Разгром датского флота и столицы, походя учиненный эскадрой Новороссии двумя годами ранее, произвел в Датском королевстве ошеломляющее впечатление. Под этим впечатлением король Кристиан, опираясь на заинтересованные в торговле с Республикой вольные купеческие города, и крестьян, недовольных притеснениями со стороны дворянского сословия, разгромил войска удельных феодалов, разогнал дворянский Ригсдаг, укрепил в королевстве свою самодержавную власть. Затем король предпринял активные действия для установления связей с Московией.
Династический союз с будущим Московским Царем, неожиданно оказавшимся союзником могущественной заокеанской Республики, позволил бы Датскому королевству завязать такие же плотные торговые связи с Новороссией, какие имел Шмакальденский союз при посредстве банкирского дома Везлеров.
Сидеть на троне в теплый августовский день семнадцатилетнему самодержцу было временами жарковато. Пышные красные парчовые одеяния с собольей оторочкой были слишком теплыми. К счастью, уже стоящее высоко солнце временами закрывали пухлые кучевые облака. Обвевал прохладный августовский ветерок, дувший с реки. Трехчасовой молебен в Успенском соборе порядком утомил Ивана. Поэтому, выслушав поздравления послов Новороссии, приветствия остальных он пропускал мимо ушей, периодически милостиво кивая каждому закончившему выступление послу. Церемонией руководил посольский дьяк Вельяминов, громко титулуя очередного высокого посла.
Иван между тем вспоминал, сколько бурных событий произошло за два года, прошедших после его коронации. Первый военный поход и первая большая победа русского оружия. Зимний поход 50-тысячного войска по льду Москвы-реки и Волги был совершен с рекордной скоростью, в первую очередь потому, что тяжелые осадные пушки оставили в Москве. Вместо них взяли только полевые орудия и, само собой, заморскую артиллерию. Проведенные под Москвой испытания показали, что совсем небольшие снаряды заморских пушек имеют могучую взрывную силу. Новоросский батальон принимал участие в походе. В окрестностях города разгромили десятитысячную татарскую конницу, попытавшуюся атаковать передовой русский полк.
Штурм занял всего три дня. В первый день Казань окружили палисадами и поставили вне пределов досягаемости крепостной артиллерии все шесть заморских пушек, каждую в отдельной флеши, окружив ими Казань со всех сторон. Во второй день, одиночными точными выстрелами артиллеристы — наемники разбили все пушки на стенах города. Затем каждое их орудие принялось долбить стену в одном месте. Хватило полусотни снарядов, именуемых новороссами "фугасными", выпущенных из каждой пушки, чтобы в толстенных стенах образовались шесть широких проломов. Затем пушки стали стрелять "шрапнелью". Разрываясь в воздухе за стеной, эти снаряды свинцовыми пулями буквально выкосили защитников за проломами. Под прикрытием их огня пехотинцы забросали рвы фашинами и всяким хламом.
На третий день с утра начался штурм. Иван с новоросским конвоем стоял на высоком холме южнее города и наблюдал за штурмом. Командовал войсками воевода боярин Горбатый-Шуйский.
Опять же под прикрытием шрапнельного огня, штурмующие колонны беспрепятственно вошли в проломы и растеклись по улицам города. Двадцатитысячный гарнизон Казани сопротивлялся отчаянно. В уличных боях сказали свое веское слово и собственные московские артиллеристы. Построенные обороняющимися на улицах баррикады они сносили огнем полевых пушек, которые затащили в город через проломы вслед за наступающей пехотой.
Прислушавшись к совету посла Дружкова, Иван приказал всех уцелевших в битве казанских эмиров, беков и прочих мурз вместе с чадами и домочадцами выслать в Вологду и Ярославль. Вместо них в город заселили семьи русских дворян во главе с наместником боярином Горбатым-Шуйским. Дворяне получили земельные наделы высланных казанских аристократов. Впрочем, точно также поступил в свое время с аристократией Великого Новгорода дед Великого князя. Проблема Казани была полностью и навсегда решена. Восточнее Кремля на берегу Москвы реки заложили храм Покрова святой Богородицы. Строили собор известные псковские мастера Барма и Постник.
