— Мехмед-бей, я никогда не был в Истанбуле. Вы знаете, где здесь хорошо кормят?
— Конечно знаю, Хасан-бей! Здесь, неподалеку от порта, есть три хорошие мейхане!
— Предлагаю всей командой отправиться туда и найти достойное применение тем деньгам, которые вы выиграли. Вы и Бахир, как выигравшие спор, идете в любом случае. На борту остаются трое из проигравших. Кто именно — пусть сами решат. Но мы им обязательно прихватим что-нибудь с праздничного стола. Согласны?
Разумеется, несогласных не было, и все шумно выразили свое одобрение действиями вновь назначенного начальства. Вскоре команда «Кирлангич» отправилась на берег, предвкушая радости жизни, а трое неудачников остались охранять судно и груз. Пусть подумают на досуге о том, что нельзя полагаться на одну лишь внешность. Она бывает обманчива, и форма не всегда соответствует содержанию.
Едва Иван ступил на пристань, его тут же охватила толчея и шум большого портового города. Вокруг было настоящее вавилонское столпотворение и разноязычный гомон не умолкал. Все же Османская империя была многонациональным государством, поэтому в ее столице можно было встретить кого угодно. Боцман Мехмед, как хорошо знающий местные порядки и до этого много раз бывавший в Истанбуле, сразу же направился по известному ему адресу, ведя за собой остальных. Иван с интересом поглядывал по сторонам. Пока что портовая часть города мало отличалась от Кафы и Керчи, разве что народу гораздо больше. Если будет возможность, надо бы выбраться в богатые кварталы города и там все осмотреть. Но не сегодня. Сегодня намечен «праздник живота» для всей команды, и если только он исчезнет, то этого не поймут. А шататься глубокой ночью по городу и искать приключения на свою голову все же не стоит. Хоть местные любители чужого добра для него и не опасны, но привлекать к себе внимание нельзя ни в коем случае. Как среди властей, так и среди собственной команды. В конце концов, кто он для всех? Ставленник хозяина, обученный многим премудростям как в морском, так и в торговом деле, а не лазутчик-одиночка, разгуливающий по вражеским тылам. Вот и не надо выходить из образа.
По дороге попалось много интересного. Богатые лавки, торгующие одеждой, посудой, ювелирными украшениями и много чем еще, а также многочисленные мелкие харчевни, возле которых крутились зазывалы, прошли не останавливаясь, Но вот в попавшуюся по дороге оружейную лавку заглянули по настоянию Ивана. Поскольку его испанский штуцер остался дома в Черкасске, ему очень хотелось иметь на борту «Кирлангич» высокоточное оружие, которое может одним выстрелом с дальней дистанции решить важный вопрос. Да и хорошую саблю надо приобрести. В Керчи втридорога он ничего покупать не стал, послушав советов капитана и боцмана, утверждавших, что в Истанбуле качественный товар можно взять гораздо дешевле. И теперь, оказавшись в царстве смертоносного сверкающего и вороненного металла, понял, что его не обманули. Здесь действительно было, что выбрать!
Матросы остались на улице, а в лавку Иван зашел вместе с боцманом, который тоже вроде бы проявил интерес. Но Иван догадывался, что Мехмед на самом деле хочет выяснить, насколько его новое начальство разбирается в оружии. Разговор с хозяином лавки начался по привычной схеме. Увидев юношу в богатой одежде, и посчитав, что его можно запросто «обуть в лапти», турок начал рассыпаться в любезностях, предлагая и расхваливая разнообразные богато украшенные «висюльки», коих у него хватало. На Иван тут же оборвал его красноречие.
— Уважаемый, мне не нужны кухонные ножи в оправе из золота и камней. Мало того, что они очень дороги, так ими еще и неудобно резать хлеб и мясо. Уж очень длинные.
— Помилуйте, бей-эфенди, какие кухонные ножи?! Ведь это настоящий «дамасск»!
