Дверь распахнулась и в конторку ввалился дюжий стрелец, в кафтане царевой сотни.
- Царевна, Елизавета,- объявил он, одновременно осматривая конторку.
Для троих, помещение тесновато. А к чему больше-то? Это ведь рабочее место. Стрелец коротко кивнул Серафиму на выход. Потом посторонился, пропуская царевну.
Никаких сомнений, это она. За прошедшие два с половиной года после их знакомства девушка сильно изменилась. Повзрослела, налилась статью, угловатые черты, уступили место плавным очертаниям. Сарафан, пусть и обычного фасона, но пошит строго по размеру, из дорогой ткани, с казалось бы и простой, но искусной вышивкой. Волосы подвязаны нарядной лентой и забраны в толстую косу, переброшенную через левое плечо на высокую грудь.
Красавица, что тут скажешь. Тетка Ирина нервно курит в сторонке. Н-да. Ну не то, чтобы нервно… Но с другой стороны, с молодостью тягаться тот еще труд. Так что, выигрывает царевна, чего уж там.
Иван вдруг поймал себя на том, что рассматривает девушку оценивающим взглядом, и тут же стушевался. Она же, поняв это, зарумянилась. Да еще и вдохнула эдак глубоко, высоко вздымая грудь. Хорошо хоть, стрелец стоит позади, и не видит этого.
Реакцию Ивана, можно отнести к растерянности. Все же царевна посетила, не какой мелкий дворянчик. Опять же, даже с цесаревичем куда как проще, а в отношении этой девицы, есть целая масса условностей.
Собственно от того наверное Серафима и пробрало. Не знал как себя повести. С такой особой, как на минном поле. Не поймешь где подорвешься. Пятку тебе оторвет? Разнесет в клочья? Или все же посчастливится пройти невредимым. Уж больно заступников у нее изрядно.
- Здравия тебе, царевна,- прочистив горло, и кланяясь, поздоровался Иван.
Надо же. Не пойми с чего, в горле вдруг запершило. Может от того, что не ожидал увидеть такую красоту?
- И ты здрав будь, Иван Архипович,- голос звучит твердо, уверено, ни намека на дрожь.
Молодца девица! Совладала-таки с собой, хотя и заметно по ней, что далось это тяжко. Не то что некоторые. Хотя-а… Породу не пропьешь. Опять же, воспитание, и среда в которой росла. Нет. Права, Ирина в отношении их дочери. Тысячу раз права. Не во всем, конечно. Но то уж о другом.
- Чем заслужили такой чести, царевна?- Поинтересовался Иван.
Все еще в недостаточной мере владея собой, поинтересовался Карпов.
- Остап, на улице ожидай,- приказала она, обращаясь к стрельцу.
- Царевна…- попытался было возразить бородатый ветеран.
- Мне нужно повторять приказ?- Построжала девица.
Ох и сильна в ней кровь Рюриковичей. Характер просматривается во всем, в голосе, жестах, осанке. Вроде и не готовили ее на царствование. Ну, насколько известно Ивану. А любо дорого посмотреть.
- Прости, царевна,- стрелец поклонился, и вышел, притворив за собой дверь.
Едва проводив взглядом вышедшего ветерана, Лиза резко обернулась к Ивану, с полыхающим торжеством взглядом. Она не могла ошибиться! Он смотрел на нее как на женщину! Ее облик не оставил его равнодушным! Господи, какое счастье! Она знала! Она всегда знала, что тетка…
- Слушаю тебя, Елизавета Дмитриевна,- вновь поклонился Карпов.
Девушка опешила от неожиданности. Куда подевалась его взволнованность? Отчего голос звучит твердо? Где дрожь, от которой он едва не дал петуха? Где взгляд, мужчины взирающего на красивую и желанную женщину?
А что такого? Пусть он и не царских кровей, и к дворянскому сословию не имел отношения в обеих ипостасях, тем не менее, не мальчик. Оно конечно, седина в бороду, бес в ребро. Еще и не такие глыбы рушились у ног смазливой девчушки. Вот только с бесом тут не заладилось, а потому и голову терять не с чего. Иван просто смотрел сейчас на нее, как на подружку своей дочери. И это помогло.
- Кхм. Иван… Архипович… Йа хотела заказать для себя пару небольших двуствольных пистолей, для тайного ношения,- внимательно вглядываясь в его лицо, с явной растерянностью произнесла девушка.
- Такие, царевна?- Иван выставил на стол лакированный футляр и открыл крышку.
