— Интересно, — потер я подбородок, и прямо перед лицом Императора открыл коммуникатор, — а где говоришь находится этот форпост?
— Вот здесь, — ткнул Борис III в точку, которая уходит даже глубже, чем мы добирались последней экспедицией, только уходит по дуге на Северо-Запад, примерно в том направлении, где Лиса стала Паладином, только еще глубже на Север.
— Зимой туда пробраться нереально, — глядя на мою карту, произнес Император, — безопасная тропа очень узкая, — добавил он, чертя пальцем ломанную линию, и открывается только по весне.
— Хорошо, спасибо. И что еще я должен знать? — заметив, что смотрящий на карту силуэт Императора начинает подергиваться и медленно угасать, спросил я.
— Эх, время и правда подходит к концу, — глядя на свои начавшие просвечивать в некоторых местах ладони, вздохнул он, — я уже умирал, но всегда видел начало этого разговора. Видел, как сюда кто-то заходит, — кивнул он на дверь, — но не видел кто. На моменте мерцания Портала все обрывалось. Десять минут предел моего Дара. Это одна из причин отложенной активации моей проекции. Всего один шанс. Если подумать, по настоящему умру я именно сейчас, ведь после смерти мое сознание перенеслось сюда и для меня та смертельная битва прошла несколько минут назад. Я даже кровь на губах ощущаю, и сейчас даже более явно, чем в момент самой смерти, — усмехнулся он и перевел абсолютно спокойный смиренный взгляд на меня, — прости за этот вопрос Маркус, но я должен спросить. Ты сам сказал, что семь сотен лет уничтожат любой разум, а ты…
— Провел в ловушке времени всего лишь год, — сразу понял я причину его беспокойства.
— Хорошо, — облегченно вздохнул Император, и я заметил, как одновременно с этим подернулся Портал.
Мне не показалось. Эта дружелюбная на вид проекция все это время проверяла меня и была готова похоронить здесь, в случае опасности. Пока я его спрашивал, Борис ненавязчиво сканировал меня, мой разум, поведение. Настолько ненавязчиво, что даже с Истинным Зрением я ничего не заметил.
Хорош, чертяка.
— А говорил твой Дар не работает, — хмыкнул я.
— В том виде, в котором работал раньше, не работает, — не дрогнув ни единым мускулом, ответил Император.
— Но в роли детектора лжи, который мог запечатать меня здесь, легко, — покачал я головой, — а ведь нормально общались.
— Прости, я должен был проверить. Информация слишком ценна, чтобы попасть не в те руки. И, как я и говорил, я не видел кто именно откроет эту дверь. Друг или враг.
— И как? Проверил?
— Да. Ты прошел, — слегка виновато развел руками Император, после чего взмахнул полупрозрачной рукой, и на мягкой подушечке кресла за его спиной появилось два серебристых ключа, — они откроют еще два узловых Портала. За одним ты найдешь все, что я смог сохранить от Падшего Ордена, а за вторым подобную этой комнату карманного пространства, только вместо моей проекции тебя будет там ждать книга. Или вернее будет сказать дневник. Там расписаны все инструкции по управлению моими проектами, проектные планы, указы, эдикты, а также все, что взбрело мне в голову и что я посчитал полезным. Все мои мысли последних недель жизни. Вся моя жизнь там. Надеюсь, она тебе поможет. Удачи тебе, Паладин.
— И тебе, — пожал я протянутую руку, — передать что-то твоим правнукам? Их зовут Рихтер и Феликс, и к слову, один из них на днях намеревается новым Императором стать, ты ведь не против?
— Не против, — по-доброму усмехнулся Борис.
— Хм, и даже не спросишь из которой ветви?
— А зачем? — искренне удивился удивительно веселый для без десяти секунд покойника Император, — я и так знаю. Думаешь, я просто так оставил именно его во Дворце?
— То есть ты каждому ребенку уготовил судьбу? — поднял я бровь.
— Возможность, — тактично поправил меня Борис, и я в очередной раз убедился, что мы бы с этим парнем точно нашли общий язык, доведись нам жить в одно время, — я предоставил им возможность ровно также, как сейчас предоставил ее и тебе. Как с этой возможностью обращаться, решать тебе, Маркус. Ведь судьба человечества теперь в твоих руках.
