Она смущённо покачала головой.

— Нет. Я просто… — выдохнула она, прекращая игру. — Я так давно его не видела.

— Да, но он не сильно изменился.

Пресвятая Богородица, как же он ошибался. Даже на расстоянии она могла заметить изменения, и ни одно из них не было совсем уж незаметным. Его волосы стали темнее. Его челюсть стала крепче. Плечи стали шире.

Она направилась в холл, чтобы получше рассмотреть его. Она, конечно, видела фотографии, а также следила за его социальными сетями, но ничто не могло подготовить её к реальному положению вещей. Особенно если речь шла о её костях, потому что они, судя по всему, растворились.

Он повернулся и вернулся к работе, загружая бутылки с водой и, похоже, походное снаряжение в багажник грузовика, и Сан поняла, что на нем нет куртки. Его футболка почти ничего не скрывала. Она видела, как напряглись мышцы и сухожилия, как при каждом движении напрягались его предплечья, как тени, обнимающие бицепсы, то появлялись, то исчезали при каждом усилии. Эффект был гипнотическим.

Квинси легонько толкнул её локтем.

— Я могу привлечь его к подозрению… в чем угодно.

Сан тихонько рассмеялась.

— Спасибо, но я в порядке. Будет лучше, если мы не будем разговаривать. Или встречаться лицом к лицу. Или вообще иметь какой-либо контакт.

— Что ж, — сказал Куинси, сделав глоток кофе, — удачи тебе.

Он ушёл, оставив Сан наедине с её размышлениями.

К сожалению, оставаться наедине со своими размышлениями было опасно. Особенно когда она заметила, что, хотя его волосы цвета кофе потемнели, щетина, которую он носил еще со школы и которая придавала ему очаровательный растрёпанный вид, стала более насыщенного, богатого оттенка. И хотя она не могла видеть его глаза, они снились ей почти ежедневно. Насыщенный, колкий цвет, словно виски на солнце. Длинные тёмные ресницы, за которые она отдала бы левую почку. Косые брови, которые всегда придавали ему озорной вид.

Она подошла ближе к окнам из пластинчатого стекла, чтобы лучше видеть. Он не был моделью, но должен был ею стать. Мир стал бы от этого только богаче.

Сан заставила себя отвлечься. Она вернулась в город, а Леви никуда не уезжал, и они обязательно будут видеться время от времени. Вопрос был только в том, как ей выжить в промежутках между этими встречами.

Бросив еще один взгляд на участок, который заставил Сан отступить от окна, Леви направился к магазину, чтобы расплатиться, и Сан поняла, как повезло его джинсам, что они обтягивают такую идеальную задницу.

Он скрылся в здании, и у нее не осталось другого выбора, кроме как обратить внимание на его грузовик. На нем красовался логотип его компании — «Сияние тёмной реки», и её охватила гордость.

Ему удалось взять незаконный бизнес своей семьи и его рецепт и превратить его в безумно успешную карьеру. Теперь он был одним из самых престижных в стране производителей кукурузного виски, он же самогон, его продукция публиковалась в газетах и журналах по всему миру, а сам он получил множество наград за 100-процентный спиртной напиток.

Награды. Прямо как Пафф Падди. Кто бы мог подумать, что существуют такие субкультуры?

Он вышел из «Квик-Марта» и направился обратно к насосам.

К сожалению, Сан пропустила большую часть его появления, потому что «Мерседес», который мчался по Мэйн, скользя по обледенелой дороге, перескочил через бордюр и врезался лоб в лоб в стекло, где стояла Саншайн.

Если бы она не была так озабочена, то успела бы заметить это и отпрыгнуть в сторону. Вместо этого шквал осколков стекла полоснул её по лицу и рукам. И за долю секунды до того, как машина перевернулась на бок, она поняла, что её помощники, возможно, были правы. Может быть, в этой истории с кексом действительно что-то было.

***

Аури стояла в коридоре и смотрела на шкафчик, на котором красной краской из баллончика было написано слово «нарк». Она переводила взгляд с директора на охранника и обратно.

— Я этого не делала — сказала она, недоумевая, с чего они вообще взяли, что она это сделала.

