Альберт Дэвис, второй стюард, воскликнул недоверчиво:

— Ну да! И ты что, решил, она умерла?

— Говорю тебе, мертвая! — Митчелл дрожал.

— Ты уверен, Генри?

— Неужели это такой глубокий обморок?

— Кройдон через несколько минут!

— Но, может, ей действительно чересчур плохо?

Мгновение они пребывали в нерешительности, затем начали действовать. Дэвис пошел к пилотам, Митчелл вернулся в салон к пассажирам. Он переходил от кресла к креслу и тихо шептал:

— Простите, сэр, вы случайно не врач?

Норман Гэйль сказал:

— Я дантист. Но, быть может, я смогу вам помочь?.. — Он привстал со своего места.

— Я врач, — сказал доктор Брайант. — А что произошло?

— Там, на втором месте, одна леди... Мне не нравится, как она выглядит...

Доктор Брайант поднялся и последовал за стюардом. Маленький усатый человечек, поняв, что произошло нечто из ряда вон выходящее, незаметно покинул свое кресло и тоже пошел за ними.

Доктор Брайант склонился над распростертой на полу дамой. Это была уже далеко не молодая и достаточно полная женщина, одетая в черный дорожный костюм.

Осмотр закончился быстро. Доктор уверенно заявил:

— Она скончалась.

Митчелл спросил:

— Как вы думаете, она умерла от приступа?

— Этого я не могу утверждать без тщательного освидетельствования. Когда вы в последний раз видели ее — живой, я имею в виду?

Митчелл задумался.

— Я подавал ей кофе, она была вполне здорова.

— Как давно это было?

— Примерно три четверти часа тому назад или что-то около этого. А позже, когда принес счет, я решил, что она задремала...

Их разговор начал привлекать внимание — головы пассажиров поворачивались в их сторону, шеи вытягивались.

— Я думаю, это скорее всего припадок, — проговорил Митчелл с надеждой в голосе. Ему хотелось верить в лучшее. Он даже подвел под случившееся свою теоретическую основу. У сестры его жены, сказал он, часто бывают припадки.

Лично он считает, что припадки — дело обычное, каждый легко может себе представить, что это такое.

Доктор Брайант вовсе не собирался принимать на себя ответственность за происходящее. С выражением крайней озадаченности он покачивал головой. Неожиданно послышался голос укутанного в теплый шарф маленького усатого толстяка:

— Прошу вас, посмотрите, господа, на шее у нее заметен след какого-то укола. Это явное пятно...

Голова женщины была запрокинута, и на шее отчетливо просматривался точечный красный след.

— Pardon, — вмешался, подходя к группе, Жан Дюпон. — Вы говорите, женщина мертва, и на шее у нее след укола?

Говорил Жан Дюпон медленно, словно размышляя вслух.

— Могу я высказать свое предположение? Тут недавно летала оса. Я ее прихлопнул. — Он показал на осу, лежавшую в его кофейном блюдечке. — Не могло ли быть так, что несчастная леди скончалась от укуса осы, я слыхал, такое вполне возможно...

— Что ж, допустимо... — согласился Брайант. — Медицине известны такие вот случаи. Это вполне вероятно, в особенности если у человека слабое сердце.

— Могу ли я хоть чем-нибудь быть полезен? — спросил стюард Митчелл. — Через несколько минут мы будем в Кройдоне.

— Прежде всего сохраняйте спокойствие! сказал доктор Брайант. — Делать ничего не надо. Ни в коем случае нельзя ни трогать ни перемещать тело. — Д-р Брайант собрался возвратиться к своему креслу и с удивлением посмотрел на маленького, укутанного в шарф иностранца, который даже не тронулся с места.

— Дорогой сэр, — сказал доктор Брайант, — самое лучшее, что вы можете сделать в данном случае, так это вновь занять свое кресло.

— Совершенно верно, сэр, — сказал, стюард. Он повысил голос. — Пожалуйста, господа, займите свои места, прошу вас!

— Pardon, — произнес маленький человек, — но здесь, как я вижу, есть еще кое-что...

— Кое-что?

— Mais oui, кое-что, чего здесь никто не заметил!..

Носком ботинка он указал на нечто, поясняющее его слова. Стюард и доктор Брайант проследили глазами за его движением. На полу виднелся небольшой желто-черный предмет, прикрытый краем черной юбки.