Сказал Император Борис III свои последние слова, и прямо на моих глазах растворился в воздухе, оставив после себя лишь протертое кресло с красной подушкой и парой мерцающих дымкой серебристых ключей.
Глава 2
В помещении было темно. Лишь тусклый свет магических фонарей освещал это место, да и то, справлялись практически разряженные артефакты не очень хорошо.
Впрочем, сложно ожидать нормального света, когда находишься так глубоко под землей.
Броня Евгений Сергеевич к темноте был привычен. И дело даже не в том, что он больше половины жизни скрывался, будучи в повсеместном розыске. К темноте Бес привык еще в детстве. Шныряя по бесчисленным пещерам каменных Порталов, коих Броня Евгений Сергеевич по молодости зачистил немало.
Неделями и месяцами юный одаренный не видел света и, как шахтер, буквально жил в пещерах. Ратником Земли Бес стал не за красивые глаза. И не за крупное телосложение. А за бесстрашие и жестокость к врагам. Тяжелый нрав и взрывной характер Беса был известен далеко за пределами Клана Земли, за что он и получил свое прозвище, так удачно складывающегося из его инициалов.
Однако сейчас бывший Ратник Клана Земли был спокоен. Он стоял молча. И даже стоя на одном уровне, буквально возвышался над остальными. По габаритам Бес больше напоминал скалу, а хмурая гримаса и тяжелый взгляд заставляли всех остальных горбиться и отводить глаза в сторону.
Штурм закончился за пару минут. Да и штурмом то это назвать нельзя. Сопротивления как такового не было. Но Бес не был тем, кем является, если бы не подготовился. Ведь предсказать как поведут себя загнанные в угол невозможно. Уж кто-кто, а Броня Евгений Сергеевич знал об этом много.
Он практически всю жизнь прожил в этом углу, день за днем яростно сражаясь за свое место под солнцем.
И сейчас он… кто?
Раньше Бес бы сказал, что он Глава крупнейшей в мире криминальной Организации. Еще раньше, что он Ратник Земли. Но сейчас? Кто он сейчас?
Нет внушающего страх и уважение титула. Нет прежней леденящей душу славы за плечами. Однако почему-то сейчас он чувствует себя куда увереннее, чем раньше. И, что важнее, появилось уважение.
Уважение к самому себе и робкая мысль о том, что он находится на верном пути.
Куда он ведет Бес понятия не имел. Но рядом с ним была любимая невеста, а перед ним раскинулась толпа из сотен загнанных в угол людей.
Одаренные Земли разных возрастов сбились в кучу и смотрели на него. Кто со страхом. Кто с гневом. Кто с интересом. Кто с облегчением.
Остатки некогда могущественного Клана Земли выглядели… жалко. Скульптор был жесток и авторитарен. Он не терпел никаких мнений, отличных от своего, а всех неугодных обращал в камень. Порой даже за одно слово поперек.
Поэтому после его смерти люди остались потерянными, и не знали куда им податься. Все, что у них было, это страх перед Скульптором, и верность, которой воспользовался Князь Света, создав их Клана Земли опору для сопротивления. Пушечное мясо. Послушное стадо, которым было легко управлять.
А люди верили. Верили, что у них нет выбора.
И эта вера привела их сюда.
Череда событий, неправильных выборов, и трагичных обстоятельств привели их всех сюда. В эту сеть тускло освещенных пещер, где собрались последние, кто мог сражаться. Всех женщин и детей они оставили наверху. Их никто не тронул, но в то, что не тронут их самих после всех злодеяний, они не верили.
Но и что делать дальше они не знали. Очевидно, что их собирали здесь, что сражаться, но сейчас было видно, что большинство из них не хотели драться. Они устали. Выглядели потерянными. А многие даже испытывали облегчение, что их нашли и все это наконец закончится.
Направляясь сюда, Бес предполагал, что здесь найдет. Ведь люди не могли провалиться сквозь землю надолго. Даже если эти люди лучшие одаренные Земли на планете. И среди этих людей находилось и то, что выдало их местоположение.