Разве я могла от такого отказаться? Особенно если парень сам рвется помогать и считает это для себя делом чести? Мы торжественно пожали друг другу руки, а затем он потянулся, чтобы скрепить его еще и поцелуем. Я увела губы с линии огня и сама клюнула Юстина в щеку в знак того, что договор заключен. Он был слегка разочарован, но понял меня правильно. Потребовал бумагу, чтобы записать все, что нам на сегодняшний день известно. Мы переместились в кабинет и там вспоминали и записывали часа три, пока я не выгнала нашего лорда-дознавателя. Нечего ему делать в квартире одинокой девушки так поздно.

Глава 9, в которой Мелисента ведет расследование

И вот когда я с чувством выполненного долга завалилась наконец спать, откуда ни возьмись вылез неугомонный дух.

— Мели, Мели, ты молодец! Умница, светлая головушка. Привлекла-таки нашего лорда-дознавателя, и при этом ничего лишнего ему не рассказала.

— Отстань, зануда. Дай поспать спокойно.

Нематериальная рука погладила меня по плечу, невидимые губы нежно поцеловали в щеку, легким ветерком прошел над ухом шепот:

— Спи, моя радость. Спи, девочка.

Приятно. Это он за свои глупые обидки извиняется. Конечно, я боюсь, ругаюсь, но дело делаю. Почему? Сама не знаю. Наверное, не приучена я людей в беде оставлять. А может ли быть большая беда, чем разлучение души с телом? Тут есть и еще одно соображение. Как бы я ни относилась к Гиаллену, но с ним поступили преступно, и, что очень может быть, эти самые преступники (или преступник?) сейчас нами командуют. Разоблачить их — мой долг. Эх, Мелисента, Мелисента! Долгов каких-то себе напридумывала. Для лорда-дознавателя это так и есть, а для тебя?

Ну не смогу я спокойно жить, глядя на всех этих местных монстров и думая, кто же из них извел беднягу. Если убийца чувствует себя безнаказанным, он еще кого-нибудь может убить. Тебя, дуру, например, чтобы не лезла со своим расследованием. Другую это бы напугало и отвратило, а для меня вопрос так не стоит. Тут важно успеть первой. А с Юсом мы сила. Должны справиться. С этими мыслями я заснула.

Утречком пораньше Гиаллен уже зудел над ухом:

— Просыпайся, рыбка моя, пора за дело. Ты вчера весь день вола водила, сегодня придется поработать.

— Иду уже, отстань.

— Знаешь, я все обдумал. В ближайшее время откроешь Юстину мою тягу. Пусть полюбуется. Может, он сообразит, что за ритуал и где искать обратный.

— Ал, он может обо всем догадаться. Там моя кровь.

— Где?

— На бумажке.

— Глупости, птичка моя. Она вся израсходовалась на процесс привязки. Бумажка чистенькая, как новая. Так что показывай смело.

— А что я Юсу скажу? Вчера не открывалось, сегодня открылось? Не будет ли это слишком…

— Не будет. Надо же ему показать, что дух жив и действует? Так парень тело станет активнее искать. Ты же ему рассказывала, что все охранки тебя пропускают, а на других реагируют? Напомнила, как они тут к тебе все по-очереди приставали? Сообразит, парень он умный, я еще когда его принимал, обратил внимание.

Я согласилась с духом, умылась, позавтракала и отправилась в лабораторию. Теперь, когда Ал больше на меня не сердился, на душе стало легче, и я целиком погрузилась в эксперимент. Если заклинание завязать на руну, ее выплести из нужной травы, а уже из этой плетенки экстрагировать…

В общем, с обедом я опоздала, пришла тогда, когда практически все поели. За столиком в нашей столовой сидел одинокий и очень недовольный Ригодон. Я налила себе супа и оглянулась в поисках места. Хотелось сесть подальше от начальника, но он поманил меня пальцем. Пришлось идти за го столик.

— Мелисента, сколько Вас ждать?

— Простите, заработалась. Пыталась повторить Гиалленовскую методику.

Заинтересовался:

— И как результат?

Нечего его радовать раньше времени.

— Пока нулевой. То ли я что-то делаю не так, то ли в журнале не все…

— Понятно. Но я о другом. Мелисента! Я слышал, эти шакалы подбивали тебя подать жалобу.

Выпад против магистров я проигнорировала, ответила просто.

