— Я прекрасно провел время.

— «Я прекрасно провел время», — передразнил его Шон, превосходно копируя интонацию брата. — Да ладно тебе. От меня все равно бесполезно что-либо скрывать. Флер классная. И что она делает рядом с таким человеком, как ты?

Дарси улыбнулся, пытаясь убедить себя в том, что ничто не испортит его прекрасное настроение.

— Неужели ревнуешь? — Он перевернул страницу и сделал вид, будто внимательно изучает результаты последних футбольных матчей. Шон внезапно поднял голову.

— Я понял, почему ты сегодня такой счастливый. Между вами что-то было прошлой ночью. Я прав?

Хорошее настроение Дарси тут же куда-то испарилось. Он готов был избить брата за то, что тот осмелился подумать, будто Флер одна из тех женщин, которые спят с мужчинами после первого же свидания.

— Успокойся, — заявил Дарси, надеясь на то, что его холодный тон заставит Шона отказаться от дальнейших расспросов.

Шон молитвенно сложил руки, пытаясь показать тем самым, что он сдается.

— Ты просто не из тех, кто распространяется о своей личной жизни, не так ли?

В ответ на это Дарси встал, вышел из кухни и направился в единственное место, где он мог успокоиться, — в свой кабинет.

Крадучись, Флер вошла в гимнастический зал, когда занятия аэробикой были уже в самом разгаре, и облегченно вздохнула. «По крайней мере хотя бы на какое-то время я отделалась от вопросов Лив о том, как прошел вчерашний вечер, — подумала она. — Правда, она все равно накинется на меня сразу же после тренировки». Больше всего на свете сейчас ей нужно какое-то время, чтобы понять, что же все-таки произошло прошлым вечером.

Она не учила Дарси расслабляться. Это он преподал ей хороший урок, показал, что в искусстве соблазнения он настоящий ас.

Она заранее все запланировала. Приведя его в ночной клуб, Флер надеялась на то, что он почувствует себя там не в своей тарелке и захочет уйти. Таким образом она собиралась доказать ему, насколько занудным и чужим он кажется всем окружающим. Но Дарси, к удивлению Флер, не жаловался ни на громкую музыку, ни на грубость посетителей, ни на царящую в зале полутьму. Вместо этого они танцевали и целовались до умопомрачения, то есть занимались тем, для чего как раз и открываются подобные заведения.

Она мысленно застонала, пытаясь вспомнить, когда в последний раз кто-нибудь целовал ее вот так, в ночном клубе, никого не стесняясь. «Скорее всего, тогда я еще училась в старших классах школы», — заметила про себя Флер. Даже Митч никогда не действовал настолько открыто, а это что-то да значило.

После занятия, как она и опасалась, подскочила Лив, не дав ей ни малейшего шанса улизнуть в боковую дверь.

— Не так быстро. Как все прошло прошлым вечером? — Лив оперлась рукой о дверь, закрыв тем самым Флер путь к отступлению.

— Хорошо. А теперь, если ты, конечно, не возражаешь, я бы с удовольствием приняла душ, — она безуспешно попыталась оторвать руку подруги от двери.

Просто хорошо, и все? Я совершенно уверена, что ты от меня что-то скрываешь. В конце концов, если бы я оказалась в подобной ситуации с таким парнем, как этот потрясающий Дарси, я бы… — Лив пошевелила бровями и несколько раз почмокала губами. В ее исполнении все это выглядело довольно нелепо.

— Вечер прошел намного лучше, чем я рассчитывала, — сдалась Флер. — Теперь я планирую второй урок, который собираюсь провести на следующей неделе. Такой ответ тебя устраивает?

— Не совсем. Дарси, наверное, казался очень смешным в том, что было на нем надето. Как от него пахло — небось дорогим одеколоном? Вы танцевали? Неужели между вами не произошло ничего, даже отдаленно напоминающего романтические отношения?

Флер улыбнулась, но решила ничего не рассказывать подруге о постигшем ее несчастье.

— Да, да, да и нет, — ответила она.

— Совсем ничего? Ты не врешь? — с подозрением в голосе поинтересовалась Лив.

Флер вспомнила, какими на вкус были губы Дарси, когда он поцеловал ее, как приятно было ощущать их тепло. Тотчас же она почувствовала, как кровь побежала по ее телу с невероятной скоростью.

