Хорошо ещё, что у неё уже была достаточно обширная практика в «чувствовать себя глупо и неловко». Хотя порой казалось, куда уж больше.
За полчаса путешествия местность весьма изменилась. Правда, тут стоило в оправдание добавить, что скорость дэзулты развивали весьма высокую и при этом обладали невероятной выносливостью. Да и ещё тот факт, что сама Лея не сразу обратила внимание, что появилась трава. Если, конечно, можно назвать травой меленькие бугорки коричневато-зелёного цвета. Сначала она подумала, что это просто такие камни, но, постепенно, всё вокруг, кроме дороги, покрылось сей растительностью.
Границей Питомнику служила массивная высокая стена, не ниже городской, украшенная такими же рунами шнура молний Волнгенче. Единственным отличием являлось то, что от вершины кладки плавной дугой ввысь уходили розовато-красные полупрозрачные лучи, едва виднеющиеся в вечно багряных полусумерках Ада. Эти линии наводили на мысль о полностью закрывающем территорию энергетическом куполе. Стражи у врат не препятствовали въезду кареты, но далеко вглубь территории проехать не удалось. Практически сразу экипаж остановился у небольшого каменного двухэтажного особнячка.
Молодая женщина с наслаждением вышла из кареты и осмотрелась. То, что она приняла за траву, оказалось чем-то похожим на земной болотный мох. Во всяком случае, влагу впитывало так же превосходно. Стоило ступить на поверхность, как вокруг следа образовалось крохотная лужица синеватой влаги. Достаточно необычно для сухого адского климата. Ещё более чуждо смотрелись невысокие вытянутые кустики, представляющие хаотичное переплетение тоненьких колючих веточек с крошечными оранжевыми листиками. А около крыльца строения росло даже нечто похожее на дерево. Узкий светлый ствол резко расширялся в нижней части, разделяясь на многочисленные отростки, словно у растения были обнажены корни. Листочки, более похожие на бугорки или конусообразные выросты, прятали меж собой небольшие шипастые плоды, вроде как у каштана только грушевидной формы.
Меж тем Кхоттаж что-то шепнул расторопно спускающемуся с крыльца исполинскому жабообразному существу, одетому во что-то отдалённо напоминающее тогу. Серо-фиолетовое чешуйчатое тело, крапинками на котором являлись короткие непрерывно шевелящиеся розоватые щупальца, плавно, словно бы перетекало, перемещалось со ступени на ступень. Четыре мутных и розовых, словно у крысы, глаза без зрачка смотрели только на девушку, старающуюся скрыть невероятное отвращение к демону. Маленькие, по сравнению с весьма крупным туловищем, передние лапки существа тем временем прижались к огромному брюху, и он раболепно по-восточному склонился. При его масштабах это движение смотрелось омерзительно. Тварь словно складывалась внутрь себя.
— Моя жизнь озарилась вашим появлением, госпожа Пелагея, — голос у демона оказался под стать. Глубокий и булькающий. Крайне неприятный. — Позвольте представиться. Кварзиотто из клана Къорро. Главный смотритель этих великолепных земель.
— Замечательно. Я здесь с целью осмотреть Питомник. Узнать о нём больше, — решила сразу же перейти к делу Лея. Интонации и напыщенность фраз вызывали дешёвые ассоциации с пытающимися сбагрить товар рыночными торгашами.
— Лучшего проводника по Питомнику вы не найдёте и во всём Аду! Позволите ли вы, госпожа, вашему скромному слуге сопровождать вас и услаждать слух своими недостойными пояснениями? — воскликнул Кварзиотто в духе восточных сказок о персидских царях, визирях и дервишей.
— Великолепно, — с сарказмом ответила Лея, представляя себе весь ужас предстоящей прогулки, на которую Ал’Берит выделял ей «около суток». Даже за полдня общения с этой жабой можно было бы сойти с ума. Несмотря на её интонацию через всю округлую морду Кварзиотто протянулась линия подобострастной улыбки.
— Госпожа не пожалеет о своём решении, — на самом деле, госпожа уже очень и очень жалела. — С какого сектора вы желаете начать?