— Если слышали, знаете — я отказалась.

— Почему?

— Мне нужно защитить диссертацию и получить звание магистра. Обязательно. Тогда то, за что мне сейчас платят гаст, станет стоить гит.

Ригодон прямо замурлыкал. Соблазняет:

— Остаться здесь, со временем стать архимагом и войти в Совет ты не планируешь?

— Думаю, нет. Архимаг — это еще и уровень силы. А он у меня самый что ни есть рядовой. После аспирантуры я вернусь в Элидиану. Ну, или поеду куда пригласят.

Взгляд Ригодона впивался в мое лицо, ища на нем признаки того, что я пытаюсь его обмануть. Но я в принципе не вру. Умалчиваю, но не вру. Даже Мартонии не врала. Делала то-то? Делала. Вот результат. А что я еще что-то делала, это уже другой разговор. Поэтому даже с ментальной магией меня не разоблачить. Тем более сейчас я говорю чистую правду.

— Мелисента, я теперь официально твой научный руководитель. Все бумаги подписаны. Мартонию я отстранил. Прошу тебя не отказываться от моей помощи. Я был неправ. Но… Ты мне очень нравишься, поверь. И я не хочу, чтобы у тебя были неприятности.

— Я все понимаю, мессир Ригодон.

Вот так, ничего не сказала, а он волен думать, как ему нравится.

— Мелисента, теперь по первым дням декады ты будешь сдавать отчеты мне. Если нужно что-то обсудить, я в твоем полном распоряжении. Твое задание — воссоздать методику Гиаллена, любую, на твое усмотрение. Сила, регенерация, невидимость — безразлично. Ты поняла меня?

— Да, конечно. Воссоздание любой из методик Гиаллена по его лабораторным тетрадям. А если я по ходу что-то свое придумаю?

— Меня это не интересует. Приоритет — методики Гиаллена.

Отлично. Он, сам не заметив, дал мне карт-бланш на собственные разработки и обещал на них не покушаться.

— Ты умная девушка, Мелисента, и все понимаешь. Если ты меня не предашь, я тебя защищу. Сделаю все, чтобы твои мечты сбылись. Ну, и ты мне поможешь по мере собственных сил. Я готов предложить тебе руку и сердце, но не стоит торопить события. Сейчас это было бы несколько преждевременно.

Он даже не представляет себе насколько. Боюсь, это время никогда не настанет. Я скромно потупила взор, вздохнула с грустью и заработала ложкой. С этими архимагами не поешь спокойно! Ригодон понял правильно:

— Приятного аппетита, Мелисента, не буду тебе мешать.

Что-то они все на меня слетелись как коршуны на дичь, и каждый тянет в свою сторону. Ну, Ригодоновы посулы меня не интересуют, а с Юсом и Алом я как-нибудь разберусь. Главное, чтобы налетали не одновременно.

Ну вот, сглазила. Стоило мне от супа перейти к жаркому, как тут услышала шепот духа:

— Ну как тебе, детка, Ригодон во всей красе? Правда, прелесть? Практически сделал тебе предложение, жених несчастный.

Я продолжала меланхолично жевать и глотать. А то начнешь трепаться со всеми встречными-поперечными — останешься голодной. Дух не унимался.

— Старый пердун возомнил, что может безнаказанно клеиться к свободной магичке. Совсем сбрендил. Испугался, как бы ты его не потащила в суд магов за домогательства и за то, что он тебя опоил. Пытался перетянуть на свою сторону. А ведь другие маги его готовы съесть без соли, заметила? А ты удачно ему ввернула про деньги, этот жмот только такую мотивацию и понимает.

Пришлось все-таки открыть рот:

— Ал, может, хватит уже констатировать факты? Я не слепая, не глухая и с памятью у меня все в порядке.

— Ну не сердись, Мели, мне так понравилось! Это было отличное представление. Полностью заморочила мужика. Он теперь думает, что купил тебя с потрохами.

Я наконец доела жаркое, а десерт в виде эклера завернула в салфетку и встала. Все равно поесть спокойно не удастся, а у себя я заварю хороший чай. Матильда, конечно, женщина славная, но ее бурду пить невозможно: пареный веник. Да и общаться с духом в общей столовой, куда в любую минуту могут войти, я не собиралась. Дома я поставила чайник, уселась и произнесла: