Изобразив испуг, я добился того, что в его глазах вспыхнуло удовлетворение, и он отодвинулся от меня. По его знаку меня отпустили и, для виду пошатнувшись, я остался на ногах. Первый раунд остался за мной - ковыляя к выходу из камеры в коридор, освещённый неровным светом факелов опустив голову, я позволил себе торжествующую усмешку. Двое из пяти конвоирующих меня магов уже были мертвы, и то, что сами они ещё об этом не подозревали, ничего не меняло.
Заклинание "укол в сердце" в принципе относилось к редкоприменимым. Его невозможно было заключить в артефакт, на его подготовку требовалось большое количество времени, для его применения надо было касаться голой кожи цели не менее пяти секунд, причём все сильные личные защиты исключали возможность применения заклинания, и применять его можно было в радиусе двух метров от места создания. Но вот теперь я могу следующие десять часов в любой момент, если эти маги находятся в зоне моей прямой видимости дать команду и они просто умрут.
Впрочем, пока такую команду было отдавать рано. Во-первых, пока рано показывать, что со мной следует считаться даже когда я в кандалах, ну а во-вторых я ещё не получил ответа ни на один животрепещущий вопрос.
Судя по окружающей нас сырости, моя камера находилась где-то под землёй, а судя по тому, что мы уже прошли не менее трёх лестниц, ведущих наверх, цель нашего путешествия так же в подземелье. Впрочем, шли мы не долго, я даже особо заскучать не успел.
Коридор уперся в массивные высокие двери, на которых с большим искусством были вырезаны батальные сцены. Как только мы остановились перед ними, двери стали медленно и торжественно раскрываться, открывая взору залитый красным светом огромный зал. Прежде чем двинуться вперёд, мои конвоиры подождали полного открытия дверей, хотя даже в полуоткрытые могло пройти три человека в ряд.
Зайдя внутрь, мы вновь остановились. Как я понял по движению воздуха у меня за спиной, двери после нашего прохода стали столь же торжественно и беззвучно закрываться. Не теряя времени, я огляделся.
Я очутился в громадном круглом зале, выглядевшем полностью высеченным в толще камня. Потолок терялся в тенях, пол смотрится как единая плита без швов. Посередине зала стоит громадный, не менее двадцати метров в высоту и четырёх в ширину трон, сейчас пустующий. Трон окружён красным сиянием, являющимся единственным источником освещения в зале.
Мои сопровождающие замерли и даже кажется, перестали дышать. Так, в полной тишине, прошло около двадцати секунд. Внезапно свет погас и в зале, на какой-то миг воцарилась непроглядная тьма. Почти сразу же зажёгся новый источник освещения, где-то под потолком. Это освещение было совсем другим, мягким, голубоватым. Сначала слабый, он тут же стал разгораться, освещая трон.
Свет достиг, похоже, максимальной яркости, однако полностью разогнать тьму ему было не под силу. Внезапно, на троне стала разгораться яркая точка. В тот же миг все сопровождающие маги упали ниц, вызвав у меня небольшой шок. Как это - рыцари и подобная поза? Главный тюремщик потянул было и меня за цепь, но встретив сопротивление не стал устраивать возню.
Точка вспыхнула, ослепив меня на какой-то миг. Проморгавшись, я увидел на троне примерно двадцатиметровую фигуру, закутанную в балахон.
Фигура молчала. Молчали и мои тюремщики. Я также не спешил начинать разговор. Наконец, раздался голос, идущий, казалось, одновременно со всех сторон:
- Ничтожный червь, выслушай своё наказание. Ты, дерзнувший встать у меня на пути, превратишься в моё послушное оружие, которое приведёт на мой алтарь всех тех, кто доверял тебе. Восставший против меня, будешь повержен моим слугой. Пытавшийся защитить от меня - лично возложишь на мой алтарь сердца твоих соучеников. И даже в своей смерти ты будешь служить моей вящей славе!
Пока длился этот пафосный бред, я пытался рассмотреть, что же находится напротив меня. Голем - нет, не голем, иллюзия - ни разу не иллюзия, существо - не смешите мои тапочки. И только в самом конце речи я смог рассмотреть нить, уходившую куда-то за трон. То есть, я имею дело с отражением. Речь меж тем продолжалась:
- И даже в посмертии ты будешь обречён вечно служить мне! Так будет!!
С этими словами от простёр над полом шестипалую руку, в которой два пальца были противопоставлены остальным четырём. Тут же меня подхватил вихрь, немного покружил и бросил на пол. Фигура же вновь вспыхнула и исчезла. Тут же погас и синий свет, а ещё через секунду зал приобрел изначальный вид с кругом красного света вокруг трона.
Главный из тюремщиков повернулся ко мне:
- Что, червь, узрел мощь господина?
Поднимаясь с пола, я попытался понять, что в данной фразе мне не понравилось. И вдруг, молнией мелькнуло озарение: голос! Этот голос теперь стал как две капли воды похож на голос герцога Люксембург там, в зале алтарного камня! Получается, кто-то из прислужников демона сейчас находится в этом теле. Таким подарком грех было не воспользоваться. Дело в том, что прислужники очень любят хвастаться и всячески возвеличивать себя. А больше всего они гордятся своей хитростью, умением обмануть. И если раскрутить его на разговор о том, какой он хитроумный, то из этого разговора можно выявить немало интересного.
Все эти мысли вихрем пронеслись у меня в голове:
- Не тянет твой господин на умного. Охрана, не получив информации обо мне вовремя, всяко насторожится и даже если вы меня заставите вам помогать, моих людей только лишь со мной никто не отпустит. А вернее сначала в место, куда я так рвусь, наведается человек шестьдесят и выжжет тут всё.
Я говорил, старательно изображая хоть и сломленного, но очень упрямого подростка. Прислужник повёлся. Лениво замахнувшись на меня (пришлось попытаться скрючиться и прикрыться руками) он засмеялся, явно наслаждаясь моим испугом:
- Да кому нужен ты, червь? Моя рабыня - твоя тётка, принесла мне добровольно отданную тобой кровь. Ты и побежал на её зов, как телок неразумный. И сейчас ты уже рядом со своими вассалами, а вот отсутствовал ты совсем недолго. Так что не надейся, твоего отсутствия никто не заметит.
Ага! А вот эта оговорка очень значима. Значит, отражение производилось именно с этого прислужника. Но вот очень вряд ли он здесь единственный. Прислужник тем временем продолжал:
- Мой раб уничтожит тебя, победив на глазах всей твоей группы. Ты узнаешь, что такое настоящее бессилие, когда увидишь как ты, именно ты вскрываешь горло своим женщинам.
Пожалуй, я узнал всё, что хотел. Пора и выбираться отсюда. Я распрямился:
- Возможно, так и будет. Но не сейчас и точно не по твоей воле.
С этими словами я активировал заклинание и два рыцаря тут же рухнули замертво. Прислужник повёл себя именно так, как я и ожидал. Отпрыгнув от меня, он тут же покинул тело своей марионетки, рухнувшей из-за этого на пол. Надеюсь, при настолько поспешном бегстве прислужник вскипятит этому гаду мозги. Два оставшихся в живых рыцаря откровенно растерялись, и даже не вытащили своё оружие, что полностью соответствовало моим мыслям. Я сполна воспользовался моментом всеобщей растерянности. Секунда - и я на серых путях. Избавление от кандалов много времени не заняло и вот я уже бегу по направлению к своему помощнику.
Помощник оказался, по видимому, в личных покоях прислужника. По крайней мере для любого человека жить при температуре градусов в семьдесят... ну скажем - нетипично. В комнате мне повезло, поскольку там я обнаружил не только помощника, но и свой браслет с заключённым в нём астральным хищником, ну а мой пропуск к домовым самостоятельно оказался у меня в руках как только я вошёл в комнату.
Хотелось, конечно, ещё и переодеться, но наглость тоже должна иметь пределы. Поэтому кинув на прощание в комнату пару дестабилизирующих заклятий, которые должны были вступить в реакцию с накопителями, явно обеспечивающими особый микроклимат в покоях прислужника, я рванул обратно на серые пути.
Впрочем, оставаться здесь для меня в настоящий момент небезопасно. Демоны, хоть сами и не могут... ну, или точнее, для них дополнительно затруднён выход на серые пути, но вот устроить мне здесь несовместимые с жизнью условия вполне в силах любого прислужника демонов круга так с четвёртого. Так что ищем какой-нибудь укромный уголок и прячемся. Самое время обдумать всю полученную информацию и составить план действий.