Вслух я, понятно, ничего не сказал. В данном раскладе все козыри у клементийца.
Между тем ржавый туман за окнами поменял цвет, теперь мы скользили сквозь серую пелену. Стало заметно теплее, и я расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. Синяя звездочка теперь вела себя правильно, двигаясь строго вверх.
– Мы так ничего не увидим, – внезапно проговорил мистер Виммер. – Хотите остановимся?
Я чуть не заорал «Нет!», но Фогель опередила.
– Конечно! А что мы должны увидеть?
Клементиец поколдовал над пультом, и серый туман за стеклами начал темнеть.
– То, что видят геологи, госпожа Фогель. Аппарат создан для поиска полезных ископаемых. Сейчас поймете.
Сумрак сменился кромешной тьмой. Двигатели работали еле слышно, зато трясти стало заметно сильнее. Внезапно все стихло, и мы оказались среди угольной черноты.
– Это мы видим глазами, – невозмутимо прокомментировал мистер Виммер. – А теперь.
Он нажал какую-то кнопку, и я невольно ахнул. Уголь сменился россыпью самоцветов, их было очень много, некоторые сами по себе, иные целыми гроздьями и созвездиями. А за ними неровными слоями светилась ожившая твердь, похожая на разрезанный праздничный торт. Бурое, синее, оранжевое, темно-красное. И не сосчитать!
– Здесь тоже космос, дамы и господа. Неужели это менее интересно, чем ваши бомбы?
– Бомбы сюда привезли вы! – отрезал Антек, странный парень, всю дорогу молчавший. – Почему не показали нам это сразу? Нам, землянам?
Клементиец не спеши с ответом. Наконец, резко выдохнул.
– Хотели! Многие хотели, в том числе и я. Но потом поняли, что вам нужна не красота, а бомба, чтобы ее взорвать. Разве мы ошибались?
Станция, куда мы прибыли, мало чем отличалась от уже виденной, разве что свод чуть ниже, а вместо среза скалы – обычная стена в облицовке. Когда аппарат остановился, мистер Виммер выключил свет в салоне, сдернул шлем с головы.
– Здесь – осторожнее. Мы на большой глубине, так что еще раз убедительно прошу меня слушаться. Выходим!
Дверь отъехала в сторону. Я встал и осторожно шагнул на гладкий камень, подошвы сразу ощутили тепло. Вслед за мною вышла Фогель, поглядела вокруг.
– Как же вы это строили?
Клементиец, все еще сидевший за штурвалом, покачал головой.
– Позвольте промолчать. Тайна! Но если в самом общем виде. Видели жука-уборщика? Вот такого и запускаем, он проникает, куда требуется – и начинает работу. Объект «Плутон-1» строился больше года, по нашим меркам – долго.
Когда мы все выбрались на перрон и потоптались, разминая затекшие мышцы, мистер Виммер шагнул к ближайшей стене и поднял руку.
– Внимание! Мы в хранилище. Все главное находится внизу, туда мы не попадем. Металл, из которого сделаны заряды, очень опасен, испарения убьют нас за несколько минут. Кстати, он с планеты Прометей, ни у нас, ни у вас ничего подобного нет. Но главное увидеть сможем. Готовы?
Странное дело, страх куда-то исчез. Я вдруг понял, что у каждого бывает свой час. У кого-то звездный, у меня – подземный.
– Готовы! – решительно ответила Анна Фогель.
9
Главный Янки вспомнил о фантастике, и, как показалось Антеку, совершенно напрасно. Фантастика – выдумка, оттого так и названа, вокруг же самая реальная реальность. А если уж сравнивать с чем-то, к литературе относящимся, то.
«Военная тайна»! Аркадий Гайдар!..
Где он читал повесть, в СССР или уже здесь, в Польше, бывший гимназист не помнил. Но читал и даже перевел на родной сказку про Кибальчиша. Почему? Наверняка чем-то зацепила, даром что пропаганда. И пока ехали, пока торпеда мчала сквозь послушную твердь, он вспоминал строчку за строчкой.
«Нет, Главный Буржуин, не открыл нам Мальчиш-Кибальчиш Военной Тайны. Рассмеялся он нам в лицо».
