Этот новый для востока герб Тадао уже знал. Он символизировал самую высокую гору Востока, и одновременно триединство трех великих Домов. Ровно столько официально входило в Анклав. В расширенном составе Аклава числились люди из всех Домов востока, но тех, кто имел в Анклаве право голоса, пока было только трое. И один из сильнейших Воинов Востока, Минамото из Дома Като был одним из них.

Для гостей было подготовлено шесть зон в форме открытых беседок, и Глава Дома Като по праву первого занял ближайшую к Тадао, расположившись по правую руку от него. В сопровождение с ним внутрь Сада зашло семь одаренных. Видно было, что хотело зайти вдвое больше, но пройти внутрь смогли не все. А до беседки своего господина дошло и вовсе четверо. Трех потерявших сознание тактично вывели под руки люди Дома Идэ.

— Недурно, — молча подумал Тадао, кивком поприветствовав Главу Дома Като, — четыре воина уровня Самурая в малочисленном горном Доме, коим являлся Като, это неплохо. По нынешним временам.

Следом за делегацией Дома Молнии Като зашел мужчина неопределенного возраста в плотном коричневом балахоне. Его лицо закрывала бронзовая маска в форме рогатого демона, а на одеждах был нашит герб Дома Металла Химуро. Никто из присутствующих не знал имени мужчины. Бывший Глава Дома Хидэтака Химуро был мертв, и кто именно занял его место никому не сообщили. Дом Химуро традиционно ценил анонимность, и в это неспокойное время возвел свою традицию в абсолют.

Но хоть и имени мужчины никто не знал, ни у кого из присутствующих при этом не возникло сомнений в том, что именно этот человек лидер своего Дома. Ведь лишь он смог войти в Сад, даже не дрогнув на входе. Вошел спокойно и уверенно, а источаемая им аура силы пробрала до мурашек даже Тадао.

Пройдя внутрь, он занял беседку по левую руку от Тадао, и приветственно кивнул присутствующим.

Следом за мужчиной без имени в Сад зашло десять его воинов в бронзовых масках. Они старались зайти также невозмутимо, как и их лидер, но получилось не у всех. А один и вовсе упал без сознания через несколько шагов.

Люди Дома Идэ его тут же аккуратно выпроводили наружу, за что Глава Дома Химуро извинился молчаливым жестом.

Тадао кивнул в ответ. Правила «игры» все знали и приняли еще до ее начала.

Третьим в Сад зашел мужчина в темно-сером кимоно. Герб в виде трех черепов, черные как смоль глаза. Глава Дома Смерти Симидзу отличался также, как отличалась и реакция на его появление. Многие из присутствующих не обратили на него внимания или нарочно отвели взгляд. Лишь сам Тадао и два лидера других Домов кивнули ему. Сам же мужчина выбрал самую дальнюю ото всех беседку, и прошел в нее совершенно один.

Члены его Дома даже не попытались зайти в Сад, хотя размер его делегации насчитывал около сотни одаренных. Но Глава Дома Симидзу сделал это нарочно. Пока другие пытались продемонстрировать свою силу, славящийся своей скрытностью Дом Симидзу наоборот предпочел оставить карты при себе, и решил не выдавать конкурентам лишней информации.

Территориально Дом Смерти Симидзу располагался глубже всех на Востоке, и традиционно считался изгоем. Неудачное расположение земель, вкупе с их бедностью и специфической мрачной Стихией, делали свое дело. К ним никто не лез, считая их ущербными и мрачными отщепенцами. Однако недавние события все это только усилили. Ведь именно на землях Дома Смерти Симидзу и появился Владыка Смерти Анубис, пожравший впоследствии всех остальных Владык, Старейшин и Видящих на Востоке.

После такой славы никто не горел желанием иметь дел с Домом Симидзу, но из-за страха в Анклав их добавили. И даже право голоса дали.

На этом восточная делегация закончилась. Все члены Анклава имеющие право голоса находились внутри, и, убедившись, что все заняли свои места, Тадао сделал шаг вперед. Прокашлялся, и, поприветствовав каждый Дом еще раз отдельно, громко хлопнул в ладони, и произнес:

— Ну что, господа. Начнем?

* * *

— И правда пропасть, — глядя на горизонт, пробурчал я.