Летом, воспользовавшись всенародным ликованием по поводу полной победы над старым врагом, Иван Васильевич наложил опалу и выслал в только что построенный Архангельск всех изрядно насоливших ему в бытность отроком Шуйских и прочих родовитых бояр из числа Старицких, Оболенских, Бельских, да и некоторых Глинских. Бывшего опекуна князя Андрея Шуйского приказал сослать в монастырь. Формальной причиной для этого было выбрано то, что построенные под руководством Шуйского иноземными мастерами в Архангельске корабли, по заключению прибывших новоросских моряков, были построены из сырого дерева, а потому текли и имели плохую мореходность. Имения и вотчины опальных бояр были конфискованы в казну. Вся боярская дума после этого затихла и не смела перечить Великому князю. Иван Васильевич получил свободу рук в государственном переустройстве.
Весной следующего 1546 года московское воинство спустилось на судах по Волге и штурмом взяло Астрахань. Пушки новороссов опять сказали решающее слово. Бывшее Астраханское ханство тоже стало московским наместничеством. Выжившая при штурме астраханская аристократия отправилась в ссылку в Вятку и Вологду. Доверие Ивана Васильевича новоросским союзникам стало беспредельным.
К Русскому царству присоединили древнюю территорию волжских булгар — чувашские земли, что после разгрома Казанского ханства не составляло никакого труда в военном отношении.
В печатном дворе заработала присланная из Новороссии в дар Великому князю типографская машина. Командовал на ней обученный новороссами подъячий Иван Федоров. Первой отпечатанной в освященной лично митрополитом Макарием типографии книгой стал "Молитвослов".
Зимой следующего года Иван смог взяться за давно замысленные военные и государственные реформы. Первым делом были учреждены пять регулярных стрелецких полков по образу новоросского батальона. Наемники обучали стрельцов ратному делу согласно отпечатанным для полков уставам. Огнестрельное оружие для полков прислали из Новороссии. По сотне ружей на полк и по четыре пушки.
Рассчитывались за него девами, как обычно, парусиной и пенькой. Караван из пяти построенных в Архангельске судов направился через океан в сопровождении двух новоросских корветов.
В декабре 46-го года в Москве прошел созванный Великим князем Земский собор. Присутствовали три сотни делегатов от всех сословий из всех русских земель. Иван выступил на открытии Собора с изложением замысленных при участии ближников государственных реформ. Собор утвердил свои предложения по реформам, в частности о законодательном оформлении прав и обязанностей государевых наместников.
Приказы были переустроены по образцу наркоматов Новороссии. По каждому приказу был выпушен печатный устав с должностными обязанностями и правами приказных дьяков и подъячих, вплоть до последнего приказного писца.
Великий князь утвердил Уложение о государственной службе, в котором были прописаны права и обязанности наместников, вотчинников и служилых дворян.
Буквально за две недели до венчания на царство прибыли гонцы с известием от воеводы Михаила Воротынского, направленного с трехтысячным воинским отрядом на усмирение Сибирского ханства. Татары неоднократно нападали на горные прииски, строящиеся на Урале под руководством дьяка Висковатого. Один из приисков им даже удалось полностью разгромить, уничтожив охранный отряд и захватив в плен всех работных людей. Войско Воротынского взяло штурмом столицу ханства Кашлык. Хан Едигер при штурме был убит.
Воистину, за небольшой срок правления, вспомнить Ивану уже было что. Пока Царь с удовольствие вспоминал свои великие деяния, торжественная часть подошла к концу. Высокие гости во главе с Самодержцем переместились в Грановитую палату за накрытые для пира столы. Менее знатные сели за столы, накрытые прямо на кремлевских улицах. Простой московский люд угощался в трактирах бесплатно за счет казны. После взятых в Казани и Астрахани трофеев казна была полна.