— Я не собираюсь на тебя орать. Я просто не позволю тебе больше брать машину Бриттани.

— Хорошо. — Я замечаю, что надувной матрац все еще на полу, поэтому я падаю на него и закрываю глаза.

Алекс вытаскивает подушку из-под моей головы.

— Ты под кайфом?

— К сожалению, уже нет. — Я отбираю у него свою подушку.

Я слышу, как мой брат садится на свою кровать и тяжело вздыхает. Бедняге самому надо покурить немного, чтобы расслабиться. Я клянусь, я чувствую, как его глаза сверлят мне затылок, как два лазера.

— Чего ты хочешь? — бормочу я в подушку.

— Тебя нафиг не волнует никто, кроме себя самого что ли?

— Что-то вроде.

— Ты, что не понимаешь, что я могу волноваться за тебя?

— Неа, даже на ум ни разу не приходило.

Стук в дверь останавливает поток его вопросов.

Я слышу, как мой брат говорит:

— Привет, chica. [30]

Дайте-ка угадаю,  Бриттани.

— Карлос забыл поднять крышу в машине, — говорит она Алексу. — Начинается дождь. Он оставил твой телефон на пассажирском сидении. Я надеюсь, что он все еще работает.

Если они когда-нибудь поженятся, мне жаль их детей. Я буду надеяться, что эти ninos[31] никогда не будут попадать в неприятности… потому что оба Алекс и Бриттани смотрят на меня так, как будто хотят посадить под домашний арест до конца моих дней.

Хуже для них, они не мои родители.

Глава 10

Киара

В понедельник по школе летают слухи о вечеринке Медисон. Большая их часть фокусируется на том, как Медисон и Карлос зажигали на кровати ее родителей.

Во вторник и среду я замечаю Медисон, сидящую во время ланча за столом Карлоса.

В четверг Карлоса в столовой нет вообще. Так же, как и Медисон. Счастливая парочка должно быть где-то вместе.

В пятницу утром, Карлос у своего шкафчика, печенье все еще внутри.

— Привет, — говорит он.

— Привет, — отвечаю я.

Я ввожу свой код, но дверь моего шкафчика не открывается.

Я пытаюсь снова. Я знаю, что ввела код правильно, но когда я тяну за ручку, она не поддается.

Я пытаюсь снова.

Карлос заглядывает мне через плечо.

— Проблемы?

— Нет.

Я пытаюсь снова. На этот раз тяну за ручку сильнее и поворачиваю ее. Опять, ничего не происходит.

Он стучит пальцем по металлу.

— Может ты забыла свой код?

— Я знаю свой код, — говорю я. — Я не тупая.

— Ты уверена? Потому что это меня заводит.

Мои мысли возвращаются к сплетням о нем и Медисон. Я даже не знаю почему, но идея о том, что они встречаются, только подливает масло в огонь моего гнева.

— Просто отвали.

Он пожимает плечами.

— Как скажешь. — Звенит первый звонок. — Ну, удачи. Но, по моему мнению, выглядит, как кто-то его взломал. — Он хватает свои книжки из шкафчика и направляется дальше по коридору.

Я бегу за ним и хватаю его за руку.

— Что ты сделал с моим шкафчиком?

Он останавливается.

— Возможно, сменил твой код.

— Как?

Он усмехается.

— Если я тебе скажу, мне придется тебя убить.

— Очень смешно. Скажи, на что ты его сменил.

— Я с удовольствием дам тебе эту информацию… — он прикасается кончиком указательного пальца к моему носу. — Когда все печенья, включая крошки, исчезнут из моего шкафчика. Увидимся, — говорит он, заходя в класс и оставляя меня стоять в коридоре и думать о том, как я это сделаю… и каким будет мой следующий шаг.

На занятии по английскому, мистер Фури раздает наши сочинения. Он называет по-очереди наши имена, и мы должны подходить к его столу.

— Киара, — зовет он меня.

Я подхожу, чтобы забрать свою работу. Когда мистер Фури протягивает ее мне, он не улыбается. — Киара, ты можешь писать гораздо лучше. Я знаю, что можешь. Копай глубже в следующий раз, и не пытайся дать мне тот ответ, который ты думаешь, я от тебя жду.

На обратном пути я прохожу мимо стола Медисон.

— Как Карлос? — спрашивает она.