Если просто прочитать, бред выходит. Какую тайну мог знать мальчишка, живущий на дальней границе, где даже армейские части не стоят? Наверняка многие так и думают – и над автором смеются. А если на Кибальчиша из окна остроносой торпеды взглянуть? Допустим, существует у большевиков такой вот подземный объект. «Лежит за горкой громада ящиков, а спрятаны в тех ящиках черные бомбы, белые снаряды да желтые патроны». И не только они, недаром буржуины так всполошились. А Кибальчиш об объекте знает и молчит. Откуда знает? Допустим, отец там служил и даже прокатил однажды сына на «торпеде». Но может, попал случайно, точно так же, как он сам, бывший гимназист и бывший доброволец.
А что сейчас? Продавшийся за варенье и печенье Плохиш везет буржуинов, чтобы открыть им Военную Тайну? Главный Янки на буржуина чем-то и похож, но господин Виммер – точно не предатель. Впрочем, сказка – она для маленьких, там все должно быть просто и очевидно. Зато Военная Тайна – есть, и чуть ли не самая главная.
И что теперь ему делать? Хорошо, если удастся исчезнуть, а если буржуины опомнятся и охоту на него начнут? И не только польские, а всех стран, ближних и дальних? Из Высокого Буржуинства, из Равнинного Королевства, из Снежного Царства и даже из Знойного Государства, которое наверняка где-то возле экватора. Хоть беги обратно в Красное Пролетарство, там НКВД его внимательно выслушает.
Ответа не было, но Антек не расстроился. Уже привык, что на его вопросы никто не отвечает, даже Смерть.
«Заковали Мальчиша в тяжелые цепи. Посадили Мальчиша в каменную башню».
– Готовы! – услышал он голос фройляйн Фогель и невольно вспомнил Мару. Нет, совсем не похожи! Чем именно, сразу не поймешь, но. Анна ему нос точно бы не разбила!
Военную Тайну увидеть оказалось непросто. Вначале господин Виммер (нет, не Плохиш! сколько врагов положил!), нажал переключатель на стене, и та открылась, словно шкаф. Потом оказалось, что это шкаф и есть, точнее, целый гардероб.
– Надевайте! Тут три размера, самый большой – слева.
Надевать пришлось большие желтые комбинезоны, очень жесткие на ощупь. На спине баллон, как пояснил клементиец, кислородный. Шлем, прозрачное стекло для глаз – и большие тяжелые ботинки, чтобы обувь не снимать. Потом каждый комбинезон подгоняли и подключали баллон. Антек успел подумать, что теперь придется объясняться жестами, но в шлеме оказалось радио. Главный Янки, об этом еще не зная, успел выдать в эфир очень энергичную фразу на американском языке. Антек не понял, но остальным явно понравилось.
– В колонну по одному! – скомандовал господин Виммер.
Антек предпочел стать сзади. Идти пришлось недалеко, только до торцевой стены. Там тоже оказалась дверь, издалека совершенно незаметная, а за нею – тамбур. Для чего нужен, клементиец не пояснил, но ждать там пришлось несколько минут. Наконец, открылась еще одна дверь, откуда пахнуло жарой.
Бывший гимназист переступил порог последним. Пол исчез, они шли по металлической решетке. Внизу, метрах в пяти, на бетонном полу недвижно застыли большие черные шары.
Военная Тайна!
Он почему-то обрадовался, но всем прочим было явно не по себе. Антек заметил, как фройляйн Фогель взяла Главного Янки за руку. Тот что-то негромко сказал, но по-английски.
– Заряды хранятся при оптимальной температуре, – заговорил господин Виммер. – Напоминаю, это цельный металл, который сам по себе не взорвется. Заряд доставляют на аппарате UGB-3 и устанавливают в сейсмической зоне, как правило, на очень большой глубине. Высокое давление запускает реакцию.
Антек в который раз вспомнил рухнувший лес и лунные кратеры на месте шоссе. Вот все и прояснилось. От радости не осталось и следа. Мерзкая она, Тайна! И не сама по себе, а из-за людей, доставивших сюда черную погибель. А Оскар Стефан Сторсон еще о Городе Солнца толковал!
Главный Янки достал фотоаппарат, Антек же, с трудом оторвав взгляд от зарядов, посмотрел вверх. Свод оказался очень высок, словно их накрыли скорлупой гигантского яйца. Строить клементийцы умели, но теперь это вызывало не восторг, не восхищение, а лишь глухую злость. На что они променяли Космос? Предки-катары гибли от мечей крестоносцев, их потомки вернулись на Землю – и сами стали убивать.