— Расскажите кратко о каждом. От этого и будем исходить.
В принципе информация, изложенная смотрителем, оказалась вполне таковой, какой её Лея и ожидала услышать. Питомник, по сути, являлся планетарных масштабов фермой. Сектора — отраслями. В землях, подчинённых Ал’Бериту, не занимались выращиваем редких плодоносных растений Ада. Конечно, были и сады, но они являлись своеобразными яслями для нескольких видов личинок — основой мясной промышленности. Куда больше девушку заинтересовал Земной сектор.
— На некоторые вопросы можно получить ответ, лишь совершая деяния. Так, дабы возыметь желаемое и воззреть истину, то и суждено было стать настоящим замыслу в подтверждение мыслей Высших. Увы, время обратило надежды в прах. Сектор нёс разочарование, вызывая гнев… Но смилостивились над ним. Ибо пусть и не показал он себя в плане ожидаемого, и всё же выгоду приносил существенную.
— А в чём же эта польза заключается?
После предыдущих пояснений Лея уже достаточно хорошо воспринимала такую речь. Поставили эксперимент. Чего хотели — не получили, но результат всё равно оказался не так уж и плох. Вот и всё, а столько фраз напыщенных.
— Нет ничего лучше, чем свой собственный взор. Поэтому смею предложить вам лицезреть всё своими прекрасными глазами. Позволит ли госпожа перенести её в эту часть Питомника, дабы узреть сердце сектора, или предпочитает прогулку к оному, за время которой в беседе получит то, что желает знать?
— Лучше сразу посетим сектор, — ответила она, подмечая, что до этого её мнением о собственной телепортации никто особо не интересовался.
Они оказались на пологом холме. Освещение сразу заставило глаза девушки от непривычки зажмуриться. Дуги на небе, несмотря на оттенок, здесь давали свет не менее яркий, чем дневной солнечный. Даже грели так же — мягко, по-доброму. И не сильно. Это принесло ей неописуемое наслаждение после ужасающей жёсткой жары Ада вне Питомника. Первому заместителю пришлось напомнить себе, что она здесь находилась по делу. А, значит, надо было прекращать довольно улыбаться собственным ощущениям. Волей неволей пришлось перевести взгляд на Кварзиотто, терпеливо дожидающемуся, когда госпожа обратила бы внимание на него. Однако потребовался всего миг, чтобы нечто иное вновь захватило её без остатка.
С вершины холма открывался любопытный вид. У Леи создавалось впечатление, что она перенеслась на тысячелетия назад, столь похожа была местность на стоянку первобытных людей. Разве что растительность оказалась совсем не земной, да кострища не хватало. Внизу ютились хижины, собранные из гигантских костей и покрытые настолько тонкими шкурами, что за ними отчётливо различались силуэты, находившихся там, существ. Словно в подтверждение теории о доисторическом поселении одна фигурка вышла из лачуги. Ею оказалась женщина на сносях. Длинные чёрные спутанные волосы на голове прикрывали худощавое бледное тело. Лица с такого расстояния было не рассмотреть, но ей почему-то показалось, что то было бы с выраженными надбровными дугами и массивной челюстью, как у неандертальца.
— В чём заключался эксперимент? — спросила девушка, всё ещё ошеломлённая тем, что видела людей.
Вот тебе и «некоторые земные виды». Какой же идиоткой она выглядела перед Ал’Беритом, предлагая ему то, что уже было… Хотя. Как же те пережили визит ангелов? Может, это и не вполне люди были? Доисторические переходные формы, не интересующие Рай?
— У мудрых было два замысла. Первый о том, что люди могли бы впитывать энергию не только своей планеты, а и того мира, в котором родились. Второй, что вероятно новорождённые здесь смогли бы насыщать души той же энергией, что и их предки. Независимо от расстояния. А посему и были созданы поселения, дабы открыть истину.
— Так это обычные люди. Не… переходные формы? — Лея машинально кивнула головой, указывая в сторону подконтрольной популяции.
— Да, моя госпожа. Но позволено ли будет мне рассказать всё более подробно и последовательно? — кажется, Кварзиотто наслаждался возможностью такого рассказа.