Дрожь пробежала по всему его телу.

— Будь я проклят, — чуть слышно выдохнул он и тихонько рассмеялся.

Секунду спустя скомканная газета отлетела в сторону, а Лаки ринулся к себе в спальню и стал судорожно одеваться. За этим занятием его и застала Сейдж, проводившая шерифа.

— В чем дело? Ты что? Куда ты?

Лаки оттолкнул ее и пулей вылетел из спальни в одних джинсах. Рубашку и ботинки он держал в руках. Сестра последовала за ним.

— Лаки, подожди! Скажи мне, что происходит!

Но брат уже сидел в автомобиле.

— Я вернусь до заката! — крикнул он, перекрывая шум мотора. — Мне хватит времени все выяснить.

— Вот справочные материалы из морга. То, что вы просили.

Он вывалил ей на стол кучу папок.

Дожевывая бутерброд, она бросила взгляд на бумаги и пробормотала:

— И на том спасибо.

— Что-нибудь еще?

Немного поразмыслив, она вытерла рот бумажной салфеткой.

— Кофе. Только свежий, пожалуйста, — бросила она вслед стремительно удалявшемуся молодому человеку.

Он был студентом колледжа и работал в газете три дня в неделю. Положение редакционного обозревателя давало ей право на небольшой отгороженный кабинет в офисе, где было чуть тише, чем в остальных отделах. Человека, далекого от мира газетчиков и журналистов, непрестанный шум и движение запросто свели бы с ума, но она уже давно к этому привыкла.

Углубившись в работу, она не заметила мужчину, который вышел из лифта и спросил о ней.

Его появление произвело впечатление на женщин в комнате, но он, не задерживаясь, пересек финансовый отдел с таким видом, будто пару минут назад одержал здесь большую победу. Через две секунды он уже стоял у двери в стеклянный кабинетик и не отрываясь смотрел на леди, склонившуюся над папками на столе. В финансовом отделе воцарилась тишина. Компьютеры замолчали. К телефонам никто не подходил.

Всеобщее напряжение не коснулось лишь редакционного обозревателя: женщина по-прежнему продолжала работать. Не поднимая головы, она сделала посетителю знак рукой, приглашая его войти.

— Поставь на стол, — велела она. — Пусть кофе пока остынет.

Мужчина подошел ближе. Только спустя несколько мгновений она поняла, что перед ней отнюдь не студент колледжа с чашкой свежезаваренного кофе. Подняв голову, женщина пристально вгляделась в лицо визитера через толстые линзы очков и вдруг выронила карандаш. У нее рот открылся от удивления.

— Мой бог…

— Нет, не совсем так, — произнес он. — Лаки Тайлер.

8

Она смотрела на него широко распахнутыми глазами.

— Раз уж мы заговорили об именах, — продолжил Лаки, — то давайте наконец выясним, как вас зовут. Дови? Мэри Смит? А может, Девон Хейнс?

Лаки хлопнул рукой по газете, раскрытой на странице с ее статьей.

Она поглядела на статью, затем взглянула на Тайлера.

— Обычно мою фотографию не печатают. Я и не знала об этом… — Голос ее слегка дрожал.

— И прекрасно, что напечатали. Я все время вас искал.

Первоначальное изумление от встречи с ним сменилось досадой. Женщина пришла в себя и приняла высокомерный вид, что заставило Лаки стиснуть зубы. Такое же выражение лица у нее было, когда он вмешался в их стычку с Малышом Элвином.

— Если бы я хотела, то сама бы назвалась. Но я предпочитаю анонимность, мистер Тайлер, так что будьте любезны…

— К черту любезности! — перебил он. — Вы хотите разговаривать прилюдно, — он показал на служебную комнату, — или мы потолкуем наедине? Меня устроит и то и другое.

Она побледнела:

— Я думаю, что смогу уделить вам минутку.

— Правильная мысль.

— Здесь есть лифты, — указала она, выходя в коридор.

Он провел Девон к тяжелой двери на черную лестницу, открыл ее, и они вышли на площадку.

— Идет, — сказал Лаки.

Девон повернулась к нему:

— Не знаю, что вам угодно и чего вы хотите добиться?..

— Все в свое время.

