Мы прошли уже половину зала, когда женщина с тёмно-рыжими волосами в оливково-зелёном бальном платье внезапно выскочила из толпы. Её лицо исказилось от ярости, когда она бросилась к нам. Дрейвин замедлил шаг при её приближении. Я уже гадала, не отвергнутая ли она любовница, пока тыльная сторона её ладони не врезалась мне в лицо, отчего я отлетела на одного из солдат Дрейвина.

Она выдернула кинжал Вайпера из моего пояса и приставила его к моему горлу.

— Откуда у тебя это? Ты причинила ему вред? Если ты убила его, я выпотрошу тебя прямо здесь и сейчас.

Вампир, удерживавший мои руки, выпрямил меня. Я зажмурилась от жгучих слёз. Мой разум хаотично метался в замешательстве.

Дрейвин обвил своими длинными белыми пальцами её запястье и осторожно отвёл клинок от моего горла.

— Ориана, с ним всё в порядке. Успокойся.

На мгновение я перестала дышать. Ориана?

— Это его! — рыкнула она на него, оскалив зубы.

— Я в курсе.

— Где он тогда? — прошипела она, уставившись на меня. Эти знакомые голубые глаза въелись в мои. Глаза, голубые, как самое небо. — Почему это у этой женщины?

— Скорее всего, он уже на пути сюда, пока мы говорим, — он опустил кинжал и поднял мой меч. — Почему бы тебе не догадаться, кто она? Она пользовалась этим.

Ориана окинула взглядом меч и неуверенно протянула руку к красной рукояти. Её пальцы коснулись её, и она отдёрнула руку, словно её ударило током. Мой взгляд упал на татуировку ЛОА на её руке. Сердце заколотилось, когда кусочки пазла начали складываться воедино.

Сестра Вандера Ориана не была мертва. Она была вампиром.

Знает ли он?

С резким вдохом она подняла глаза на меня, её горло дёрнулось. Она осторожно вернула кинжал мне за пояс и отступила назад. Ужас отпечатался на её чертах. Я не понимала этой реакции. Казалось, будто она боится меня… или того, о чём я ей напоминала. Когда-то она была его ученицей, а теперь сражалась на другой стороне. Предательница Лиги — предательница человечества.

Я подняла подбородок и расправила плечи. Дрейвин дернул за цепь, и я продолжила движение. Один из королей оттолкнул от себя полуобнажённых женщин, чтобы получше разглядеть нас, и поднялся на ноги.

— Лорд Дрейвин, что ты нам принёс? — он всплеснул руками с ухмылкой. Он был красив той же хищной красотой, что и волки Белладонны, но мне не хотелось приближаться к такому хищнику. Второй близнец встал, и они оба бок о бок спустились по длинной лестнице, чтобы встретить нас у подножия помоста.

Два волка у ног Белладонны вытянулись, словно статуи по обе стороны от неё. Она отогнала слуг и наблюдала за мной, поглаживая белоснежную шерсть волка справа от себя.

Дрейвин склонился в поклоне.

— Ваше величество, я принёс подарок.

— Подарок? — переспросил тот, что стоял слева. Их длинные бело-кудрявые волосы были уложены одинаково — затянуты назад в тугой низкий хвост. Единственным различием была отделка их нарядов: у левого близнеца отделка костюма была синей, у другого — золотой. — И почему этот подарок грязный и измазан кровью? У неё ветки в спутанных волосах и рваная одежда. И ты поставил ей синяк на лице. Я люблю красивые подарки.

Пальцы Дрейвина сжались на моей челюсти. Его ногти впились мне в щёки. Но я не вздрогнула, уставившись прямо на королей. Ассасины ни перед кем не опускают взгляд.

— Эта тварь — ученица Вайпера. На ней его кинжал и старый меч Орианы, — он дёрнул меня за рукав. Ткань с громким треском порвалась по плечевому шву. С садистской улыбкой он провел большим пальцем по моей руке там, где, как я знала, находилась татуировка. — ЛОА.

Короли переглянулись и улыбнулись.

— Мне нравится этот подарок. А тебе, брат?

Другой кивнул.

— Более чем, Марс. Отличная работа, Дрейвин.

Близнец в костюме с синей отделкой был Марсом. Значит, другой — Квинтон.

— Белладонна, моя королева, — Марс повернулся и протянул ей руку. — Иди, посмотри, что принёс нам Дрейвин.

