Я пошёл, придерживая Дину на локте. Рид ехал на плече и не собирался слезать.

Расчёт на арене устроен просто: проигравший платит на месте. Кэмэл ведь двадцать лет строил репутацию на том, что у него платят все.

Леопольд подошёл, глядя мимо меня.

Он отстегнул от пояса Осколок Небосвода и медлил, ожидая, что кто-нибудь его остановит. Никто не остановил.

— Дом Клейн передаёт ставку, — сказал Ковач.

Тогда он положил артефакт мне в руку.

Осколок оказался прохладным и неестественно лёгким. Тёмно-синий камень величиной с ладонь таил в глубине крохотные искры, которые медленно вспыхивали и гасли. Завораживающее зрелище. Вот бы сейчас препарировать его структуру и рассмотреть как следует.

Внимание!

Обнаружен предмет, совместимый с Системой Рыбака.

Артефакт — «Осколок Небосвода».

Желаете выполнить Духовное Сопряжение для управления артефактом через Системный Интерфейс?

Ох ты.

Совместимый. Прямое совпадение с водной рыбацкой системой, которая до сих пор признавала своими только котёл, Длань и своенравную маску.

Хотя чему я удивляюсь. Система завязана на воду, а Осколок, несмотря на название, состоял из чистой водной стихии. Совпадение стопроцентное.

Во Втором Море поднялась волна, потянувшись к Осколку. Запускать сопряжение прямо сейчас я не собирался, поэтому просто убрал артефакт в перстень.

— Дом Клейн передаёт вторую часть, — сказал Ковач.

К судейскому столу спустился сам Гельмут Клейн.

Он не спорил, не тянул время и даже не смотрел в сторону сына. Патриарх молча положил на стол четыре плотных листа с печатями, приложил к каждому гербовый перстень и дождался, пока магический оттиск догорит на бумаге.

— Дом Клейн передаёт четыре загородные плантации кормовых культур для духовных питомцев со всем имуществом, действующим штатом и текущими договорами, — прочитал распорядитель. — Дом Винтерскай, примите.

Я принял документы. В моих руках оказались четыре крупных хозяйства, круглый год снабжающих кормом боевых зверей всего региона. С завтрашнего утра каждый питомник и каждый вольер отсюда до перевала станет моим клиентом. Оборот обещал быть колоссальным.

Иногда всё-таки приятно, когда идиот повышает ставки.

— Расчёт исполнен, — объявил Ковач и повернулся к чаше. — Победа дома Винтерскай подтверждена. Спор закрыт.

И тут началось.

Верхние ярусы скандировали имя Рида, нижние орали моё, букмекеры у выходов отбивались от толпы с квитками. Крепкие парни с татуировками на лбах ревели нечто, отдалённо напоминающее портовую строевую песню.

Кэмэл у барьера главной ложи поглаживал бороду и смотрел на меня. Рядом стоял глава города и тоже смотрел.

Оба провожали меня взглядами чуть дольше, чем полагается смотреть на простого удачливого мальчишку. В их глазах читался холодный расчёт.

Я поклонился судье, поклонился ложе и пошёл к служебному проходу, по дороге сунув бумаги Моргану в папку.

Раздевалку нам выделили прямо под трибунами: голые каменные стены, грубые лавки, железные крюки для одежды и стойкий запах сырости. Когда я вошёл, там было не протолкнуться.

— Ше-е-еф!

Адриан вскинул здоровую руку с бутылкой. Пробка с хлопком ударила в потолок, пенная шапка пошла через горлышко, заливая ему рукав.

— За дом Винтерскай! За величайшего в истории серого кота!

— За кота! — рявкнул Клэйн.

Рид спрыгнул с моего плеча на лавку, вздёрнул подбородок и принял почести. Судя по его морде, половина присутствующих задолжала ему жизнь. Дина немедленно полезла проверять корзину, которую кто-то принёс с собой, и я едва успел перехватить её за панцирь.

— Ужин через час. Потерпи.

— Я знал! — гремел Клэйн, размахивая кружкой. — Я с самого начала знал, что этот кот их всех порвёт. Как первый раз увидел, так и сказал!

— Ты сказал, что он облезлый, — сообщил Рейнар.

— Я сказал, что он облезлый и порвёт!

