— Задумался.

— Бывает.

Он улыбнулся. Я ответил тем же, хотя сейчас улыбаться мне хотелось значительно меньше.

— Замечания пришли моему секретарю, не отправляй их через канцелярию отца.

— Хорошо. И Дельран...

— Да?

— Не заставляй людей переделывать весь документ только потому, что я нашёл в нём ошибки. Пусть исправят ошибки.

— Я понял.

— Замечательно.

На этом мы разошлись. Я направился обратно, а дядя продолжил свой путь с таким спокойным видом, словно предстоящий разговор с Эгвой ничем не отличался от любого другого дела, которое он собирался выполнить за сегодня.

Возможно, для него действительно не отличался. Эта мысль оказалась неприятной, и я решил не проверять её правильность.

В приёмной меня ожидали три человека, хотя по расписанию первый посетитель должен был появиться значительно позже. Секретарь вышел навстречу, одновременно протягивая планшет с утренними изменениями.

— Ваше высочество, министр просил принять его до совещания. У него уточнения по распределению подразделений. Ещё пришёл заместитель директора полиции, но он согласен подождать.

— А третий?

— Из портового управления. По вчерашнему запросу.

Я взял планшет, просмотрел изменения и вернул.

— Министра через пять минут. Заместителя директора после него. Портовое управление пусть оставит материалы, сегодня я их посмотрю.

Секретарь кивнул, но уходить не спешил.

— Ещё одна вещь. Пресс-служба просит подтвердить, что вы не будете комментировать публикации об Эгве.

— Я вчера это подтвердил.

— Сегодня появился новый запрос.

— Тогда подтвердите ещё раз.

— Формулировку оставить прежнюю?

— Да. И попросите их не превращать отсутствие комментария в отдельное сообщение для прессы.

Секретарь усмехнулся и отправился выполнять распоряжения.

Я вошёл в кабинет, снял пиджак и положил его на спинку кресла. На столе лежали две подготовленные стопки документов: одна для решения, другая для ознакомления. Рядом находилась подборка газетных материалов, которую я вчера поручил собрать исключительно по профессиональным причинам. Последнее уточнение понадобилось мне самому. За последние сутки количество материалов об Эгве выросло настолько, что в подборку включили даже публикации, где клип упоминался только в связи с каким-нибудь общественным спором. И где-то среди них находились фотографии девушки, которую я хочу уже почти год. Формулировка «профессиональный интерес» прекрасно объясняла, почему я собираюсь всё это читать.

Я раскрыл первый служебный документ, просмотрел сводную таблицу и отметил два расхождения между заявленными и фактическими сроками выполнения работ. Во втором приложении обнаружилось, что одно подразделение увеличило потребность в людях, одновременно сократив прогнозируемый объём работы. Объяснения не прилагалось. Я сделал пометку, потребовал по селектору исходный расчёт и перешёл к следующему листу.

Пять минут спустя вошёл министр. Мы работали с ним достаточно давно, чтобы обойтись без продолжительных вступлений. Он разложил бумаги, показал два варианта перераспределения сотрудников и начал объяснять, почему предпочитает первый. Я выслушал, уточнил сроки подготовки, проверил цифры и попросил показать, каким образом предполагается обеспечить работу подразделений, из которых собирались изъять людей.

Министр перешёл к следующей таблице.

— Здесь нагрузка ниже. Мы можем снять часть сотрудников без существенных последствий.

— На основании чего вы считаете нагрузку ниже?

— По числу зарегистрированных обращений.

— А незавершённые дела?

Он задержал взгляд на документе.

— Они учтены отдельно.

— Покажите.

Оказалось, не все. В предложенном расчёте текущая работа выглядела вполне благополучно, поскольку из неё исчезли дела, которые формально не требовали ежедневных процессуальных действий. Сотрудники, однако, продолжали вести эти дела, готовить материалы и отвечать на запросы. Если забрать у них людей, нагрузка никуда не денется.

