Одновременно с начертанием лечебных рун я перенёсся на несколько метров в сторону.

Безымянный нашёл меня взглядом, после чего его тело мигнуло. И я на одном адреналине снова телепортом ушёл в сторону.

На том месте, где я находился ещё мгновение назад, стоял волколак и с удивлением смотрел на меня.

— Как ты успел? — удивился древний бог и попытался заново проделать тот трюк с перемещением и вонзанием в меня своих когтей. Но я снова ушёл.

Так мы играли в смертельные салки на пределе сил, а я лихорадочно анализировал ситуацию. Первое — это то, что враг тоже обладал пространственным аспектом, второе — меня посетило видение будущего, третье — нужно что-то придумать.

Я не успевал ни призвать косу, ни чёрные шары. Единственное, что мог, это снова и снова телепортироваться.

Мозг уже начал закипать, а решение всё не приходило, и самое обидное было то, что я чувствовал: оно где-то рядом.

После очередного прыжка Безымянный замер, и от него во все стороны рванули потоки темной энергии.

Я мгновенно, благо Боровик Иванович натренировал, создал защитный купол на основе магии пространства, и отразил вражескую волшбу. И не просто отразил, а отзеркалил!

Гадостная энергия ударила обратно в хозяина и тот ошарашенно упал на пятую точку.

Я же, не теряя ни мгновения, тут же сотворил несколько разрушительных заклинаний на базе огненного аспекта. Пусть этот аспект не был моим, но Боровик Иванович научил самым эффективным рунам.

— Это бесполезно! — рявкнул уже пришедший в себя Безымянный и как в начале битвы легко отразил мою атаку, во всяком случае попытался.

— Так бывает, когда пользуешься марионетками, — тяжело дыша от нагрузок, ухмыльнулся я, глядя как лапа волколака вспыхнула весёлым пламенем.

Эта заминка дала мне желанные мгновения.

Что мы имеем? Безымянный совершенно не переносит огня гармонии. В целом, если копнуть глубже, он не бог страха, а скорее воплощение человеческой истерии и безумия. А огонь — это воплощение равновесия между созиданием и разрушением. Идеальный баланс.

С другой стороны, вспомнилась тренировка с Боровиком Ивановичем, когда я оставил закладки из простеньких рун.

А что если это всё объединить?

Безымянный заревел. Его тело начало покрываться чем-то чёрным, и он с превосходством пролаял:

— Ты можешь гордиться собой! Ты заставил меня использовать броню! Но ты всё равно умрёшь! Тебе не сбежать. Что бы ты ни делал.

В следующий миг его руки превратились в длинные, и судя по всему, бритвенно-острые клинки, и он рванул мне на встречу.

— Чтобы я ни делал… — прошептал я, выпуская Аспида, чья задача была отвлечь внимание Безымянного.

Я же выдохнул и, закрыв глаза сделал шаг в сторону, после чего создал вокруг себя несколько десятков энергетических сгустков.

Безымянный, игнорируя Аспида, с рёвом опустил один из клинков ровно в то место, где мгновение назад стоял я.

Несколько перемещений, и после каждого я оставлял незаметные энергетические сгустки, которые маскировал сильными всплесками от разрушительных заклинаний аспекта пространства, моего сильнейшего на данный момент. Ну и Аспид мельтешил перед глазами Безымянного, внося толику хаоса.

Эх, если бы мой фамильяр был сильнее, то смог бы принять полноценное участие в битве. Но что имеем, то имеем.

Безымянный уклонялся, больше не пытаясь высокомерно отбивать моё волшебство голыми руками.

Всё это время я отчаянно вслушивался в тихий шёпот моего нового дара, но разбирал лишь смутные отголоски. И тем не менее, каждый раз, когда моей жизни грозила опасность, мне удавалось вырваться из лап смерти буквально в последний момент.

Это не было предвидением в полной мере, больше походило на боевую интуицию, что может предугадать действия противника. Хотя и боевой интуицией назвать было нельзя, что-то совсем иное. Какой-то новый аспект.

Но сейчас было не время для анализа, сейчас нужно было выжить и победить.

Всё это невероятно истощало, как физически, так и ментально.