— Настоящий «дамасск»? А Вы поставите сотню золотых султани на то, что этот так называемый «дамасск» разрубит гвоздь и не зазубрится? Я поставлю против.
— Хм-м… Бей-эфенди, но что конкретно Вам нужно?
— Мне нужно боевое оружие. Именно боевое, а не эти разукрашенные побрякушки.
— Есть у меня кое-что из настоящего. Не знаю только, понравится ли Вам…
С этими словами хозяин вытащил откуда-то из-под прилавка несколько простых с виду клинков, лишенных каких бы то ни было украшений. Но Иван, едва взяв один из них в руки, сразу же понял, что перед ним настоящее оружие воина. Перепробовав все, выбрал тот, что оказался по руке. Мехмед, подключившийся в разговору, тоже признал, что клинок стоящий. Но дальнейший вопрос Ивана поставил его в тупик. Впрочем, как и хозяина лавки.
— У Вас есть нарезные ружья из Русской Америки?
— Откуда?! Что Вы, бей-эфенди, такого Вы здесь нигде не найдете! Есть хорошее испанское оружие, изготовленное с применением секретов казенного оружейного завода «Меркель» в Русской Америке. Или, как говорят в Испании, «по лицензии». Оружие самого «Меркеля» в Старый Свет если и попадает, то в единичных экземплярах, добытых по случаю. К тому же, везти его просто нет смысла. Оно использует очень специфические заряды — так называемые унитарные патроны, выпуск которых в Старом Свете так и не смогли наладить. Лично я не знаю никого в Истанбуле, кто бы торговал таким оружием. А вот лицензионное испанское у меня есть! Вас интересуют именно нарезные ружья?
— Да.
— Есть очень интересные испанские штуцеры. Новинка! Но использует обычный порох и свинцовые пули, которые можно отливать самому. Вот, смотрите!
И тут перед Иваном появилось нечто. Такое, чего он никогда раньше не видел. Ружье с длинным нарезным стволом, но при этом выполненное не как единое целое, а из трех частей — самого ствола с расположенным на нем прицелом необычного вида, приклада и цевья, охватывающего ствол снизу. Качество изготовления деталей и их подгонка были само совершенство. Причем, как и на его первом штуцере, на этом вообще отсутствовали какие-либо украшения. Но самое интересное заключалось в другом. Здесь не требовалось после каждого выстрела заколачивать пулю в ствол. Заряжание производилось с казенной части, куда вставлялась предварительно снаряженная пулей и порохом сменная камора, размеры которой были очень точно подогнаны по стволу. В комплекте к штуцеру шло два десятка сменных камор, специальный кожаный пояс с удобными карманами под каморы, пулелейка и мерка пороха. Иными словами, оружие давало возможность быстро сделать двадцать выстрелов с высокой точностью на дальней дистанции, поскольку скорость перезарядки нового штуцера не шла ни в какое сравнение с обычными дульнозарядными ружьями, не говоря о старых «классических» штуцерах. Единственным недостатком этой удивительной конструкции была цена. Для массового оружия просто запредельная, поэтому о вооружении такими штуцерами регулярной армии и речи не было. Разве что для отдельных хороших стрелков — одного на сотню, но это если «наверху» согласятся раскошелиться. Пока же позволить себе такое оружие мог только достаточно состоятельный человек частным порядком.
Внимательно изучив оружие и выяснив о нем как можно больше, Иван изъявил готовность купить новинку. Поторговавшись, даже несколько сбил цену (от которой у Мехмеда глаза на лоб полезли), но предупредил, что заберет покупку на обратном пути, а сейчас оставит задаток. Если появиться в мейхане с саблей считалось в порядке вещей, то вот длинноствольный штуцер смотрелся бы нелепо. Может ничего и не сказали бы, но зачем лишнее внимание привлекать?
Когда вышли на улицу, Мехмед искренне удивился.