Внутри на красном бархате лежала пара колесцовых пистолей со скрытым механизмом и принадлежностями для ухода. Оружие, хотя и выглядело изящно, отличалось строгой простотой, и обычным воронением. Никаких изысков, и гладкая рукоять из темного ореха.
- Да, такие,- все так же растеряно, произнесла девушка.
- Это демонстрационные образцы, Елизавета Дмитриевна,- словно ничего не замечая, начал объяснять Иван.- Потому ничем не изукрашены. Но по твоему желанию, можно привнести изменения. К примеру, придать рукояти какой-нибудь особый вид. Ну там, в форме головы какого животного, птицы или рыбы. Добавить серебряную насечку, или вовсе усыпать жемчугом.
- Иван…- Посмотрев на него с обидой и разочарованием выпалила, и осеклась она.
- Да, царевна,- ровным тоном ответил Карпов.
- Ты-ы… Я же вижу…
- Царевна…
- Нет! Не смей! Ничего не говори! Я все знаю! Это она. Это тетка,- Лиза порывисто приблизилась к парню, и ухватила его за кисти своими горячими ручками.- Но ты не бойся ее. Нам никто не сможет помешать. Ты уж стал сотенным. И все твердят о твоей храбрости. В следующем походе, ты непременно получишь дворянство. Потом снова проявишь себя. Николаю сподвижники очень нужны, он ценит своих потешных, и ему нет никакого дела до родовитости. А я тебя дождусь. Клянусь тебе в этом.
Иван слушал этот горячечный полушепот, силясь принять единственно правильное решение, и не находя его. Похоже девчушка перечитала рыцарских романов и иже с ними. Иван и без того не любил Европу, а уж за подобную подставу и вовсе возненавидел. Нет, понятно, что авторы тех книг вовсе и не думали подгадить некоему стрелецкому сыну. Но результат-то на лицо!
Радовало только одно. В мастерской достаточно шума, чтобы за дверью можно было хоть что-то расслышать. Окошек же, тут не водилось. Стекло в этом мире слишком дорогое удовольствие, и пристало только господскому жилью. Ну и в конторку никто не посмеет войти. Подобных смельчаков еще поискать. Чай царевна здесь.
Пока Иван соображал, как ему быть, Лиза решительно перешла в наступление. Отпустив его руки, она схватила его за виски, на мгновение всмотрелась в милый сердцу лик обожающим взором, задержалась на глазах парня, полных тревоги.
- Ладый мой,- скорее выдохнула, чем произнесла девушка, и…
Словно бросаясь в омут с головой, она приподнялась на носочки, и впилась своими жаркими, мягкими и податливыми губами, в уста своего избранника.
Ну и что ему было делать? Оттолкнуть взбалмошную девчонку? Да не вопрос. Только одна заковыка. Она царевна, и поднять на нее руку, даже в подобной ситуации, это смертный приговор. Ответить взаимностью? Ох, лучше бы не надо. Та же беда, только вид с боку. Хм. А наказание вроде как может быть и куда хлеще. В смысле, казнить-то могут по разному. Тут те еще затейники…
Меньшикову категорически не хотелось идти в эту клятую мастерскую. Ему было прекрасно известно, что ее владелец сейчас в отлучке, и делами там заправляет его сынок. И обращаться к нему с просьбой было не с руки. Но иначе никак, коли хочется иметь пришедшиеся по нраву игрушки. А оружие он любил, не отнять.
Будучи в походе, видел на что способны карповские пищали. Шутка ли, столько народу покрошили измайловцы, за короткую стычку, что ветераны диву давались.
Вот и захотел он себе заиметь такую же пищаль, а главное многозарядные пистоли. Заприметил он парочку у княжича Воротынского, попробовал, и загорелся. Сам идти не захотел, подослал одного мелкого дворянчика, снабдив деньгами. Да только оказалось, что заказ в мастерской уж принять не могут, потому как работы де слишком много.
По всему выходило, что уж Меньшикову-то, Карпов точно откажет. Поэтому он решил пуститься на хитрость. Заказать пару, якобы для Николая. Отказать Иван не сможет. И проверять не станет. Тут дураком нужно быть, чтобы лезть к цесаревичу с дурными вопросами. Так что, выполнит все с прилежанием. А там глядишь, еще и от платы откажется. Хотя-а… Вот ни капли сомнений, если Меньшиков предложит плату, то этот отказываться не станет.