— Правда? — спросила она, когда они выходили из дома. — Ты позволил им взять у тебя интервью?

Он покраснел.

— Ты же знаешь, какие бывают репортёры. Они меня обманули.

— Они школьники.

— Они акулы в городе, где полно мелюзги. — через минуту он сказал. — Мне очень жаль, Санни.

Она обхватила его за талию и сжала.

— Я знаю. Какую фразу скормили тебе эти акулы?

— Что это был пост «Знакомство с лидерами нашего сообщества» для их новостной программы.

— И ты на это купился?

— Очевидно.

Она позволила ему обнять себя, а потом оставила его на улице и заставила пройти полквартала по снегу. Это пошло ему на пользу. Сан чуть не упала в обморок, когда увидела его на видео.

Позаботившись о нем, она получила задание и, сделав несколько звонков, рано утром оказалась в доме Равиндера. Она не знала, чего ожидать. Будет ли с ними семья, или до них еще не дошла весть о смерти их дяди Брика.

Неожиданно Сан узнала, что Хейли приехала домой, чтобы собрать вещи для сына. Джимми был полностью здоров. Они опасались обморожения, но ребёнок каким-то образом сохранил все пальцы на руках и ногах, и Сан был поражена этим фактом. Но его оставили на ночь для наблюдения.

Она постучала в дверь главного дома.

Хейли открыла и почти зарычала на нее.

— Какого черта ты здесь делаешь?

— Я пришла повидаться с твоим братом. Он здесь?

Она огляделась по сторонам, а затем улыбнулась Сан. Они держались на расстоянии, негромко переговариваясь, но Хейли нарушила правила и сказала:

— Большое спасибо за все, что ты сделала, Саншайн.

— Дорогая, Леви нашел его. Он потрясающий.

— Я знаю. Он спит, но ты можешь подняться.

Сан сделала шаг назад.

— О нет, я не могу.

Схватив её за руку, Хейли еще больше укрепила их удачу.

— Не трусь передо мной сейчас.

— Хейли, если кто-то увидит, как ты со мной любезничаешь, это может дойти до твоего дяди Клэя.

— Я знаю.

— С Джимми все в порядке?

— Да, слава Богу. А теперь иди и поговори с моим братом… сука. Но он тебе ничего не скажет.

Сан поняла, что кто-то подошёл. Повернувшись, она увидела, как на крыльцо выскользнул еще один из дядюшек Равиндеров, тот самый, которого они расследовали. Клэй стоял за её спиной и разглядывал ее с ног до головы.

Как и большинство членов клана Равиндеров, Клэй выглядел как двухметровый мужчина в теле ростом полтора метра. У них был небритый вид: светлые волосы, тонкие рты и щетина.

Сан знала, что у Леви не такой отец, как у его сестры, но она начала сомневаться, что Хейли тоже настоящая Равиндер. Скорее всего, она была незаконнорождённой, как и Леви. Ни у кого из них не было того «белого превосходства», которым пользовались остальные члены клана.

— Тебе лучше уйти, пока мой дядя не вышвырнул твою тощую задницу с этой земли. — сказала Хейли.

— Спасибо. — Сан прошла мимо нее и поднялась по лестнице.

— Первая дверь справа.

— Если только ты не хочешь настоящего мужчину, — сказал Клэй, чмокнув губами, когда осматривал её. — Тогда вниз. Вторая дверь слева.

Она открыла первую дверь справа, даже не постучав. Леви мог просто разозлиться, но она не собиралась терпеть взгляды Клэя Равиндера дольше, чем придется.

Задёрнутые шторы и погасший свет привели к тому, что в комнате стало совсем темно. Конечно, было темно. Он не спал два дня подряд. Ему нужно было вздремнуть.

Она взяла телефон и включила фонарик, но постаралась направить луч вниз. Бедному парню не нужно было ослепнуть вдобавок ко всему прочему.

— Леви? — прошептала она, на цыпочках пробираясь в комнату. Она не хотела его будить, но если он случайно проснулся, то она хотела поблагодарить его.

Ведь так? Разве не этого она хотела?

Честно говоря, она не была уверена в том, как она относится к тому, что он спас жизнь её дочери и не сказал ей об этом. Состояние здоровья её дочери висело на волоске, а он утаил это?