Селеста рассмеялась, прикрыв рот ладонью. Она расправила вишнёвое платье на лавке и держала бокал кончиками пальцев. Мокрый камень и пивные лужи её не смущали. Сегодня приём явно устраивала она.

— Господин Ив, — сказала она. — Вы сегодня стоили мне трёх лет жизни и принесли шестьсот кристаллов. Я, пожалуй, продолжу на вас ставить.

— Ставьте на кота. Он надёжнее.

Каталина протолкалась через толпу и остановилась передо мной, поджав губы. Поздравлять она не собиралась.

— Молодец, противоядием ты распорядился правильно, — искренне сказала она. — Но теперь колба пуста. Завтра приготовим новую порцию, и ты будешь держать её в перстне на всякий случай. Для твоего же блага.

— Обязательно, младшая госпожа алхимик.

— Младший здесь ты, — отрезала она.

Морган невозмутимо стоял у стены с раскрытой папкой и делал быстрые пометки. Четыре листа с гербом дома Клейн покоились сверху, и управляющий то и дело аккуратно поправлял их, чтобы не помять края.

Я подошёл, взял листы и протянул Элизе.

Она стояла чуть в стороне, с белой кошкой на руках, и всё ещё держала спину слишком прямо. Час назад её при полной чаше народа предложили поставить на кон вместе с пивоварней.

— Держи.

— Что это? — Она посмотрела на печати и растерялась. — Господин Винтерскай, это же…

— Все четыре плантации, вместе с хозяйством и договорами. Принимать их и перестраивать поставки будешь ты. Твой отец нужен мне в доках, а других людей с должным образованием у меня нет.

Элиза распахнула глаза и несколько раз моргнула.

— А кто тогда будет управлять рестораном? — растерянно спросила она.

— Посмотрим, — я улыбнулся. — Думаю, ты уже достаточно выросла, чтобы самостоятельно вести дела, а не встречать гостей на входе.

Белая кошка на её руках зевнула.

— Я справлюсь, — сказала Элиза тихо, и голос у неё дрогнул только в самом конце.

Я лишь кивнул.

Морган из-за её плеча бросил на меня быстрый взгляд. Впервые за вечер на лице моего невозмутимого управляющего дрогнул мускул — он явно оценил кадровую перестановку. Затем он опустил глаза в папку и что-то торопливо записал. Наверняка: «Плантации, четыре штуки, принять по описи».

— Так, — сказал я, повысив голос. — Слушайте сюда. Сейчас едем в усадьбу ближайшей плантации.

— Прямо сейчас? — спросил Адриан.

— Прямо сейчас. Посмотрим новое хозяйство, накормим всех и там же отметим победу Рида. У меня в перстне замаринован целый василиск, его мяса как раз хватит на всю нашу ораву. К тому же там, говорят, есть отличные пруды.

Рид на лавке поднял голову. По связи прилетело: пруды, рыба, много рыбы, хозяин наконец-то говорит дело.

— Бертольду пошлите человека, пусть собирается, — добавил я. — Магду не трогайте, ей надо лежать. Рейнар, бери своего пятнистого, я ему рыбу обещал. Дина, вылезай из корзины. Клэйн, если ещё раз скажешь, что всё знал заранее, поедешь на телеге с сеном.

— Господин, да я…

— На телеге.

Народ загоготал.

Морган захлопнул папку.

— Господин Винтерскай, экипаж подадут к служебному выходу. У главного собралась толпа, там вас на сувениры разберут.

— Отлично. Идите, я вас догоню, только закончу тут одно дело.

Компания повалила в коридор, шумная и очень довольная. Адриан на ходу пытался одной рукой открыть вторую бутылку, Клэйн вызвался помочь и уронил обе.

Вскоре дверь закрылась. Голоса компании ещё несколько секунд гремели в коридоре, затем стихли.

Я сел на лавку рядом с котом, вытянул ноги и достал из перстня тёмно-синий обломок. Искры двигались внутри него по кругу и гасли у края.

Следом я достал Маску Туманного Прилива и положил её на колено. Перламутровые пластины поймали свет факела.

Осколок нёс в себе чистую водную стихию. Маске для полного восстановления как раз требовались редкие водные ресурсы. Такое совпадение грех было не проверить на практике.

Я осторожно поднёс тёмно-синий обломок к мерцающему перламутру.