— Хорошо.

— Ты знаешь, что он обращает на тебя внимание только потому, что ему тебя жалко. Если подумать, это даже грустно.

Я игнорирую ее и сажусь на свое место. Большая красная 3 нарисована на титульном листе работы, которую мне вернул мистер Фури. Не хорошо, особенно, если я собираюсь подавать документы на академическую стипендию.

— В течение следующих пятнадцати минут ваше задание написать краткое эссе - убеждение, — говорит мистер Фури.

— О чем? — спрашивает Ник Гласс.

— На тему… — мистер Фури замолкает, чтобы повысить заинтересованность и привлечь внимание всего класса. Он садится на край своего стола и говорит: — Нужно ли считать людей, снимающихся в развлекательных программах, звездами?

Класс начинает гудеть, обсуждая тему.

— Убавьте громкость, народ.

— Как мы будем писать, не имея возможности провести по этому поводу исследование? — спрашивает кто-то с задней части класса.

— Я хочу услышать ваши мысли, а не исследование. Когда вы разговариваете с другом, и вам нужно убедить его в чем-то, или заставить его сменить свое мнение, вы же не говорите «Подожди, мне надо провести исследование и сделать пару записей». Вы просто приводите аргументы, приходящие вам в голову. Вот именно это я и прошу вас сделать.

Мистер Фури ходит по классу, пока мы пишем.

— Если хотите получить дополнительную оценку, можете прочитать свою работу перед классом.

Это хорошо. Мне не повредит дополнительная оценка, и я знаю, что я смогу прочитать работу без заикания. Я знаю, что могу.

— Отложили ручки, — говорит мистер Фури, пятнадцать минут спустя. Он хлопает в ладоши. — Окей. Есть желающие прочитать вслух?

Я поднимаю руку.

— Мисс Уэстфорд, выходите и поделитесь своими мыслями.

— О, нет, только не она, — слышу я вздох Медисон рядом с собой. Леси смеется, наряду с группкой других ее друзей.

— У тебя какая-то проблема, Медисон?

— Нет, мистер Фури. Я чуть не сломала свой ноготь! — она машет в его сторону своими пальцами с маникюром.

— Пожалуйста, попридержи свои проблемы с ногтями до окончания класса. Киара, вперед.

Я беру свой листок и выхожу к доске. Я говорю себе делать глубокие вдохи и думать о словах, перед тем, как произносить их. Когда, наконец, я стою перед классом, я поднимаю взгляд на своего учителя. Он тепло мне улыбается.

— Начинай.

Я прочищаю горло. И сглатываю, но чувствую, как мой язык отекает у меня во рту, и все из-за Медисон. Она выбила меня из колеи, но я могу это пережить. Я не должна давать ей власть над моим заиканием. Расслабься. Думай о словах. Не забывай дышать.

— Я д-д-д-думаю… — я смотрю вниз на лист бумаги. Я могу чувствовать глаза всего класса на мне. Некоторые, возможно смотрят на меня с сожалением. Другие, такие как Медисон и Леси, скорее всего, веселятся. — Я д-думаю, что лллюди в ррразвлекательных программах…

Я слышу, как в классе раздается взрыв женского смеха. Мне не нужно смотреть, чтобы знать кто это.

— Медисон, я не думаю, что это смешно. Уважай свою одноклассницу, — говорит мистер Фури, затем добавляет: — Это не просьба. Это приказ.

Медисон закрывает рукой рот.

— Больше не буду, — говорит она сквозь пальцы.

— Так-то лучше, — говорит мистер Фури суровым голосом. — Давай, Киара, продолжай.

Окей. Я могу это сделать. Если я могу разговаривать с Туком и не заикаться, может мне нужно просто представить, что я говорю с Туком. Я смотрю на своего лучшего друга. Он незаметно машет мне с конца класса, подбадривая меня.

— … люди в развлекательных программах — звезды… — я останавливаюсь и делаю глубокий вдох, затем продолжаю. Я могу. Я могу. — …потому что мы позволяем сссредствам мммассовой информации…

 По классу раздается еще один взрыв смеха, на этот раз от обеих Медисон и Леси.

— Мисс Стоун и Мисс Гоебберт! — мистер Фури указывает на дверь. — Прошу покинуть мой класс.

— Вы не серьезно, — спорит Медисон.