— Еще одна оса? — удивился доктор. Эркюль Пуаро опустился на колени, достал из кармана пиджака сверкающий металлический пинцет и с изящной осторожностью подхватил то самое «кое-что», как он сказал. Бережно держа свою добычу, он выпрямился:

— Да, пожалуй, это весьма похоже на осу. Но все же это не оса!

Он поворачивал предмет и так, и этак, чтобы и доктор, и стюард могли видеть его находку со всех сторон. Это был небольшой пучок пушистого оранжево-черного шелка, прикрепленного к длинному, странного вида острию с бесцветным тончайшим жалом на конце.

— Боже мой! Боже мой! — вырвалось у мистера Клэнси, также вставшего со своего кресла и пытавшегося хоть что-нибудь разглядеть из-за широкого плеча стюарда Митчелла. — Поразительно! В высшей степени странная вещь! Удивительнейшая из всех, которые я когда-либо видел в жизни! Никогда бы ни за что такому не поверил!

— Вы, должно быть, могли бы нам кое-что объяснить, сэр? — спросил стюард. — Вы знаете, что это такое? Вы узнаете эту штуковину?

— Узнаю ли? Разумеется, узнаю! — Мистер Клэнси напыжился от гордости и сознания собственного превосходства. — Это предмет, джентльмены, не что иное, как туземный дротик! Таким дротиком стреляют, выдувая его из специальной трубки. Трубками подобного рода вооружены воины у некоторых племен... хм... Я, пожалуй, не смогу сейчас с точностью утверждать, южноамериканских или же островитян с Борнео... Но это, вне всякого сомнения, именно такой туземный дротик, выпущенный из стреляющей трубки, и я подозреваю, что его острие...

— Было смазано знаменитым ядом южноамериканских индейцев, — закончил его фразу Эркюль Пуаро. И добавил: — Mais entfin! Est-ce que c'est possible?

— Это и впрямь совершенно необычно! — продолжал мистер Клэнси, все еще сиявший от сознания своей полезности, от профессиональной гордости и восхищения собою. — Я же говорю, это весьма необычно! Я сам сочиняю детективные романы, но чтобы вот так, в жизни, неожиданно столкнуться с подобным...

Мистеру Клэнси попросту не хватило слов, чтобы выразить чувства, которые обуревали его.

Самолет накренился, и те из пассажиров, которые все еще толпились в проходе между креслами, едва не попадали. «Прометей» заходил на посадку и, описывая над аэродромом первый круг, лег на крыло. Внизу раскинулся Кройдон.

Глава 3

Кройдон

Стюард Митчелл и доктор уже больше не были центром внимания в создавшейся на борту самолета трагической ситуации. Их отстранил и завладел положением нелепо выглядевший человечек, тепло укутанный вязаным шарфом.

Говорил он столь авторитетно, что никто не посмел возражать ему или задавать вопросы. Он шепнул что-то Митчеллу, тот кивнул и, протиснувшись между пассажирами, стал у двери, ведущей в переднюю часть самолета.

Самолет бежал по посадочной полосе. Когда заглохли моторы.

Митчелл повысил голос:

— Прошу всех, леди и джентльмены, оставаться на своих местах, пока сюда не придет кто-либо из представителей власти. Я думаю, вас долго не задержат.

Разумность этого приказа была одобрена большинством пассажиров, лишь один голос решительно запротестовал.

— Чепуха! — сердито закричала леди Хорбари. — Разве вы не знаете, кто я такая? Я требую, чтобы меня немедленно отпустили!

— Весьма сожалею, леди. Но даже для вас я не могу сделать исключения. — Но ведь это полнейший абсурд! — Сисели сердито топнула ногой. — Я сообщу о вашем самоуправстве в дирекцию авиакомпании. Возмутительно, почему мы должны сидеть здесь взаперти с этим мертвым телом!

— В самом деле, дорогая, — протяжно произнесла тоном благовоспитанной дамы Венетия Керр. — Чрезвычайно все это неприятно! Но, я думаю, все же нужно немножко потерпеть. — Она села и вытащила из сумочки портсигар. — Могу я теперь спокойно закурить, стюард?

Расстроенный Митчелл ответил: