Я снимаю с ее плеч мой пиджак и откидываю его в сторону. Мои пальцы двигаются вверх по молнии на ее спине, останавливаясь у самого верха. Когда я тяну за замочек все ниже и ниже, обнажая ее кожу, я мечтаю о том, чтобы я мог сейчас ее видеть, но я могу только представлять. Киара расстегивает мои штаны и засовывает руку вниз, ощущая меня через брифы.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я ее.

— Извини, — говорит она быстро, убирая руку. — Мне нннужно было сделать что-то с моими руками и мне хотелось знать, если ты был уже вввозбужден.

Я смеюсь. Оставь это Киаре, полезть мне в штаны в поисках ответов.

— Ты почувствовала доказательство? — спрашиваю я.

— Да, — отвечает она шепотом. — Ты возбужден.

— Чтобы ты знала… — я беру ее руку в свою и возвращаю на себя. — Одна мысль о тебе делает меня таким.

Даже не имея возможности видеть, я чувствую ее улыбку. Я представляю, как ее ресницы обрамляют ее глаза-хамелеоны, которые сейчас, скорее всего, превратились в светлый оттенок серого.

Я стягиваю платье с ее плеч, и не останавливаюсь, пока полностью не освобождаю ее от него.

— Твоя очередь, — шепчет она, отодвигаясь, когда я протягиваю руку, чтобы дотронуться до нее.

Я избавляюсь от остальной своей одежды, оставаясь только в боксерах-брифах, и притягиваю ее к себе под одеялом. — Тебе холодно? — спрашиваю я, замечая, как дрожат ее руки, когда она проводит пальцами по моему лицу, пытаясь запомнить его в темноте.

— Нет.

Я наклоняюсь и целую ее.

— Дай мне свои микробы, — говорю ей я, насмехаясь над Брендоном и его мнении о французских поцелуях.

— Только если ты отдашь мне свои, — говорит она мне в губы.

Она приоткрывает рот и наши языки переплетаются, их мягкая влажность возбуждает меня еще сильнее - если такое вообще возможно.

Мы двигаемся вместе друг против друга почти вечность. Я запускаю пальцы ей в трусики, и она в то же время обвивает руками меня.

— Я взял с собой презерватив, — говорю ей я, стягивая ее трусики вниз. Мы оба мокрые от пота и желания, и я не могу больше сдерживаться.

— Я тоже, — шепчет она мне в шею. — Но возможно мы не сможем ими воспользоваться.

— Почему нет? — я жду, что она скажет, что это все было ошибкой, что она не хотела доводить меня до этого умопомрачительного момента возбуждения, только чтобы сказать мне, что я не достоин того, чтобы быть тем, кому она подарит свою девственность, хоть это и правда.

Она прочищает горло.

— Это зависит от того, нет ли у тебя аллергии на латекс.

Латекс? Меня никто никогда об этом не спрашивал. Может это потому, что каждая из девчонок, с которыми я был раньше, ждали от меня того, что я позабочусь о защите, или не думали о защите вообще.

— Chica, у меня ни на что нет аллергии.

— Хорошо, — говорит она, протягиваясь к своей сумочке и доставая упаковку с презервативом. — Хочешь, чтобы я надела его на тебя?

Она не видит это, но я ухмыляюсь. Не я тут девственник, и все же, сегодняшний вечер и для меня полон чего-то впервые.

— Ты уверена, что справишься с этим?

Я слышу звук раскрывающейся упаковки.

— Я слышу вызов? — шепчет она, наклоняясь вперед и произнося прямо у моих губ: — О, Карлос, ты же знаешь, я не могу против этого устоять.

Глава 52

Киара

— Просыпайся, chica.

Звук голоса Карлоса и нежное прикосновение его пальцев к моему обнаженному плечу, заставляют меня вздрогнуть. Мои ноги переплетены с его, моя голова лежит на его предплечье, и воспоминания того, что мы делали всего несколько часов назад, вызывают во мне горьковато-сладкие чувства.

Я открываю глаза. На улице все еще темно, и мы оба абсолютно голые под одеялом.

— Привет, — говорю я, мой голос немного хриплый и усталый.

— Привет. Нам пора уходить.

— Почему? Не можем мы остаться здесь еще ненадолго?

Он прочищает горло и отодвигается, от его движения, меня обдает холодным ночным воздухом.

— Я забыл, что мне нужно сегодня вернуть Алексу машину.