Я вернул министру таблицу.

— Второй вариант. Первый вернёте на перерасчёт.

— Во втором перераспределение займёт больше времени.

— Насколько?

— До конца недели.

— Значит, к концу недели. Не вижу оснований создавать новую проблему ради того, чтобы быстрее решить старую.

Министр не стал спорить. Мы ещё четверть часа разбирали порядок исполнения, после чего я утвердил согласованную часть и потребовал к вечеру уточнить три оставшихся показателя.

Когда он ушёл, секретарь принёс кофе и сообщил, что заместитель директора полиции ожидает в приёмной.

— Пусть входит.

Пока посетитель устраивался напротив меня, я открыл переданный утром доклад. После выхода клипа изменение числа обращений о сексуальном насилии оказалось заметным, но сами цифры требовали осторожного обращения. В одну сводку собрали зарегистрированные заявления, звонки на справочные линии, обращения за психологической помощью и сообщения, по которым ещё не было ясно, содержат ли они сведения о преступлении.

— Почему всё вместе? — спросил я.

Заместитель директора наклонился к столу, пытаясь в разобраться в своих материалах.

— Это общая статистика реакции. Отдельные показатели в приложениях.

— Тогда назовите мне число заявлений, по которым требуется процессуальная проверка.

Он назвал.

— Из них сколько касается событий, произошедших до этой недели?

— Большинство. Есть обращения по эпизодам многолетней давности.

Я нашёл нужную графу и внимательно прочитал пояснения. Несколько заявителей сообщили о преступлениях, по которым раньше вообще не обращались в полицию. Другие хотели возобновить дела, прекращённые после предварительной проверки. Часть жалоб касалась того, как с ними разговаривали сотрудники при первом обращении.

— Последние проверять отдельно, — сказал я. — Никаких автоматических выводов о незаконности прежних решений. Но материалы поднимите все.

— Мы подготовили предложения.

Он разложил листы и указал, какие группы собирается временно усилить. Я просмотрел схему, затем попросил уточнить, кто непосредственно будет работать с заявителями.

— Люди подготовлены?

— Большинство. По остальным предусмотрено дополнительное обучение.

— Тогда неподготовленных на первичный приём не ставьте. Иначе получите жалобы уже на сегодняшнюю работу. Пусть помогают с документами и запросами, пока не пройдут подготовку.

Он записал.

— Сколько времени займёт перераспределение?

— Два дня.

— Приступайте. Доклад о фактической нагрузке через неделю, но первые результаты хочу видеть послезавтра. Отдельно покажите случаи повторного обращения. Если кто-то трижды рассказывает разным сотрудникам одно и то же, это не три единицы работы, которые можно красиво продемонстрировать в отчёте.

— Понятно.

Мы перешли к другим вопросам. В нескольких городах возникли публичные споры возле зданий, где демонстрировали новый клип. У студии Эгвы собирались как сторонники, так и противники показа. Полиция обеспечивала обычный порядок, но одно из местных управлений запросило разрешение на дополнительные меры.

Я прочитал обоснование, затем открыл приложенную сводку.

— Здесь нет ни одного подтверждённого случая угрозы сотрудникам студии.

— Пока нет.

— Тогда на каком основании вы предлагаете усиливать охрану именно этого объекта?

— Учитываем возможное развитие ситуации.

— В таком случае покажите, какие конкретные признаки указывают на увеличение опасности.

Заместитель директора вернулся к бумагам. Он, насколько я видел, добросовестно исполнял свою работу. Но само появление фамилии певицы заставляло сотрудников перестраховываться. Никому не хотелось оказаться человеком, который недооценил угрозу самой известной фери империи.

Я вполне разделял их нежелание. Если бы Эгве действительно угрожала опасность, я предпочёл бы получить сообщение об этом на десять минут раньше всех остальных. Желательно вместе с подтверждением, что опасность устранена.