Кэрис рывком развязала галстук-бабочку Алессандро, стремясь прикоснуться к его телу.

Длинные пальцы мужчины дразнили ее чувствительную плоть. Вздрогнув, молодая женщина потянулась к его рубашке и рывком расстегнула ее. Алессандро что-то одобрительно пробормотал по-итальянски, когда она начала ласкать жесткие волоски на его атласной коже. Кэрис ощутила, как учащенно забилось его сердце.

— Дорогая, — тихо прорычал он. — Я знал, что ты хочешь этого так же, как и я.

Алессандро нащупывал одной рукой эластичный край ее трусиков, а другой неуклюже расстегивал ремень на своих брюках. Реальность — суровая и неумолимая — в мгновение ока предстала перед Кэрис.

Он хочет не ее. Он хочет секса. Физического удовлетворения.

Ошеломленная женщина напряглась.

Что она наделала? Она позволила своему одиночеству, воспоминаниям об изумительном совместном прошлом довести ее до самоубийственного искушения.

— Нет! Остановись! — Чувствуя себя униженной, Кэрис вывернулась из его цепких рук и встала на пол. — Отпусти меня!

Ее реакция была настолько неожиданной, что Алессандро отпрянул назад. Кэрис пыталась унять слабость в коленях, иначе она рухнула бы на пол.

Он почти овладел ею у стены президентского номера! При этом она была полностью одета!

— Кэрис…

Она оттолкнула его руки, кое-как расправила юбку и принялась искать потерянную туфлю. Перед глазами стоял туман.

— Позволь мне.

— Нет! — Кэрис повернулась к Алессандро и протянула руки, чтобы удержать его на расстоянии.

Даже с помадой на подбородке, в разорванной на груди рубашке, являющей взору покрытую темными волосками грудь, он выглядел властным, решительным и неприлично сексуальным.

Затем Кэрис увидела, как вздымается его грудь. Все ясно — Алессандро подавлял обыкновенную животную страсть, которую всегда к ней испытывал.

А то она не знала! Кэрис стала противна самой себе.

Алессандро снова доказал, что он умелый соблазнитель. А вот ей оправданий нет. Надо было ему сопротивляться. Почему она забыла о самоуважении?

— Не прикасайся ко мне, — прошептала женщина, стараясь не смотреть на Алессандро, поскольку не желала видеть его возбужденную плоть.

— Хорошо. Как хочешь… Вместо этого мы поговорим. Сейчас.

Кэрис медленно попятилась, утопая в мягком ворсе ковра. Алессандро не последовал за ней. Он стоял, подбоченившись, будто ожидал, когда она придет в себя.

— Мы должны поговорить, Кэрис.

Черта с два! Сегодня они уже достаточно наговорились.

Кэрис вцепилась онемевшими пальцами в края распахнувшейся блузки. Она бросила на Алессандро обвиняющий взгляд, но он ничего не сказал, лишь выгнул бровь и скрестил руки на груди.

— Я не собираюсь задерживаться здесь, чтобы на меня опять напали!

— Напали? — Алессандро выпрямился и посмотрел на нее свысока, как аристократ. — Вряд ли это можно так назвать. Ты жаждала моих ласк.

Его надменное заявление стало последней каплей, ибо это была правда. Кэрис растеряла всю свою решимость. Против Алессандро ей не устоять. Остается единственное средство — блефовать.

Она пожала плечами:

— Мне было любопытно, вот и все. И, кроме того, — поспешила добавить она, увидев, что он открыл рот, дабы опровергнуть ее объяснение, — прошло много лет с тех пор, как я…

— Ты избегала физической близости, дорогая. Ведь так?

Женщину охватила ярость. Она ужасно злилась на человека, который лишил ее невинности, заставил влюбиться в него и поверить ему, а теперь думает, что сможет снова сделать ее своей любовницей.

— Нет, — солгала Кэрис, не желая льстить Алессандро.

Несомненно, он считает ее своей рабой. Как добиться, чтобы Алессандро Маттани перестал ее преследовать? От отчаяния Кэрис выпалила первое, что пришло на ум:

— Мы с моим парнем поссорились, и я…

— Парень?! — воскликнул он. — Ты скучаешь по своему парню? Только не говори, что сейчас думаешь о нем.

— Почему? — Кэрис повернула голову и физически ощутила, что темно-зеленые глаза стали колючими и царапают ее, словно замороженные кристаллы.

— Я тебе не верю.

— Верьте во что хотите, синьор граф.

— Не называй меня столь официально! — рявкнул Алессандро. — Я не какой-нибудь незнакомец.

Кэрис ничего не ответила, лишь сделала еще несколько шагов к выходу.

— Ты собираешься уйти отсюда в таком виде? — холодно и неодобрительно поинтересовался он.

Кэрис ощутила на плечах тяжесть распущенных волос. Она знала, как выглядит: босая, с припухшими от страстных поцелуев губами, с бесстыдно выпирающими набухшими сосками. Любой, встретив ее, догадается, чем она занималась.

У нее был выбор: предстать перед всеми в виде законченной распутницы или переговорить с Алессандро Маттани.

Она заявила:

— Не приближайся ко мне!

Алессандро стоял на террасе своего номера, наблюдая за рабочими, спешащими по мосту и по улицам. Утренний час пик. Обычно в это время он уже вовсю занимается делами.

Однако сегодня…

Алессандро спал меньше обычного, его преследовали эротические видения. Всякий раз, очнувшись ото сна, вспотевший и чрезвычайно возбужденный, он вспоминал, как Кэрис Уэллс не позволила им насладиться друг другом.

Алессандро потер рукой свежевыбритый подбородок.

Кэрис отвергала его даже во сне.

Он с силой вцепился в железные перила. Может быть, это ее тактика: раздразнить его и отвергнуть, заставляя желать сильнее? Чего она хочет добиться?

Он покачал головой. Кэрис явно не играла с ним. Он чувствовал, что она желает его.

Холодный бриз с реки остудил кожу мужчины. Не следовало ему так торопиться. Нужно было разобраться в ситуации, а не поддаваться страсти.

Первое, чему он научился, занявшись бизнесом, — тщательно и без эмоций планировать дела и наносить удар в самый подходящий момент.

Вчера ночью Алессандро не был рассудительным. Он спугнул Кэрис.

Алессандро почувствовал сожаление и нахмурился. Охранники уверили его, что Кэрис благополучно добралась до дома, не подозревая об их присутствии. И все же он ощущал груз вины.

Следовало контролировать эмоции и животные инстинкты. Алессандро задумался. Неужели он всегда так вел себя с ней?

Послышался тихий звонок, прервавший его размышления, и он достал из кармана мобильный телефон.

Это был Бруно, начальник охраны, который сдержанно и осторожно доложил о действиях Кэрис сегодняшним утром. Алессандро замер.

Наконец он обрел дар речи и отдал Бруно еще несколько приказаний. Затем мужчина принялся ждать, когда начальник охраны пришлет ему снимок.

Вот он. Изображение немного размыто, но, несомненно, на нем Кэрис Уэллс в знакомом темном костюме, с аккуратной прической. Однако внимание Алессандро привлекла не его бывшая любовница, а тот, кого она несла на руках.

Ребенок.

У Кэрис есть ребенок!

Не веря своим глазам, Алессандро шумно выдохнул и сжал зубы.

От кого этот ребенок? От того парня, с которым она поссорилась? Или от незнакомца, с которым ее свела мимолетная страсть?

Ему стало не по себе от этих мыслей. Алессандро посмотрел вниз и обнаружил, что с такой силой сжал декоративные перила, что порезал себе ладонь. Он уставился на покрасневшую и вспухающую ладонь, затем перевел взгляд на снимок Кэрис и ее ребенка.

И только тогда Алессандро понял, какая эмоция угрожает захлестнуть его. Ярость. Откровенный гнев на Кэрис, потому что она была с другим мужчиной.

Не важно, как и почему они расстались. Алессандро инстинктивно осознавал, что Кэрис принадлежит ему.

Он приехал в Мельбурн для того, чтобы узнать правду. Ответов, полученных прошлой ночью, оказалось недостаточно. Алессандро хотел, чтобы Кэрис снова была с ним.

Глядя, как она обнимает ребенка от другого мужчины, он почувствовал, что его нутро опаляет огнем.

Снимок должен был бы избавить его от страсти.

Однако Алессандро ощутил жгучее желание выяснить, кто является отцом ребенка Кэрис, и раздавить этого человека голыми руками.