Я отправился к Зевсу с нехорошим предчувствием, и оно меня не обмануло.

Только всё вышло ещё хуже. В кабинете Зевса меня ждал вовсе не он. В кресле учителя чинно восседала комиссар Сол. Опять в халате поверх костюма, только на этот раз не бордового, а чёрного с синим отливом.

Увидев меня на пороге кабинета, женщина доброжелательно улыбнулась, но выражение её лица говорило совсем другое: «Когда-то это должно было случиться, дружочек».

Дверь за мной закрылась, и я остался с комиссаром один на один.

Не переставая улыбаться, она указала на соседнее кресло.

— Присаживайтесь, Станислав.

Комиссар произнесла моё имя так елейно, длинно и благосклонно, что захотелось поморщиться и выйти отсюда, чтобы не слышать эту холодную зловещую сладость.

Дождавшись, когда я сяду в кресло напротив, женщина сразу приступила к сути.

— Вчера вы поднимались на дерево Брамса, не так ли?

— Дерево Брамса? — нахмурился я. — Простите, что это?

Она склонила голову набок, умиляясь моему незнанию.

— Это то самое дерево у озера Эхо, где вы вчера побывали. Дерево назвали в честь того, кто погиб там ещё несколько лет назад. Он сорвался с вершины, с высоты восьмидесяти метров, и рухнул в кусты Локуса. Был как раз самый пик его цветения. Страшная смерть. Мальчика звали Томас Брамс. Ему было шестнадцать лет. Прямо, как вам, Станислав. Только он высоты не боялся, а вы боитесь. Так что шансы на то, что потом мы переименуем дерево Брамса в дерево Терехова, очень велики.

Это прозвучало как предупреждение или даже угроза: если ты продолжишь лазить на дерево, наглец, то, скорее всего, сорвёшься. Возможно, не случайно.

— Также вчера вы сняли наушник без спецразрешения более чем на двадцать минут, — продолжила комиссар всё с той же улыбкой. — Тем самым вы нарушили строжайший закон крепости «Симона» и правило школы «Генетрон-Инжиниринг» за номером триста пять точка два.

Ей не требовались мои объяснения.

Она просто перечисляла факты, о которых ей было уже известно.

— Также вчера вы инициировали драку с учениками из факультета Альфа, — добавила она, улыбаясь уже не так мило, а скорее пугающе. — Вы нанесли серьёзный ущерб здоровью четырёх человек. Это нарушение, которое влечёт за собой отчисление. Кстати, Эббе Торгерсена мы уже отчислили. Сегодня он будет переведён к экспертам, как и хотел ранее.

— Вы отчислили его?.. — уставился я на неё.

Чёрт возьми, как только у Эббе появились шансы на факультете Альфа, ему тут же дали пинка и перевели на другое отделение.

— Да, отчислили, — ответила комиссар, будто специально повторяя слово «отчислили». — Удивительно, но теперь он заявляет, что уже не хочет менять факультет. Странный мальчик. Но беспокойтесь лучше за себя, Станислав.

Женщина перестала улыбаться, её бульдожье лицо стало суровым.

— Итак, вернёмся к тому моменту, когда вы выпустили аборигенку из клетки прямо на уроке и подвергли риску всех учеников, а также работников ангара. Мы проанализировали ваше поведение. Дисциплинарным взысканием вы тут не отделаетесь, и учитель Зевс вам уже не поможет. Его понять можно, пилотов не хватает, и он готов бороться за любого. Но вы в Зеро точно не нужны.

Я сжал челюсти до боли.

Вот мне и воздали за все мои нарушения правил и попытки хоть что-то изменить. Когда моя память наконец-то немного всколыхнулась, когда я начал побеждать страх высоты, когда проснулась более полная связь с Общим Эхо, мне тут же отрубили пути по всем направлениям.

Я посмотрел комиссару в глаза.

Слишком рьяно она меня отсюда выгоняет, будто у неё установка. Ну… или миссия, раз она координатор миссий.

— Итак, Станислав, — продолжила она с безжалостным энтузиазмом. — Вы отчислены из факультета Зеро. Директор вам больше не поможет, и должно произойти чудо, чтобы вас взяли обратно. Отныне ваше место полноценно займёт Борк Данте, все ресурсы обучения будут направлены на него. Это будет хороший пилот. У него тоже проблемы со связью с Эхо, зато нет проблем с дисциплиной, нет проблем с высотой и нет проблем с тем, чтобы выполнять приказы учителя, а не срывать уроки и подвергать всех опасности. Но я уверена, ваши способности ярко проявятся на факультете Альфа, судя по результату вашей драки. Хочу пожелать вам удачи в дальнейшем обучении.

