Моментально забыв о них, он продолжил. Ввел диагностический код, стуча по запавшим, грязным клавишам. Экран мигнул, показав устаревший интерфейс. Зеленые строки на черном фоне замелькали, словно суетливые букашки. Он взломал шифр и цифровую оборону. Панель ожила, и связь с Содомаром наладилась. Он отсоединил кабель, захлопнул крышку, но в его движениях сквозила ярость — система была слишком примитивной, недостойной его.

Оставалось отправить сигнал бедствия.

Когда пришел ответ, Хранитель коротко кивнул.

— Помощь прибудет через сорок восемь часов, — объявил он группе, увлеченно спорившей о бесполезном суде над Элиасом.

Те разом замолчали, повернув к нему головы. Они так были поглощены своими склоками, что даже не заметили его манипуляций. Хранитель прищурился, разглядывая их лица. Они и не подозревали, что без него были в шаге от гибели. Он снова окинул взглядом панель, ощущая жгучую досаду.

Теперь нужно было ждать.

И за это время — найти её.

Взгляд сам потянулся к Элиасу, лежащего без сознания на окровавленной койке. Хранитель сделал шаг в его сторону, но остановил себя. Он понимал: заговори он с предателем — вопросов не избежать. Если безмозглые паломницы видели в нём лишь щит, то капитан Пейн не был столь наивен. Его колкий, оценивающий взгляд постоянно ловил маску Хранителя. Было ясно — капитан не доверял никому. Даже ему.

Но флешку нужно было найти, пока она не оказалась в чужих руках.

Он слишком многим пожертвовал, чтобы она не досталась инквизиции.

Хранитель отошел в сторону, грузно опустился на старый стул. Тот жалобно заскрипел под весом экзоскелета, но выдержал.

— Нам нужно перегруппироваться и подготовиться к эвакуации, — Пейн повернулся к своим солдатам. — Проверить арсенал, оценить количество защитных костюмов.

Трое его людей тут же приступили к исполнению. Хранитель проводил их глазами, затем перевел на солдат, приставленных к паломницам. Те не двигались с места. Пейн резко обернулся к ним и рявкнул:

— Вам нужно особое приглашение? Немедленно исполнять приказ!

— Они подчиняются только нам, — скрипуче проговорила Кайла. — И никуда не уйдут, пока мы здесь. Даже бункер может быть небезопасен.

Пейн сжал челюсти, сверля её взглядом, но через мгновение сдался и отвернулся. Хранителю на миг стало жалко старого вояку. Он знал Пейна — в Содомаре тот зарекомендовал себя как верный пёс церкви.

Когда суета наконец улеглась и большинство уснули, Хранитель приблизился к Пейну. Капитан стоял в углу, тщетно пытаясь оживить свой разбитый планшет. Услышав шаги, он обернулся и нахмурился.

— Ваша вера в справедливый суд поражает, — ровным, лишённым эмоций голосом начал Хранитель. — Элиас — предатель и виновник хаоса. Не прикончить его на месте требует титанического самообладания. Вы справились, капитан.

Тот коротко кивнул. Ни один мускул не дрогнул на его лице, но в глазах мелькнула тень боли. Хранитель поймал себя на мысли, что Пейн, возможно, относился к Элиасу как к сыну.

— Это мой долг, Хранитель. Так же, как и твой, — сухо парировал капитан.

— Когда вы его арестовывали, при нём ничего не было?

Пейн отложил планшет и развернулся к нему всем корпусом. В его позе читалось глухое недоверие.

— Было ли при нём что-то, что может угрожать укрытию? — настаивал Хранитель, вкладывая в голос металл. — Если у него припрятана взрывчатка, это может всех нас погубить.

— Нет… — капитан ответил сдавленно. – Мы не…

— Вы его обыскивали? — в голосе Хранителя прорвалось раздражение.

Не дожидаясь ответа, он шагнул к Элиасу. Тот все еще был без сознания. Кровотечение остановилось, но состояние оставалось тяжёлым. Хранитель спас этого дурака, отбросив от эпицентра взрыва, хотя сам чудом уцелел.

Он принялся осматривать тело, делая вид, что ищет оружие, на самом деле выискивая флешку. Но поиски не увенчались успехом. Он резко выпрямился и громко, с досадой цыкнул. Тут же опомнился и повернулся к Пейну, который всё это время молча наблюдал за ним.

— Всё в порядке, — отрезал Хранитель, подавляя ярость.

Флешки у солдата не было. Где же она?

Он вышел в общий зал. Приглушённый свет, тихие стоны, кто-то спал, кто-то бредил. Эта картина должна была вызывать сострадание, но внутри него копилось лишь раздражение.

Не в силах на это смотреть, он углубился в коридоры бункера. Освещение здесь было ярче, и его чёрная фигура казалась инородным пятном в этом сером массиве под землей. Стальные подошвы гулко отбивали шаги.

Краем глаза он заметил в боковом коридоре двух учёных, увлеченно о чем-то споривших и ничего не замечающих.

— Успеют ли они за двое суток? — дрожащим голосом спрашивала одна.

— Не паникуй, Морган. Содомар не бросит нас. Мы вернёмся в скинию, и всё наладится, — пыталась успокоить её коллега.

— Ничего не наладится, Оушен! — подавленным голосом сказала она. — Они позаботятся только о девочках, а о нас забудут. Мы получили дозу! Лекарств хватило только на них… Мы заболеем. Мы умрём. Ах… если бы мы могли попасть в хранилище медкорпуса. Он защищен от радиации.

Хранитель резко развернулся и ушёл.

В голове мгновенно созрел план.

Он вернулся в центр управления, где спали хранительницы, а Пейн с солдатами тихо что-то обсуждали. Хранитель подошёл к панели, вывел на экран изображение с внешних камер. Руины Эдема лежали в мёртвой тишине. На часах почти полночь. Солнечная активность минимальна.

— В бункере недостаточно медикаментов. Слишком многие получили дозу радиации, — заявил он, оборачиваясь к присутствующим. — Я вернусь через час с необходимым. Меня не искать. Панель управления не трогать, она откликается только на мои команды.

Пейн уставился на него, и на его лице на мгновение мелькнул неподдельный ужас.

— Хранитель, снаружи смертельный фон! Это самоубийство!

— Ты не должен покидать пост! — прохрипела Шилон, дремавшая в кресле у стены. — Ты нарушаешь главный завет!

Хранитель холодно взглянул на неё.

— Мой завет — защищать жизни, — в его голосе зазвенела сталь. — Многие здесь облучились. И если Евы и служители церкви, — он указал на паломниц, — получили антидот, то врачи и солдаты — нет!

— Но медикаментов на всех не хватило, — вступила Кейла. — Лекарства получили только те, чья жизнь…

— Никто больше не умрёт в этих стенах, — жёстко оборвал её Хранитель и направился к выходу.

Бункер внезапно показался ему душной клеткой. Серые стены давили. Он остановился в центре зала, окидывая взглядом спящих: евки, учёные, служки, солдаты. Свет падал на их бледные лица, делая их похожими на восковые куклы.

— Хранитель, там радиация, — снова послышался за его спиной голос Пейна. – И нельзя бросать паломниц.