— Мои поздравления, — явно улыбнулся капитан. — Как давно?

— Да вот неделю назад, сам удивился. Пока премию не выдали, кстати, — с усмешкой проговорил полковник. — А значит, и повышение скоро.

— Понятно теперь, почему именно вас просят подготовить спасательный отряд, — усмехнулся дядя Олег. — Кому-то предстоит совершить геройство, вытащить группу. И потом получить генерала. Если это не девятка…

— Всегда говорил, что ты с мозгами, — улыбнулся полковник Дружинников. — Смотри внимательнее. Все системы лучше задублируйте. Толщину корпуса костюмов увеличивайте. Технику смотри в особенности! — строго сказал полковник. — Чтобы мне всех живыми доставил! Всех! Нельзя, чтобы этот эксперимент провалился! Уникальный состав подразделения! Десятки лет подбирали. У тебя нет пока ни единого провала!

— Пока Макс дорогу со своими расчищает, нам проще, — улыбнулся Олег. — В этот раз его же люди будут нам путь открывать, не знаете?

— Нет, большую часть подчиненных перекинули в другой город недавно, другие будут открывать и сопровождать вас, — посмотрел в сторону шкафа с личным костюмом капитана полковник.

— Не нравится мне это… — вздохнул Олег. — Пускай тогда Макс хотя бы там консультантом будет. Мужик знает, что к чему, как и когда. Ни разу меня и мою команду не подводил. Мог буквально перед носом вырубить Ужаса, деактивируя нужный кластер Регуляторов.

— Это устроить можно, — кивнул полковник, направившись к выходу. — Готовьтесь.

— Есть готовиться! — вытянулся дядя Олег.

На этом видео закончилось, начало активироваться другое, снова побежали тысячи строчек кода, подтверждая оригинальность записи. Такое если вырвать, то запись повреждается и ее уже не активировать. Но… зато мы точно можем быть уверены, что это не подделка.

— Ты тогда помогал? — покосился я на отца.

— Так, несколько советов дал, но к общему руководству не допустили, — пожал папа плечами.

Посмотрел через плечо на Ханако. Та сидела потерянная. Не каждый день узнаешь, что твой папа за месяц до происшествия знал, что всё может закончиться плачевно. Точнее, пока не знал, а подозревал. Но тут нам дали прямо знать — в миссии был какой-то член Совета. Кто именно — загадка. Они до сих пор засекречены. Кто-то шутит, что они могут притворяться даже четверками-неудачниками, чтобы никто и никогда не выявил, кто же они такие на самом деле.

Второе видео. Начало… прикольное. Никогда не видел дядю Олега в деловом костюме, тем более в старой классике — тройке. Даже жилетка была на нем. И по взмокшим рукам было видно, что он нервничает, причем так сильно, что даже график сердцебиения иногда выводился перед глазами. Система сигнализировала, что что-то не так. Для военного, наверное, это важно, у меня такого не было ни разу.

— Здание Совета? — удивилась тетя Юкио. — Он мне никогда не говорил, что в Совет ходил. А когда костюм надел… говорил, что на встречу генералитета, а там люди, кхм… «культурные».

— Ха, ну в каком-то смысле, — улыбнулся папа. — При Совете сидеть…

Как только папа Хано зашел внутрь, на него тут же накинулась охрана. Каждый там был шестого уровня. Но даже имен не отображалось. И это не СГБ, это что-то посерьезнее будет. И точно не корпус рейнджеров, не место им там сидеть. В любом случае, проверив всё, дядю Олега пропустили внутрь, где тут же к нему направились двое мужчин. И я их видел. Отцы Лизы и Марьяны. Интересно, почему отец Лизы там? Мама же отправилась на операцию с дядей Олегом.

— Олег, — подошли к нему двое.

— Гектор, Михаил, — пожал он им руки обоим. — Получается, с отделом разработки буду работать на предстоящей миссии.

— С Министром, — пояснил Михаил, отец Марьяны. — Только у него есть доступ к той штуке, которую с собой потянем. Только он ее активировать может. Что-то связанное с попыткой взлома исходного кода Реатума.

— Какая это уже попытка? — вздохнул дядя и покачал головой. — Уже пятая на моем веку. Вы оба едете?

— Нет, — ответил Гектор. — Вместо меня супруга отправляется. У меня операция на позвоночнике через три дня. Не восстановлюсь.