Он запустил руки в ее волосы и запрокинул ей голову. Без лишних разговоров Лаки страстно поцеловал женщину в губы. Она попробовала сопротивляться, упираясь ладонями ему в плечи, но Лаки нужно было утолить свою тоску и отчаяние. Сейчас с ним не справился бы и танк.

— Я еще не закончил, — сказал он.

Потом вновь поцеловал ее, пустив в ход технику, отработанную с дочкой проповедника. Ладонями он обхватил ее лоб, а большими пальцами — подбородок; кожа ее была самой нежной, которую ему только приходилось когда-нибудь ласкать.

Что могла поделать Девон? Сопротивление ее слабело, протесты стали напоминать возбужденные вскрикивания. Больше она не сопротивлялась. Лаки все теснее приникал к ней, все глубже вводил язык ей в рот, прижимался к ее бедрам. Желание его росло…

Внезапно очнувшись, Лаки поднял голову и улыбнулся.

— Ты очень хорошая. Я хочу быть с тобой всегда, — прошептал он.

Девон коснулась рукой своих губ и тихо сказала:

— Вам не следовало так меня целовать, мистер Тайлер.

— Моя матушка часто говорит мне, что я делаю не то, что следует. Наверное, у моей совести не слишком громкий голос. Я не всегда его слышу.

Он призывно улыбнулся и наклонил голову для следующего поцелуя.

— Пожалуйста, не надо, — остановила его Девон.

— Почему?

— Я не хочу.

— Лжете.

— Как вы смеете?

— Вы хотите этого точно так же, как я.

Ее глаза вспыхнули, но это была вспышка солнечная, а не грозовая. Она попыталась проскользнуть к двери, но Лаки ее удержал. Женщина приняла воинственный вид.

— Я не знаю, на что вы надеялись, разыскивая меня. Я вынуждена вас разочаровать: то, что произошло на прошлой неделе, простая случайность.

— Следовало бы уточнить: вы говорите о ссоре в баре или о том, что мы вместе провели ночь?

— О… о том, что провели ночь, — повторила она сдавленным голосом. — Я хотела бы забыть об этом.

— Очень жаль, но я не могу, Дови.

— Не называйте меня Дови! Теперь, когда вы знаете мое настоящее имя, это смешно.

— Конечно. Вам не подходит такое нелепое имя.

— Если вы не оставите меня в покое, я вынуждена буду вызвать…

— Полицию? Замечательно, вызывайте. Думаю, им будет интересно узнать все, что произошло между нами.

Уловка сработала. Девон словно перебрала про себя несколько вариантов и все их отвергла. Наконец, скрестив руки на груди, она потребовала ответа:

— Ну, чего вы хотите?

— Если еще непонятно, обнимите меня покрепче.

Она взглядом скользнула по его телу и посмотрела ему в глаза.

— А помимо этого?

— Поговорить. Но не здесь. Можем мы куда-нибудь сходить?

— Через дорогу есть закусочная.

— Хорошо, я еще не обедал. Проводите меня.

— Ну, что вам заказать? — спросил он уже за столиком.

— Ничего.

Лаки обратился к официантке:

— Один чизбургер. — Затем посмотрел на Девон и добавил: — Жаркое по-французски, взбитый шоколад. — И вежливо спросил у женщины: — Вы правда ничего не хотите?

— Правда.

Возвращая меню, Лаки добавил:

— И два кофе, пожалуйста.

— Вы, кажется, не обращаете никакого внимания на мои слова, — заметила Девон, когда официантка ушла.

— Возможно, ведь вы — женщина.

— Значит, вы — самый настоящий тиран!

— Ну что ж, это еще не самый худший вариант…

Лаки с удовольствием разглядывал ее. Она была в свободной мягкой блузке с длинными рукавами, скрепленными запонками. Под прозрачной тканью цвета слоновой кости можно было заметить дорогое белье. При всей своей строгости она выглядела чертовски сексуальной.

— Наверное, вы уже не первый раз проводите в мотеле ночь с незнакомкой, — заметила она.

— Случалось…

Официантка принесла кофе, и Лаки заметил, что Девон машинально поднесла чашку к губам, позабыв, как упорно только что отказывалась от угощения.

— А теперь, когда мы одни, давайте выясним, о чем нам надо поговорить.

— Чем вы там занимаетесь?