— Ох, — отвечаю я тупо. — Окей. — Я вижу, что он нервничает и раскаивается в том, что мы сделали. Я его понимаю. Я только не знаю, что в данный момент заставляет его так себя вести, но я его понимаю.

— Одевайся, — говорит он мне, безо всяких эмоций в голосе.

Когда он протягивает мне свой пиджак, я не беру его.

— У меня есть дождевик, — говорю ему я.

— Ты оставила его в машине, Киара. Одень пиджак. Он защитит тебя от дождя.

— Он мне не нужен, — говорю я, и выхожу под дождь в своем платье и босиком. Мне нужна его любовь. Мне нужна его честность. Предлагая мне свой пиджак, он предлагает мне всего лишь поверхностную защиту. К тому же, пиджак и так уже весь мокрый насквозь.

Карлос засовывает одеяла в багажник, бормоча что-то о необходимой поездке в прачечную, чтобы их постирать. Мы едем по темным, пустынным улицам в полном молчании. Единственный звук, нарушающий молчание, это капли дождя, стучащие в окна. Как бы мне хотелось, чтобы дождь не напоминал мне так сильно слезы.

— Ты злишься на меня? — спрашиваю я, надевая свой дождевик, чтобы он не заметил, как сильно у меня трясутся руки.

— Неа.

— Тогда перестань себя так вести. Сегодняшний вечер был превосходен. Не порть его.

Он заезжает на подъездную дорожку у моего дома и паркуется у моей машины. Дождь начинает лить еще сильнее.

— Подожди, пока он ослабнет, — говорит он, когда я поднимаю свою сумочку и туфли.

— Как ты вернешься домой, когда отвезешь машину?

— Я просто останусь у брата, — говорит он.

Я наблюдаю, как капельки дождя стекают по стеклу узенькими ручейками и постепенно исчезают. Я не могу больше здесь оставаться, не расклеившись окончательно.

— Чтобы ты знал, я не сожалею о сегодняшнем. Ни капельки не сожалею.

Он смотрит прямо на меня. Уличный свет освещает контур его красивого, сильного лица.

— Послушай, мне нужно во всем разобраться. Все сейчас слишком…

— Сложно, — говорю я, заканчивая его предложение. — Дддавай я сделаю это немного легче для тебя. Я не дура, чтобы думать, что все изменилось только пппотому, что мы переспали. Ты чччетко и ясно дал мне понять в самом начале, что ты не искал себе девушку. Вот, я облегчила ситуацию. Ты абсолютно свободен.

— Киара…

Несмотря на мое заявление, что это ничего не значило, я не могу оставаться здесь и слушать речи о том, какой ошибкой была сегодняшняя ночь. Я выхожу из машины, но вместо того, чтобы бежать сквозь дождь домой, я направляюсь прямиком к своей машине. Мне нужно побыть одной в том месте, где я могу подумать и поплакать, и никто меня не услышит. В данный момент, моя машина — мое спасение. Если бы Карлос еще уехал побыстрее, я бы смогла выплакаться в тишине и спокойствии.

Он опускает свое окно и жестом призывает меня сделать то же самое. Когда я повинуюсь, он пытается что-то сказать, но его голос еле слышен за завесой дождя между нами.

Я высовываюсь из окна машины.

— Что?

Он высовывается из своего, встречая меня на полпути. Мы оба мокрые насквозь, но ни один из нас особо этого не замечает.

— Не убегай от меня, когда мне нужно сказать тебе что-то важное.

— Что? — спрашиваю я, надеясь, что он не заметит слез, стекающих по моему лицу, и я молюсь о том, что они просто смешаются с дождем.

— Сегодняшний вечер…  для меня тоже был превосходен. Ты перевернула мой мир с ног на голову. Я влюбился в тебя, chica, и это пугает меня до чертиков. Меня трясло сегодня весь вечер от того, что я знал это. Я пытался это отрицать, заставил тебя думать, что ты была мне нужна только под предлогом притворной девушки, но это было ложью. Я люблю тебя, Киара, — говорит он, прежде чем его губы встречаются с моими.

Глава 53

Карлос

— Что ты тут делаешь? — спрашивает меня Алекс, когда я приезжаю к нему в пять часов утра.

— Я переезжаю к тебе, — говорю я, заходя в квартиру. По крайней мере, до того как Кено и я исчезнем в конце месяца.