Уезжал домой через три часа по сумеркам. Санин вызвал ему такси, не слушая возражений — мол, дождь прошел. Ольга помянула про наледь — хотя та появлялась обычно по утрам. В душе осталось ощущение недовольства. Поговорить толком не удалось — беседа вышла формальная.

А в среду он уже улетал вечерним рейсом. Один.

Последнее обстоятельство будоражило поневоле — он впервые настолько удалялся от дома без сопровождения после травмы. Но поделиться этим ощущением было не с кем.

И ладно! — решил он. В Питере тоже остались знакомые — не все ж они откажутся с ним увидеться? Да и с Саниным можно будет встретиться после приезда. А там глядишь, может, и Цинковский объявится.

Ярослав глядел в лицо сидевшему прямо перед ним, меньше чем в паре метров, парню. И понимал, что не ощущает ничего: ни досады, ни обиды на судьбу, ни зависти. Скорее — слабое сочувствие. Уж больно затравленным казался взгляд новой звезды.

Тенгфей бездумно крутил в пальцах стакан с минералкой — нервничал. Яр с удовольствием отхлебывал горячий чай.

В душе разливалось умиротворение. Собираясь на встречу со своей заменой, парень опасался — не выдержит, сорвется. В душе всколыхнется давняя обида на то, как его вычеркнули из его же собственной карьеры.

Но нет. Парень глядел на яркий костюмчик, экстравагантную прическу и побрякушки — сам не так-то и давно ровно так же выглядел. Не так давно — и в то же время словно в прошлой жизни.

— Ненавидите меня? — спросил неожиданно парень.

Яр аж чаем поперхнулся. Уставился недоверчиво на сидящего напротив собеседника.

— А надо? — подумав, осведомился он.

— Я знаю, что ненавидите, — заговорил тот, словно ответа и не услышал. — Я ведь занял ваше место. Сделал то, что не удалось вам.

— А что мне не удалось? — переспросил Яр.

— Ну как же, — парень ухмыльнулся криво. — Продолжить карьеру. Записать этот альбом, над которым я сейчас работаю. Вы не удержались на вершине — и теперь вам невыносимо видеть, как кто-то другой воплощает ваши мечты.

Мечты?

Яр нахмурился, поглядел на парнишку внимательнее. Чего он, сериалов пересмотрел? Или это теперь часть сценического образа. С Караваева сталось бы — написать бедолаге скрипт!

— Артем, меня пригласили, помнится, чтобы обсудить с вами аранжировку этого самого альбома, над которым вы сейчас работаете, — напомнил он, давя желание спросить — кто писал нелепую речь, которую он сейчас услышал.

— Аранжировка никуда не сбежит, — развязно заявил новый Тенгфей, откидываясь на спинку диванчика. — Для начала мне хотелось бы понять, с кем придется работать.

— Со мной, — вздохнул Яр.

Покрутил чашку. Остыл чай! Подумав, поднялся, добавил немного горячего кипятка. Как там говорил Цинковский — чужая суета не должна поколебать твое душевное равновесие? Иначе грош цена твоему равновесию. Можно считать этот нелепый разговор внеочередной тренировкой.

— Нервничаете, — хмыкнул Артем.

— И что, если даже так? — Яр склонил голову набок.

В конце концов, если так подумать. Чужая придурь — это даже любопытно. В какой-то мере. Любопытные комплексы обнаружились у новой звезды! Спасибо, торчать в Питере придется не дольше трех-четырех дней.

— Ну что, как процесс? — появился Караваев.

— Пока никак, — отчитался Яр, опередив своего визави. — К конкретным вопросам так пока и не перешли, — он принялся выкладывать папки. — Извините, Павел Романович. Я после перелета чуть туплю, — прибавил, чуть улыбнувшись. — Собственно, — он открыл одну из папок. — Артем, я получил материалы еще в Красноярске. Набросал кое-что. Взгляните, что вам самому кажется ближе, — и подвинул листы парню.

Тот поджал губы, но принялся просматривать.

Ну, не безнадежен, — решил для себя Яр. Чуть не закатил истерику на ровном месте с ничего — но собрался. Пусть даже и после прихода продюсера. Какой-никакой профессионализм имеется. Пожалуй, работать можно.

— У вас возникли разногласия с Артемом? — полюбопытствовал Караваев, когда они остались с Яром вдвоем.