— Мы знаем — сказал директор.

Мужчина, которого она считала красивым еще пять минут назад, мистер Джейкобс обладал гладкой тёмной кожей и добрыми глазами, и она заметила, что все по-прежнему называли его тренером — свидетельство его прежней должности.

А ростом он был на два фута выше Аури. Охранник на несколько дюймов выше. Ничто не могло сравниться с тем, когда на тебя смотрят два авторитетных человека. И тут Аури подумала, что не может чувствовать себя еще более уязвимой, чем раньше.

Мистер Джейкобс обошёл её и открыл шкафчик мастер-ключом.

Внутри лежал один-единственный предмет: деревянная резная фигурка, которую Линель взяла с его стола. И Аури вдруг все поняла.

Она сделала вдох, а затем спросила:

— Я так понимаю, это мой шкафчик?

Ей еще не приходилось его посещать, но было очень приятно, что все так радушно приняли её.

Они оба кивнули.

— Не говори мне, — сказал охранник. — Что ты понятия не имеешь, как это сюда попало.

Она присмотрелась. Это был лев, талисман школы Дель Соль.

Это было уместно, поскольку львы переплетаются с солнцем через знак зодиака Льва, который также является талисманом школы.

Когда она покачала головой, охранник вышел из себя. Он вздохнул и отвернулся, проведя рукой по волосам, а затем снова повернулся к ней.

— Ты хоть представляешь, сколько десятилетий Лео передавался от директора к директору? Он — символ гордости этой школы, мисс Викрам. О чем ты явно ничего не знаешь.

Пока Аури медленно отходила, размышляя о психической устойчивости охранника — очевидно, он слишком серьёзно относился к своей работе, — она заметила, как директор сдерживает гримасу за сомкнутыми кулаками.

— Ладно, Гэри, — сказал он, похлопав охранника по плечу, — может, дадим ей выговориться?

Охранник с отвращением отвернулся от нее и упёрся кулаками в бедра — жест одновременно и драматичный, и ненужный. Аури не могла упасть в своем мнении о нем еще ниже.

Директор вытер лицо руками, снова поборол гримасу, а затем устремил на нее понимающий взгляд.

— Ты знаешь, кто положил это в твой шкафчик? — она покачала головой.

Он предупреждающе поднял бровь.

— Готов поспорить, что знаешь.

— Не знаю. Мне очень жаль.

— Даже если я позвоню твоей маме? Все равно ничего?

Аури перестала дышать и решила тщательно осмотреть свои туфли, когда почувствовала знакомое жжение в глубине глаз.

— Это первый рабочий день моей мамы. Ей не нужно, чтобы я испортила ей весь день. Опять.

— Я прекрасно знаю. Я учил эту маленькую хлопушку, которую ты называешь мамой. И я думаю, что ты права. Как насчёт того, чтобы оставить все как есть?

Он наклонился ближе, его выражение лица было мягким и понимающим.

— Но если ты когда-нибудь захочешь поговорить обо всем этом, — он жестом указал на шкафчик, — ты знаешь, где находится мой кабинет. Тем более что я уверен, что ты видела, кто взял это с моего стола.

Его заявление ошеломило её.

— Ты собираетесь просто отпустить её? — спросил Гэри, потрясённый.

Мистер Джейкобс начал уставать от него, если судить по его изменению в поведении.

— Гэри, если бы я не был женат на твоей сестре…

— Я знаю. Я знаю.

Мужчина ушёл, пренебрежительно махнув рукой. Но Аури гораздо больше интересовало, почему директор считает, что она видела, как преступница — она же Линель Амайя — украла фигурку. И почему он, похоже, знал, что она это сделала. Прежде чем директор успел сказать что-то еще, прозвенел звонок, и в коридор хлынули ученики.

— Можно мне пойти в класс? — спросила она, решив больше не опаздывать.

Он окинул её задумчивым взглядом, а затем кивнул.

Второй класс дался ей гораздо легче, чем первый. Или ей так показалось.

Она вошла в кабинет и протянула учителю расписание, пока остальные студенты входили в класс, но учительница указала ей на бумажку.