Её плавные шаги заставляли бёдра покачиваться. Подол её облегающего белого платья тянулся на несколько футов позади. Она закинула длинные чёрные волосы за плечо и встала между королями. Они оба обняли её. Квинтон поцеловал её в висок, а Марс провел пальцами по её ключице.

Истории гласили, что она была прекрасна. Они были правы. Богиня среди смертных.

Я искала путь к победе или бегству, но окон не было.

Это была гробница.

Мой пульс стал бешеным. Мне нужно было выбраться из этого места. Мне нужно вырваться. Шелест платьев, стук ног, двигающихся в такт жутким звукам музыки. Запах крови и доносящиеся ароматы тяжёлых духов заставляли мою голову разрываться от боли. Окружающие вампиры смеялись и разглядывали меня так, словно я была странным зверьком, от которого ждали представления. Это был ад.

Зелёные глаза Белладонны въелись в мои и не отпускали. Невидимая, но отдающая тьмой сущность закружилась вокруг меня — густое облако, пытающееся задушить. По спине прошиб пот. Интенсивность её взгляда ощущалась как физическое давление на голову. Неужели она пыталась применить на мне свою силу? Ходили слухи, что это работает только на мужчинах.

После нескольких ударов моего колотящегося сердца она отвела взгляд и посмотрела на Дрейвина.

— Значит, мой ассасин наконец-то вернётся домой, — её голос звучал как колокольчики, прекрасно и соблазнительно. — В последнее время он мне досаждал.

— Мы не любим, когда наша королева досадует, — Марс лизнул её в щеку, а Квинтон поцеловал в шею.

Я невольно скривилась от отвращения.

— Я верю, что он придёт, — ответил Дрейвин. — Отдать ей меч Орианы — это одно, но отдать ещё и свой кинжал? — Он постучал им по моему бедру. — Я думаю, она для него может быть даже кем-то большим, чем просто ученицей.

Белладонна улыбнулась, обнажив красивые белые зубы.

— Ах да, я тоже так думаю, Дрейвин. Гетерохромия — это редкость. Я никогда не видела таких глаз, как у неё, — она прислонила голову к Квинтону. — Под всей этой грязью, я думаю, она довольно мила, и я бы хотела, чтобы мой Вандер был счастлив, когда прибудет. Пусть мои слуги вымоют её и оденут как следует.

Я съёжилась от её слов «мой Вандер». Он не был её. Он был моим. Моим сердцем.

— Она свирепа, моя королева, — Дрейвин дёрнул за мой ошейник так, что я споткнулась. — Мы не можем оставить ваших слуг с ней наедине. Она их убьёт.

Марс накрутил локон волос Белладонны на палец.

— После его поведения в последнее время я не уверен, что он заслуживает её, наряженную как кукла. Ему придётся кое-что объяснить.

Мой пульс застучал громче, отдаваясь гулом в ушах. Холодный ужас прокрался по моим венам.

Дрейвин кивнул.

— Я предлагаю держать её в клетке, как приманку, которой она и является.

Белладонна вздохнула и сбросила руки королей со своих плеч. Ни один из них, похоже, не расстроился.

— Ладно. Тогда сам разбирайся с ним, когда он прибудет, — она взмахнула рукой в знаке отпускания и повернулась обратно к ступеням, её каблуки слегка цокали.

Моё дыхание участилось. Я попыталась взять себя в руки, но паника охватила меня, разрывая моё хрупкое самообладание. Мне удавалось сохранять спокойствие, но фасад рушился.

Всё в том, как они говорили о Вандере, сбивало меня с толку. Как будто они знали его, и очень хорошо. Поскольку Ориана была вампиром, я могла понять, откуда они знают его имя, но то, как они говорили о его поведении — словно ожидали чего-то другого — и называть это его домом… Ему придётся кое-что объяснить? Это не имело смысла.

Вандер был предан ЛОА. Он всё время был со мной. Он убивал вампиров.

Он… был вампиром.

Золотая клетка, ближайшая к помосту, опустилась. Дрейвин перерезал ремни, удерживавшие мои руки за спиной. Я шагнула внутрь без борьбы и свернулась на боку, прижавшись разбитой отёкшей щекой к холодному металлу. Дверь закрылась и щёлкнула. Дрейвин улыбнулся мне, окинув меня своими мёртвыми глазами.

Разве не он должен был быть тем, кто убил Ориану? Разве не он её забрал? Она не выглядела испуганной перед ним.