Со стоном разжимаю губы и с такой же страстью отвечаю на его ласки. Его рука крепко обвив мою талию, забирается под кофту, приятно щекоча нижнюю часть спины, а другая продолжает удерживать меня за шею, думаю для того, чтобы помешать отстранится. Ноги подкосились, из-за чего хвастаюсь за его крепкие и сильные плечи, уже сама льну к нему.

Поцелуй превратился в глубокий, жадный, проникновенный. Сердце билось все сильнее и сильнее, низ живота прострелило сладкой, болезненной и мимолетной стрелой. От чего дышать перестала, ошеломленная новым ощущение.

— Андреич, ты на обед идёшь?

Чей-то голос раздался у меня за спиной сорвав с меня это наваждение, и я забилась в его руках, пытаясь оттолкнуть.

— Закрываться надо. — возмущённо проговорил незнакомец, но обернувшись, я признала в нем старшего брата Егора. К счастью, он уже покинул кабинет, но страх с ног до головы окатил меня стыдливой волной. Я стояла спиной, но вдруг он меня узнал.

— Он никому не скажет. — угадав мои мысли, ответил Игорь.

— Мне надо идти. — хрипло произнесла я, пытаясь окончательно разорвать наш телесный контакт.

Я просто сама от себя в шоке. Что я только что сделала? И мне мало, безумно хочется ещё. Поэтому надо сломя голову бежать от сюда, я, итак, уже сильно жалею, что вообще пришла.

— Ксюша, послушай меня.

— Нет, нет. Я пришла, чтобы попросить больше не трогать Максима, надеюсь, ты меня послушаешь… — начала сбивчиво это все ему говорить, путаясь в словах, несколько раз повторила одни и те же.

— Если ты думаешь, что он такой идеальный, то глубоко ошибаешься. Макс расхлябанный и безответственный. Знаешь сколько девчонок он уже…

— Игорь, прекрати. Он о тебе никогда плохо не говорил, ясно.

— В случае осечки пошлёт тебя на аборт, не задумываясь. Ему это делать не в первой. И с чего бы ему говорить плохо обо мне, когда за деньгами на моральную компенсацию, он стал приходить ко мне. Уже, конечно, после того, как одна из его девиц тыча справкой о прерывании беременности, пришла к матери, требуя денег. Потому что твой обожаем Макс её тупо избегал. А мать ещё три недели лежала в кардиологии.

— Хватит. — это ужасно, не хочу больше слушать ни слова. Руки снова предательски дрожат, выдавая моё потрясение с лихвой.

— Как бы то ни было, ты не должен мне об этом рассказывать. Это низко, даже для тебя

— Я просто пытаюсь раскрыть твои глаза, чтобы ты не поломала свою жизнь, связавшись с ним.

— А ты чем лучше? Забыл тот разговор? Тогда ты тоже..

— Я блефовал, хуйню сморозил, знаю! Но я бы никогда не позвонил тебе сделать это. — до боли сжимает мои плечи.

— Очень удобно, сейчас вот так… Прекрати, не закапывай себя ещё больше. Ты говоришь, что блефовал, а я поверила и..

— Ты что-то сделала? — прозвучало сурово, а глаза его рассерженно обжигали моё лицо, ожидая ответа.

— Нет, не пришлось. Но я здорово напугалась, но знаешь, к тебе бы после тех слов, я бы точно за помощью не пришла. И ты настоящий эгоист, возложил на меня такую ответственность. За безопасность должен был отвечать ты, а на я.

Он застыл на миг, разжимая руки. Большего мне и не требовалось, пулей выскочила из кабинета, даже не попрощавшись. Надеюсь никто не узнает, что я вообще здесь была, а под никто больше всех подразумеваю Максима. Тем более толка от этого визита не вышло никакого.

Ксения

— И кто там будет? — подозрительно кошусь на Лапину, не очень вдохновленная идеей соединять празднование двух дней рождений в одно мероприятие. У Ирки было три дня назад, а у Егора в эту субботу. Не знаю, что ими руководит: экономия или же желание грандиозного праздника, но я всеми руками против.

Прекрасно знаю, как отлично Егор общается с Игорем, гораздо ближе, чем с Максимом. Как бы Ирка на меня за это не обижалась, вряд ли я поеду. Присутствие Игоря на празднике, даёт зелёный свет нашему с Максимом отсутствию на нём же.