Она услышала тихое дыхание, доносившееся из глубины огромной пещеры, и последовала за ним. Здесь пахло мылом и сандаловым деревом.

Вероятно, он принял горячий душ, чтобы согреться после пережитых испытаний, поел и сразу лёг в постель.

В свою постель. В его комнате. И она была в ней. Чем ближе она подходила, тем быстрее билось её сердце. Он спас жизнь её дочери, а она обращалась с ним как с прокажённым?

Впрочем, она не относилась к нему иначе, чем он относился к ней все эти годы. На самом деле он был гораздо хуже. Как будто он мстил.

Как будто она в чем-то его обидела.

Она задумалась. Может, он злился на нее из-за Аури? Может, он решил, что она как-то виновата в депрессии дочери?

Когда она добралась до кровати, её сердце билось так быстро, что она боялась, что у нее опять случится приступ паники. Леви лежал на массивной дубовой кровати, толстое одеяло покрывало его нижнюю половину. Ничто, абсолютно ничто не прикрывало его торс или различные сопутствующие ему части тела.

Она направила луч на пол. Свет, исходящий из внешнего потока, помог ей видеть достаточно хорошо, чтобы подойти к кровати и не споткнуться о что-нибудь, например о ботинки и джинсы, которые валялись на полу. Она перешагнула через них и вгляделась в открывшуюся перед ней великолепную картину.

Если не считать мягкого взлёта и падения его худого живота, он был похож на бронзовую статую. Ее пальцы жаждали прикоснуться к нему. А как иначе?

Сильная рука с длинными пальцами лежала на боку. Извилистая рука поднималась к мощным плечам, широкой груди, сильной шее, квадратной челюсти и открытым глазам.

Она вздрогнула и отпрыгнула назад.

— Что ты делаешь? Почему не спишь?

— Потому что у меня незваный гость. — его голос звучал густо и сонно, и её охватило чувство вины.

— Конечно, нет. Меня прислала твоя сестра.

— У нее странное чувство юмора. — он провёл рукой по лбу затем опустил её, чтобы прикрыть глаза, и сказал — Ложись со мной в постель.

— Что? Нет. Я просто… Я хотела поблагодарить тебя.

— За что?

Она подошла ближе, чувствуя себя как прекрасная дева, приблизившаяся к спящему дракону.

— За то, что ты сделал семь лет назад.

— И что же я сделал семь лет назад такого, что могло бы расположить к себе непроницаемую Саншайн Викрам?

— Ты спас жизнь моей дочери. — несмотря на все усилия, её голос дрогнул от волнения.

Он поднял руку и посмотрел на нее из-под густых ресниц.

— Она сдала меня?

— А ты просил её не делать этого? — спросила она.

— Зачем мне это делать?

Разочарованная, она присела на край кровати. Даже мысль о том, что Аури подумывает о самоубийстве, уничтожала её. От осознания того, что ей так больно, что она находится в таком мрачном месте, у нее перехватило дыхание.

— Ты знал, что она планировала?

Громко вздохнув, он повернулся на бок лицом к ней, а затем согнул руку, чтобы использовать её в качестве подушки.

— Конечно, знал.

Она склонила голову в раздумье.

— Ты должен был сказать мне.

— Как будто ты мне что-то рассказываешь.

— Что? — Она изучала выражение его лица, но не могла понять, серьёзно ли он говорит.

— Что бы я тебе сказала? — теперь она видела. Да, он определённо был серьёзен. На самом деле, на ум приходил термин «смертельно серьёзный».

Он застыл на месте, и его карамельные радужные глаза заблестели, когда им овладела эмоция, поразительно

похожая на ярость. Но когда он заговорил, его голос был опасно спокоен.

— Ты что, издеваешься надо мной?

Она повернулась, чтобы лучше видеть его.

— Ты издеваешься надо мной? — он продолжал смотреть, словно взвешивая варианты.

Через мгновение один из них назвал свою позицию. Он спас жизнь её дочери. Он мог сколько угодно злиться, ворчать и брюзжать. Он мог спорить, принижать и смотреть на нее свысока, пока не погаснут звезды. В конце концов, Леви Равиндер спас Аури жизнь.

Не задумываясь, она положила руку на его щетинистую челюсть, наклонилась к нему и нежно поцеловала в уголок рта.