Уклоняясь от тёмного воздушного разреза, который Безымянный нанёс крест на крест горящими темным пламенем когтями, я ясно осознал, что меня хватит на минуту боя от силы, а может и того меньше. После этого я свалюсь, и всё закончится, так или иначе.

Но пока я жив, я буду бороться!

Снова и снова уворачиваясь от атак Безымянного и немного огрызаясь, я готовил для него ловушку. И закончив с приготовлениями, наконец активировал малую руну, что отличалась от обычной размерами и временем создания. Боровик Иванович утверждал, что на следующем классе я смогу научиться создавать и средние. На что же способны средние руны? Аналог зенитно-ракетных комплексов? Или не до такой степени?

Всё это проносилось в голове, пока источник привычно перегонял силу, не переставая вливать энергию в массив.

Сгустки, ранее мной оставленные в воздухе, каждый из которых нёс в себе узор руны гармонии, зажглись ровным светом, а я, вместо привычного уворота от очередного взмаха чёрным отростком-мечом, поднырнул вперёд, и призвав косу, нанёс удар.

Кровь брызнула на меня. Кровь уже второго бога на моём счету. Пусть это и была лишь марионетка, но она несла в себе частицу Безымянного, так что, кровь бога, да. И, как и с Марой, у марионетки Безымянного пострадала лишь рука.

В последний миг древний бог, несмотря на дистанционное управление, ощутил угрозу. А может, это тело волколака среагировало на опасность. В итоге Безымянный дёрнулся, уходя из-под удара, но лишился одной из рук.

Вторым клинком он отмахнулся от меня и отпрыгнул, оказавшись ровно в том месте, которое мне было нужно.

— Гори! — рявкнул я, и магия со всех сторон ударила в покрытое чернотой тело.

Сотни лучей жгли Безымянного, а он дёргался, мигая и расплываясь, словно компьютерный глюк. Видимо, пытался телепортироваться, но огонь руны гармонии подавлял его суть.

Выдохнув, я схватился за грудь. Источник на пару с сердцем колотился как бешеный, пытаясь перегнать то, чего не осталось. Но нужно было держаться. И держать руну активной, пока всё не закончится. Даже если для этого придётся сжечь жизненные силы.

Безымянный кричал, визжал, а я не позволял себе расслабиться.

Вынув из кармана восстановительное зелье, я отхлебнул его, и стало немного полегче. Увы, но как в играх, манабар тут же не пополз вверх. Всего лишь ушло чувство давящей пустоты внутри. И то хлеб.

Сделав вдох, я прислушался к внутреннему голосу, тому самому, который подсказывал о смертельной опасности, и с облегчением понял, что он молчит. Видимо, дар активизировался, только когда смертельная опасность была неотвратима.

Но, если марионетка Безымянного не сдохнет в ближайшее время, то всё начнётся сначала.

Я как раз раздумывал, как ускорить процесс, особенно если учесть, что сил у меня не осталось, когда ко мне подлетел Аспид.

— Хозяин, — взволнованно проговорил он. — Вам нужно поглотить духовный камень этой марионетки. И… Если вы поделитесь энергией со мной и Алёной, то наша сила возрастёт, и мы сможем лучше служить вам.

Я глянул в ту сторону, где Алёна вместе с Зеваной и остальными магами держала купол, и почувствовал жадность, с которой она смотрит на умирающего волколака. Однако, продолжает держать купол, что я, естественно, отметил.

— К тому же камень усилит броню, — продолжал уговаривать меня Аспид. — Просто представь, как броня поглощает его силу.

— И в чём подвох? — спросил я, потому как почувствовал, что Аспид что-то недоговаривает.

Призрачный змей сжался, будто кот, на которого замахнулись тапком, однако продолжил:

— Хоть это и марионетка, но в камне есть частица древнего бога. Его сила очень агрессивная. Если ты один поглотишь его силу, то можешь не справиться. И тогда постепенно начнёшь сходить с ума и со временем перестанешь быть человеком. — И тут же зачастил: — Но я ведь сразу предложил отдать часть энергии мне, Алёне и броне! Мы поможем тебе очистить эту силу. Это всем пойдёт на пользу! Когда я носил эту броню, Безымянный не смел приблизится ко мне на выстрел, потому что я прямой отпрыск Чернобога. Но сейчас я слаб. Ты сам видел, я даже толком отвлечь его не мог. Но если я стану сильнее…