Комиссар Сол снова улыбнулась мне, снисходительно и по-дружески, скаля мелкие зубы, будто ждала от меня ещё и благодарности.

— Это всё, комиссар Сол? Я могу идти? — сухо спросил я.

Других вопросов у меня пока не имелось. Комиссару не нужны были мои оправдания, мои доводы и мои достижения. Они бы точно ничего сейчас не решили.

Но просто так сдаваться я не собирался. Нет уж, сдаваться — это точно не про меня. В голове уже созрел план, как доказать, что у меня укрепляется связь с Эхо, что я достоин Зеро, что я могу развить лимб и в конце концов управлять титаном.

— Да, можете идти, Станислав. С сегодняшнего дня вы… — начала комиссар Сол, но внезапно её наушник мигнул.

Симона что-то сообщила.

Что-то настолько серьёзное, что заставило комиссара побледнеть. Женщина замолчала на полуслове, улыбка моментально исчезла с её лица.

— Что? Чудо?.. Какое чудо? — выдавила она. — Кто вообще распорядился взять у Терехова кровь? Кто проводил новый анализ?

Затем комиссар заставила себя перевести дыхание и выслушать ответ от Симоны, после чего сказала уже спокойнее, но с тихим гневом:

— Это ошибка. Такого не может быть.

Комиссар Сол, казалось, не могла поверить в то, что услышала в наушник.

— Симона, перепроверь данные, — быстро велела она. — Тщательно перепроверь. Ещё раз повторяю: этого не может быть.

Я как раз поднялся с кресла, но уйти не успел.

В этот момент дверь в кабинет открылась, и на пороге появились двое: директор Палатин и учитель Зевс. От них за версту веяло взрывоопасным напряжением, и мне даже показалось, что, увидев меня здесь, они напряглись ещё сильнее.

— Выйди, Терехов, — тут же велел мне директор Палатин.

Он стремительно прошёл в кабинет, а учитель Зевс встал у выхода.

Комиссар Сол поднялась с кресла.

— Вы уже в курсе, Ромул? Симона доложила о новых данных.

— Да, комиссар, мы перепроверили вручную, — ответил Палатин. — Данные верны.

Он ещё раз на меня посмотрел и уже резче произнёс:

— Выйди, Терехов! Живо!

Пришлось валить из кабинета, но у двери учитель Зевс шепнул мне коротко:

— Жди в коридоре. Никуда не уходи.

Чего они все так переполошились, никто мне, конечно, не сказал, но, похоже, случилось что-то серьёзное. Даже из ряда вон выходящее. И причем-то здесь была моя кровь, которую меня попросила сдать сегодня учитель Патель.

Оставшись в коридоре, я принялся ждать.

Сначала просто стоял, прислушиваясь у двери, но ни единого звука так и не услышал. Потом ходил туда-сюда, мерял шагами короткий аскетичный коридор. Потом вышел в ангар, послонялся возле учебного корпуса и вернулся обратно.

Прошло полчаса, а из кабинета директора так никто и не вышел.

Ещё через полчаса я уселся прямо на пол у двери, навалился спиной на стену и принялся ждать. Когда моя задница уже затекла до онемения, дверь наконец открылась.

В коридор вышел учитель Зевс.

Ничего не говоря, он ухватил меня за плечо, рывком поднял с пола и потянул за собой из здания.

— Что случилось, учитель? Скажите прямо! Я опять что-то нарушил? — возмутился я: он тащил меня за собой, как провинившегося щенка.

— Пока не знаю, — процедил он с жутким накалом в голосе, ещё больнее сжал мне плечо и ускорил шаг.

— Меня же отчислили из Зеро… — начал я.

— Ты остаёшься! — перебил он. — Тебе подобрали титана!

Я уставился на него в такой оторопи, что на ходу чуть не споткнулся.

— Что?..

Учитель придержал меня, чуть сбавил шаг и наконец объяснил, что случилось:

— Сегодня с утра один из студентов-экспертов несанкционированно запустил программу «Параллель». Он выставил настройки вне шаблона, на основе старой базы. Программа выдала неожиданные результаты. Она нашла соответствие твоей биометрии и характеристик одного из титанов. Но он не входит в группу рабочих гибридов, его давно удалили из базы.