После того как Флер отвезла Дарси домой, она так и не смогла заснуть. Лежа в постели, девушка вспоминала каждое прикосновение, каждую деталь, каждое слово, сказанное ими за то время, пока они были вместе этим вечером.

— Ладно, считай, что ты победила, — отмахнулась Лив от подруги. — Но я же не дура. Я знаю, ты от меня что-то скрываешь. Поверь, я сделаю все возможное для того, чтобы выяснить, что именно. Может, пирожные или булочки развяжут тебе язык?

— Взяточничеством ты от меня точно ничего не добьешься. Буду молчать как партизан.

ГЛАВА ПЯТАЯ

— С первого урока прошла целая неделя. Вы готовы приступить к следующему?

— Он будет таким же веселым, как и первый? — Дарси кинул ручку на стол, сцепил пальцы и потянулся.

Флер удивленно приподняла бровь.

— Вы на самом деле получили удовольствие?

— Да. Тем вечером действительно произошло кое-что очень приятное, — он пристально посмотрел на нее.

Его голубые глаза, казалось, видели ее насквозь, и Флер стала сомневаться в том, правильно ли она поняла своего начальника. Она с досадой заметила, что ее щеки покрывает румянец. «И как у него получается так воздействовать на меня? — спросила себя она. — Я никогда не реагировала настолько остро на заигрывания мужчин. Почему с ним все по-другому?» Но через несколько секунд она укорила себя за эти мысли: «Заигрывания? Разве он заигрывает со мной?»

— Второй урок будет намного более напряженным и, возможно, даже покажется вам немного… грязным.

Дарси поднял бровь.

— Звучит интригующе.

— Так оно и есть. Ручаюсь, что раньше вы никогда этого не делали.

— Знаете ли, я все-таки умею развлекаться. Обычно я хожу в музеи, галереи, на винодельни.

— Скукотища, — заявила она, подумав о том, что в обществе Дарси любое из этих заведений не показалось бы ей таким уж скучным.

Он пожал плечами.

— Я и не надеялся на то, что молодая девушка сумеет оценить тонкие вещи.

Конечно, Флер понимала, что он просто дразнит ее. Но, впервые за все время их знакомства, она вдруг осознала, насколько глубокая пропасть лежит между ними.

— Кстати, а сколько вам лет? — поинтересовалась она.

Улыбка, скрывавшаяся в уголках его губ, внезапно исчезла.

— Тридцать восемь, — обреченно ответил он.

— Да вы просто ходячий антиквариат, — пошутила Флер, пытаясь разрядить атмосферу.

— Иногда мне тоже так кажется, — он отвел взгляд, и Флер показалось, будто он вспоминает о чем-то давно прошедшем. — Вряд ли вы, юные и беззаботные женщины, сможете понять это.

Знаете ли, мне пришлось рано повзрослеть, — возразила она. — Я жила с чересчур степенными родителями. Атмосфера в их доме была настолько удушающей, что я убежала. Оставшись в одиночестве, я поняла, что этот большой, недружелюбный мир вовсе не рад принять меня в свои объятия. Я так и не смогла научиться бороться с ним. Думайте, что хотите, но вряд ли мою жизнь можно назвать беззаботной.

— Простите. Я не хотел потревожить старые раны. Я говорил о вашем поведении в данный момент. Я не смогу жить так, как вы. Даже если очень захочу.

— Почему? — Она вытянула шею, чтобы уловить каждое его слово, которое могло бы помочь вдохнуть в ее удивительного начальника немного уверенности в себе.

— Я слишком привязан к старым представлениям о мире. Они слишком прочно застряли в моем сознании. Короче, я старомоден.

Его голос звучал настолько грустно, что Флер в этот миг отдала бы все, чтобы утешить его. Хуже всего было то, что она так и не смогла понять причину его печали.

— Я не сказала бы, что быть старомодным — это плохо, — она вспомнила его поцелуй. Тогда он сначала робко прикоснулся губами к ее рту, будто опасаясь, что она отвергнет его. Флер было очень приятно, нет, она была потрясена до глубины души таким деликатным обращением. — Я бы сказала, что в этом тоже есть ряд преимуществ.