— Здоровья, — вроде бы и искренне, но всё же сухо проговорил дядя Олег. — Заседание отложили, раз вы тут?

— Да, у нас есть двадцать минут. Но уже некоторые подробности знаем. Выйдем? — посмотрел пристально Михаил в глаза дяди, а потом указал рукой в сторону внутреннего двора, курилки, как ее называли по привычке, хотя курить на территории здания Совета было теперь запрещено.

— Ну пройдем, — кивнул капитан рейнджеров.

Трое мужчин спокойно вышли. Стеклянные, но очень толстые двери разъехались, выпуская их наружу. Поздняя весна, теплый воздух, солнышко через рассеянный купол светило и согревало. Дядя Олег наслаждался этими мгновениями, он любил природу, потому что по ту сторону купола Солнца не видно вообще.

Несколько минут мужчины стояли и молчали. Время шло. Нервы натягивались. И первым не выдержал Гектор — начал ходить из стороны в сторону, показывая, насколько он нервничает и переживает. Михаил же стоял и покусывал губу. Они нервничали. Сильно нервничали. И не хотели говорить. Но им надо было.

— В общем, — остановился Гектор. — Моя жена беременна. Начальные сроки. И Совету плевать. У нее светлая голова и всё такое. Ее отправляют из-за этого на миссию. Словно, Мгла, специально мне операцию на этот срок запланировали! А мы даже не знаем, срок не подошел, кто у нас будет!

— А в чем причина? В бронированной машине ей с вероятностью девяносто девять и девять процентов ничего не будет, — пожал плечами Олег, говоря максимально отстраненно.

— И вот последний недостаток до ста нас и напрягает, — вздохнул Михаил. — Понимаешь… что-то с Реатумом не так. Требуются срочные меры. Мы отреагировали как могли. Но чтобы изменить код Реатума так, как нам удобно, необходим прямой контакт. Но есть одно но…

— Говори, — буквально приказал Олег.

— От пяти до шестнадцати часов работы на одном месте, — поднял взгляд Михаил. — Кто-то должен будет остаться прикрывать, если вдруг Туман начнет активироваться. А когда придет время… подорвать, чтобы наши технологии не достались Регуляторам.

— Вы с ума сошли⁈ — крикнул дядя Олег, а Гектор тут же подскочил и положил руку на плечо, смотря умоляюще. — Вы хоть понимаете, что запланировали⁈ Ни один костюм не выдержит и пяти часов в Тумане! А тут все шесть-семь! Предел, на сколько отключали Туман, — пять часов. Понимаете⁈ Пять в одном месте! Либо нам придется двигаться, либо мы все сдохнем!

— Не все, — покачал головой Гектор. — Кто-то один из нас троих. Если вдруг всё пойдет не по плану.

И тут же строчкой пробежала мысль. Не если, а точно. И судя по тому, что вокруг, что сейчас… оно не «шло не по плану», а так было запланировано изначально. Вот только нюансы. Почему? Что такого важного в том, что сейчас эту запись нам крутят? Почему из-за нее отца Марьяны, Михаила, сейчас пытаются так усиленно слить?

— А мне какое дело? — посмотрел дядя на обоих по очереди. — У меня задача будет простая, насколько понимаю. Сохранить вам жизнь. И Министру.

— Проблема в том, что система зарядов будет завязана на три жизни, на наши с тобой нейроинтерфейсы! — чуть громче сказал Гектор, а потом осекся и стал говорить почти шепотом. — Кто из нас троих сможет дольше всех продержаться в Тумане⁈ Кто сможет держать оборону⁈ Ну? Думаешь, мы? Нет. Если кто-то из нас троих умрет, то сразу будет подрыв. И подохнут все! А ты… ты опытный военный. Ты сможешь сделать всё как надо. И ты знаешь, как работают эти чертовы костюмы. А мы — нет. Нам даже примерить их не дают!

— А если уйдем из зоны поражения, сигнала? — уточнил Олег.

— Ничего не будет, — покачал головой Михаил. — Либо сигнал деактивации от наших чипов, либо ничего. Там нет опросника, вроде как.

— Нет.

— Олег! У меня будет ребенок!

— А у меня уже есть ребенок! И что⁈ — взорвался дядя. — Почему я ради кого-то должен рисковать своей жизнью⁈ Почему я должен покрывать вас, дать уйти, а сам подыхать⁈