— Хасан-бей, а Вы хорошо разбираетесь в оружии!
— А что делать, Мехмед-бей? Если живешь в Азове, под стенами которого то и дело рыщут эти проклятые казаки, то вопрос хорошего умения владеть оружием становится одним из главных. Можете за меня не волноваться, если возникнет опасная ситуация. Лучше скажите, далеко ли еще идти?
— Нет, совсем рядом!
Заведение, о котором говорил боцман, действительно оказалось недалеко, и вскоре команда «Кирлангич» шумной компанией ввалилась внутрь, заняв сразу два больших стола. Хозяин харчевни узнав, что предстоит крупный заказ, тут же засуетился и стал подгонять своих работников. Матросы пока что строили планы посещения борделя после праздничного ужина, а Иван решил послушать, о чем говорят за соседним столом, ибо по доносившимся фразам понял, что там обсуждают что-то значительно более интересное, чем прелести местных блудниц. И оказался прав. Рядом трапезничала компания военных моряков, обсуждая при этом события своего недавнего похода. Суть была в том, что проклятые гяуры окончательно обнаглели, нападая на корабли правоверных чуть ли не на виду у крепостей, прикрывающих порты. А это значит, что разведка у них налажена отменно, и там знают, когда, кого и где надо встретить. Если раньше корабли гяуров действовали поодиночке, и их можно было сравнительно легко если не уничтожить, то хотя бы отогнать превосходящими силами, то теперь они собираются группами, переняв тактику уничтоженных ранее пиратов Карибского моря. Недавняя их выходка вообще затмила все остальное. Если раньше грабежам подвергались исключительно купеческие корабли в море, то порядка двух месяцев назад эти нечестивцы напали на рейд в Смирне, собрав целую эскадру из девяти кораблей и разграбив всех стоявших там купцов! Причем очень точно подгадав время — незадолго до того, как почти полностью загруженный караван собирался выходить! Иными словами, они дьявольски точно подгадали время, и списать подобное на случайность никак нельзя. А это значит, что пираты заранее получили необходимые сведения из Смирны. Хорошо, хоть в город не сунулись. Видно, все же решили не связываться с крупным гарнизоном. А вот достаточных сил военного флота, чтобы отразить нападение, в этот момент в Смирне как раз и не оказалось. Находившиеся там четыре галеры сами стали легкой добычей наглых налетчиков, и они увели их вместе с собой. Чему немало способствовали гребцы-невольники, мгновенно сориентировавшиеся в обстановке. Крепостная артиллерия ничем не смогла помочь, поскольку пираты напали ночью, и в ходе абордажного боя на рейде ей бы пришлось палить наугад, в том числе и по своим. А когда рассвело, налетчики уже уходили, уводя с собой четыре военные галеры и шестерых купцов с ценным грузом. Остальных просто разграбили и сожгли на рейде. Канонирам же, наблюдавшим за уходящими кораблями с крепостных стен, удалось дать всего один залп с предельной дистанции, не причинивший никакого вреда, а после этого оставалось лишь слать проклятия на головы мерзавцев, поскольку стрельба стала бесполезной тратой пороха и ядер. Когда в Смирну прибыла мощная османская эскадра, пиратов уже и след простыл. Правда, удалось кое-что узнать о нападении. Налетом на Смирну командовал, скорее всего, пират Черная Борода. Раньше только он нес на гафеле своего корабля черный флаг с белым черепом и скрещенными костями. Теперь же такие флаги несли все корабли, в лучах восходящего солнца их удалось хорошо рассмотреть. Откуда взялся этот человек, каковы его национальность и настоящее имя, никто не знал. Все говорили лишь о большой черной бороде, из-за которой удачливый пират и получил свое прозвище. Оставалось неясным также место его базирования, и где он сбывает награбленное. Черная Борода появлялся из ниоткуда, захватывал богатую добычу, и исчезал без следа.