— Скорее, недопонимание, — хмыкнул парень. — Артем почему-то решил, что я должен непременно испытывать острую неприязнь к нему.

— А это не так? — продюсер приподнял брови.

— Павел Романович, ну вы-то куда? — возмутился бывший айдол. — Ладно Артем — у него гастроли, выступления. Нервы ни к черту. Звезде по штату положено быть капризной, мнительной и истеричной. Но вы-то продюсер, откуда такие мысли? Нахрена я тогда приехал бы сюда?

— За деньгами.

— Я не настолько оголодал. Если бы ваш новый Тенгфей и правда нервировал меня так, как он себе воображает — я б просто послал вас к черту, едва вы позвонили.

— А вы повзрослели, Ярослав, — хмыкнул с удивлением тот. — Знаете, я ожидал скандалов, попыток качать права еще тогда, летом. Вы на удивление зрело приняли… ситуацию. И сейчас продолжаете вести себя, как адекватный человек.

— Спасибо, Павел Романович, — Яр откашлялся. — Неожиданно.

Вот же погань! Вроде и похвалил — а ощущение такое, будто походя в грязь макнул. Адекватный человек, повзрослел. Настолько, что не стал создавать проблем и лишних расходов. Оскорбительно, если так посмотреть!

Да плевать на них. Надоест — пошлет к черту всех, только и проблем.

— Что думаете об Артеме? — неожиданно поинтересовался Караваев.

— В смысле? — удивился Яр.

— О его имидже, образе, — пояснил продюсер. — Вообще, как он держится. Что бы вот вы, как… бывший Тенгфей, ему посоветовали? Вот в целом.

— В целом — нормально он держится, — бывший айдол пожал плечами. — Ну, немного нервный. Немного мнительный — если это не вы скрипт ему писали под то, что он мне выкатил. Возможно, немного усталый — я слышал, у него плотный график, уже откатал гастрольный тур, и впереди новый. Держится нормально. Стиль, имидж — в принципе, рядовой фанат может и не отличить нового исполнителя от прежнего.

— И что, вас это совсем не коробит?

Яр развел руками. Вот с чего бы? Складывалось ощущение, что Караваев добивается от него какой-то особой реакции.

— Ну что ж. Не коробит — и отлично! — тот хлопнул ладонью по столу. — Тогда к делу.

Ну, наконец-то! Следующую пару часов они увлеченно обсуждали репертуар. Выбор Артема продюсер забраковал. И Яр подозревал, что завтра Артем обвинит в этом не продюсера, а его.

Впрочем… кажется, терпеть истерики и закидоны звезды — это часть работы обслуживающего персонала. А он, Яр, теперь — именно обслуживающий персонал. Стоит заранее смириться с неудобствами.

Зато платят нормально!

Сообщение в мессенджере от Ольги оказалось неожиданным.

Яр сидел в кафетерии при гостинице и ужинал, когда телефон звякнул. Кинул взгляд — новое сообщение в Альте. Он почти и не пользовался этим мессенджером! Был зарегистрирован в нем — но и только. Там знакомых-то никого почти не было.

Номер незнакомый.

Открыл аватарку и рассмеялся негромко. Ольга! Ее лицо он запомнил. Тот же отстраненный взгляд, строгая прическа.

«Здравствуйте, Ярослав. Простите, что врываюсь через личные сообщения. Если это неуместно — вы можете просто проигнорировать это сообщение. Я знаю, что вы сейчас в Петербурге. Хотела спросить, как у вас дела. Всё ли в порядке».

— Мать моя женщина, сколько реверансов и такта! — вслух восхитился Яр.

«Рад вашему сообщению, — поневоле он скопировал ее стиль. — У меня всё отлично, только по вечерам скучновато. Все знакомые заняты, ужинаю в одиночестве. Так что я вам благодарен, что вспомнили обо мне».

В ответ почти тут же прилетел улыбающийся смайлик.

Батюшки! Она способна и изъясняться высоким штилем, и тут же смайлики кидать.

Бывший айдол отправил в ответ поцелуй и розу. И стал ждать ответа, забыв про стынущий на тарелке теплый салат. Опомнился, только когда стейк принесли. Тут и новое сообщение подоспело.

«Уже виделись с новым Тенгфеем?»