— Саша и Света, Олеська, Вова, Анька, Тоня и Дима, Света, Юра, Влад, который на пляже был. Помнишь? — сделала паузу, видимо, ждала от меня ответа. Я же махнула ей рукой, чтобы она продолжала, главное имя она ещё не назвала. — Ну мы с тобой, естественно, Макс, Юля и Антон, ну и Вик с Олесей. Короче все свои.

Ни чё се! Все, блин, свои. Да это вообще на мини — свадьбу больше похоже.

— Точно всех назвала?

— Да, вроде бы, всех. — чёрт, неужели она никак не поймёт в отношении какой персоны, я хочу конкретики.

— А Игорь? — не выдерживаю я, ещё плотнее кутаясь в свое одеяло.

Нужно было встать ещё пятнадцать минут назад, но моя лень сегодня не знает границ. На пары совсем не хотелось, тем более будет семинар. Ещё бы, конечно, необходимо увидеться с Максимом и поговорить о нас, после встречи с Игорем, я окончательно решила, что мне это не нужно. Не хочу сидеть на пороховой бочке и ждать, кто из братьев на этот раз станет инициатором взрыва.

— Игоря не будет. Егор, конечно, приглашал, но тот отказался. — ответила Ира, а я же в свою очередь даже не попыталась сдержать облегчённый выдох.

Мысленно возвращаюсь к вчерашнему разговору с Игорем, хотя нет, даже не к разговору, а поцелую, от которого только при воспоминании начинают покалывать губы и учащается сердцебиение. И от этого я нахожусь в недоумении. Надеюсь, это просто так появляется стыд перед Максимом, которого я с того вечера больше не видела. Подобной реакции на Игоря никогда не было, так с чего вдруг мне бы понравилась с ним целоваться. Определённо, дело не в нем.

Максим объявился сам, уже выучив моё расписание. Я уже чуть было не пошла мимо, не заметив его машины, когда без задней мысли обернулась на автомобильный гудок.

Выглядел он ещё хуже брата, рана на переносице и два симметричных синяка под глазами его верные спутника ещё надолго.

— Не смотри на меня так. — вместо приветствия сказал он.

— Как?

— Ты знаешь!

Я до конца все же не поняла, что конкретно Максим имел в виду. Одновременно чувствовала громадную вину и такое же количество сочувствия, не знаю, что из этого отражается на моем лице.

— Мы должны все это закончить. — не хочу ходить вокруг да около, нам всем, итак, сложно.

— Что конкретно? Разборки с Игорем? Вряд ли он выкинет что-то подобное ещё. Куда поедем? Может, ко мне?

— Нет, я про наши отношения. С самого начала чувствовала, что это плохая идея. — потираю пальцами правый висок, который отдавал пульсирующей болью во все тело.

— Не называй мои чувства чем-то плохим. — повышает голос, в первые за все время. Но страха во мне не вызывает, это же Макс. Уверенна, что он никогда ничего плохо мне не сделает.

— Ты понимаешь, о чем я. Это не правильно. Вы же семья! А сейчас в кого превратились? Я не собираюсь быть причиной вашей вражды. И я же спала с ним… — замолкаю не надолго, подбираю слова.

— Ну и что? У меня тоже есть прошлое. Это нормально. Я никогда тебя не буду попрекать этим.

Попрекать меня? Ой, вот по- моему я здесь вообще оказалась без вины виноватой. Скорее бы получил диплом и уехать из этого города, потому что тут никаких новых отношений я больше заводить не буду. Страдать мне уже порядком надоело. Хотела просто спокойствия, заботы, а влезла в какую-то Санта-Барбару.

— Это аморально и беспринципно! Я не смогу так..

— Кто это сказал? — сегодня у Максима чётко выраженная позиция — не дать мне договорить ни одной мысли до конца.

— Я тебе это говорю. Хорошо, что все же у нас не зашло так далеко, а то было бы крайне неловко. — поворачиваюсь к нему, до этого, как могла избегала встречи взглядов.

Он зол, вцепился в руль до бледноты в пальцах. Костяшки на руках разбитые, фиолетово-красные раны ещё больше портят настроение.

— Я тебе хоть немного нравлюсь? — тихо спрашивает.

— Что за глупый вопрос! Ты же прекрасно знаешь, что да.

— Тогда давай перетерпим это всё, а когда закончится твоя учёба уедем от сюда и все. Оставим прошлое и не нужных людей здесь.