Зубы стучали, тело сковало льдом на семьдесят процентов, но я должен был выйти наружу и убедиться лично. Мониторы мониторами, но своим глазам я доверял больше. Но даже с Истинным Зрением я не смог увидеть ничего нового.

«Зимний Предел» действительно находился на краю пропасти. Уже через пару десятков метров ветер там бушует такой силы, что даже Авалона порвет как бумагу. А летающие сосульки размером с машину сталкиваются на скорости света, взрываясь голубыми вспышками и сотрясая воздух канонадой оглушительных грохотов.

Посланные мной разведчики картину тоже не улучшили. Подавляющее большинство подохло в первые же секунды, и лишь волчара пробежал пару километров вдоль пропасти, но не нашел ни намека на сужение.

Похоже, пути вперед нет. По крайней мере тут.

С другой же стороны ситуация не сильно лучше. Местные твари, явно изголодавшиеся по добыче, уже обступили «Зимний Предел» со всех сторон. Затаились и ждут пока я ослабну и пойду им в лапы. Даже тупые твари понимают, что отсюда дороги на Север нет.

Подумав об этом, я вздохнул и подогрел энергией Стихийную Печать. Была мысль поймать связь на такой высоте, но тщетно. Здесь я полностью отрезан от остального мира.

Более смысла находится снаружи и почем зря расходовать энергию не было, поэтому я отпустил руку и полетел вниз. Практически долетев до земли, я нашел взглядом вход, благо уже знал где он, и Шагом Тьмы нырнул внутрь.

Хотелось есть. Хотелось пить. Хотелось согреться.

Но я отмел все лишние хотелки и сел на кучу из одежды.

— Прости, малой, я тебя немножко потесню, — сказал я замерзшему принцу, и приняв позу лотоса, сделал глубокий вдох и закрыл глаза.

Выдох. Концентрация.

Последующий час я потратил на усиление Пути Энергии до максимального пятого уровня. Делать это так резко опрометчиво, но вариантов у меня было не то, чтобы много. На это действие у меня ушли почти все запасы энергии, что у меня есть.

Шатнуло меня знатно. А холод теперь ощущался теплом. Тревожный симптом. Но пути назад уже нет.

С этой мыслью я активировал усиленный Путь Энергии, и потянул оттуда одно мелкое, но очень полезное создание. Первую секунду Сучок даже не понял, что произошло. Появившись в воздухе передо мной, он округлил глаза, и прикрылся своими ручками-веточками, словно бы я застал его за чем-то постыдным.

А потом он ощутил холод. Нет, не так. Он ощутил ХОЛОД. Его кора в мгновение покрылась инеем, зеленые листики на веточках скрючились и упали, а он сам громко застучал задубевшими от мороза деревяшками.

От лютого холода у Сучка отбило все желание возмущаться, и единственным, что он хотел, это поскорее сбежать из этой адской морозилки. Что он и сделал.

И воспользовавшись моментом, я телепортировался вместе с ним.

Куда именно мелкий прыгнул, я понятия не имел, но очень надеюсь туда, где хотя бы есть связь.

Глава 9

Малое совещание Акнлава прошло быстро. Как первая из двух запланированных дипломатических встреч, она проходила в усеченном составе.

На нее изначально были приглашены лишь представители Востока, и то, не все.

Дом Като, Дом Химуро и Дом Симидзу, как имеющие право голоса члены Анклава, и собственно Дом Идэ, как принимающий хозяин и одновременно главный «виновник» первой встречи.

«Виновник» по той причине, что именно сейчас решалось будет ли Дом Идэ принят в Анклав, и на каких условиях. И от этого решения зависело многое, в том числе то, какой вес будет иметь голос Тадао на второй части дипломатического приема, на который прибудут представители Империи.

Текущий глава Дома Идэ прекрасно знал о повестке первой встречи и подготовился. Он прочитал проникновенную речь, рассказав историю Дома Идэ, свой жизненный путь и как один из самых влиятельных Домов Востока пришел к тому, что имеет сейчас.

Члены Анклава внимательно выслушали его. Не перебивали. Не задавали вопросов. Лишь Глава Дома Молнии Като позволил себе пару раз уточнить некоторые моменты, но в целом никакого бурного обсуждения не было. Казалось, что каждый из прибывших уже знал, как проголосует.