удовлетворением, переворачивая ее. — И могу поспорить, что не я один. Пол Моррел тоже. Он просто маленький, надутый дьяволенок, этот твой бывший дружок. — Джонас усмехнулся, глядя на Эйвери. — Он выглядел очень раздраженным. Возможно, я ему не нравлюсь?