Между тем, ситуация вокруг несколько изменилась. Четыре шебеки (явно пиратские), стоявшие на рейде дальше всех от берега, обрубили якорные канаты и попытались уйти от города к восточному берегу бухты. «Синоп» их какое-то время игнорировал. Но едва они изменили курс на север, попытавшись прорваться в море, на «Синопе» громыхнули молчавшие до этого пушки небольшого калибра. Вокруг головной шебеки поднялись фонтаны воды, а одна бомба все же угодила в корпус. Взрыв, летят во все стороны деревянные обломки, и пиратский корабль сразу же начал тонуть, не продержавшись на воде и минуты. Остальные трое попытались повернуть обратно, но это их не спасло. Последующие три залпа отправили их на дно Алжирской бухты, оставив на ее поверхности лишь груды обломков да немногих уцелевших, вцепившихся в эти обломки, чтобы не утонуть. Иван мрачно прокомментировал происходящее.
— Ну и как, есть еще желающие прорваться в море? Обратите внимание, что этот корабль справился сам, не отвлекаясь от обстрела крепости! Причем стрелял с огромной дистанции и попадал. А на выходе из бухты еще целая эскадра из двенадцати вымпелов стоит. И до них эти четверо даже не дошли.
— Но что же делать, Хасан-бей?!
— Пока что ничего не делать. Тринидадцы — а это именно они, если верить флагу, ясно дали понять — они не собираются разрушать город и топить корабли, стоящие на рейде. Иначе бы сюда зашли еще один-два корабля поменьше, и пока этот «Синоп» «трамбует» крепость, занялись бы нами. Но они этого не сделали. Лишь предупредили таким образом, чтобы не вздумали оказывать сопротивление. До умных дойдет быстро, а дураков не жалко. Если тринидадцы не уйдут после окончания бомбардировки, а я уверен, что не уйдут, иначе не стоило тащить с собой еще двенадцать кораблей, когда и один справился, то они должны высадить десант для захвата города. Когда все успокоится, я отправлюсь на берег и все разузнаю. Всем остальным находиться на борту и ждать моего возвращения.
— А Давут?!
— Если сумеют уцелеть в этом аду — значит вернутся. Если нет — значит нет. В любом случае, мы будем стоять до захода солнца, как и договаривались. А ценность тех сведений, которые наши разведчики сумели добыть до прихода тринидадцев, уже невелика. Расклад поменялся полностью, и алжирский дей Ахмед бен Али отныне никто. И что теперь будет в Алжире, ведомо лишь Аллаху.
— Но ведь Вы не знаете арабского, Хасан-бей! Как Вы будете обходиться без него на берегу?
— А он мне сейчас и не потребуется. Там будет такое вавилонское столпотворение, что никто из тринидадцев не станет разбираться где араб, а где осман. Для них мы все одинаковы. К тому же, я хорошо знаю французский, и вполне смогу выдать себя за сбежавшего в ходе боя пленного франка-полукровку.
— Может все же возьмете кого-нибудь с собой? Как идти одному на такое дело?
— Нет. Вы мне можете помочь лишь тем, если будете сидеть на борту и держать «Аль Ясат» готовой к выходу. Как стемнеет, попытаемся уйти вдоль берега. Осадка у нас небольшая, так что, если Аллах смилостивится, сможем пройти в темноте под самым берегом на выход из бухты. Если во время моего отсутствия появятся тринидадцы, говорите то же, что и раньше. Мы — купеческий корабль из Скикды, идем в Танжер за товаром. Брать у нас все равно толком нечего. Груза на борту нет, а все деньги у хозяйского сынка, то есть у меня. Который еще вчера вечером на берег уехал, и где его сейчас носит, одному шайтану известно. Но если все же начнут грабить — не сопротивляйтесь, отдайте все. Надо полностью соответствовать образу…
— О, Аллах, что это?!
Бахир, как один из самых глазастых, заметил что-то вдали и тыкал пальцем. Все посмотрели в указанном направлении и тут Иван понял, что чудеса на сегодня еще не закончились. Во время бомбардировки крепости взгляды всех были прикованы к «Синопу» и стоявшей на выходе эскадре. Никто не смотрел в противоположную сторону. Что там может быть, кроме пустыни и кочевников-берберов? Тем более, началось все еще в темноте. И вот теперь, когда окончательно рассвело, команда «Аль Ясат» стала свидетелем удивительного зрелища. С юго-запада, со стороны африканского материка, приближалось еще одно нечто. И это нечто летело высоко в небе! Иван схватил бинокль и постарался получше разглядеть незнакомца. Вскоре никаких сомнений не осталось — перед ним был летающий корабль. Значит те слухи, которые зачастую воспринимались, как рассказы сильно перебравших «очевидцев», оказались правдой. И у Русской Америки есть свой воздушный флот! Но что же этот корабль будет делать? Очевидно, он специально зашел со стороны суши, а не с моря, так как тринидадцы хорошо понимали — внимание всех будет обращено на «Синоп». Мало кто захочет специально смотреть в противоположную сторону, да еще и выискивать что-то в ночном небе. Ведь время для нанесения удара выбрано очень удачно — на рассвете, когда темнота еще скрывает западную часть горизонта. И если летающий корабль появился именно сейчас, то значит грядет какая-то очередная пакость алжирскому дею. Но какая именно? Гадать бесполезно, поскольку опыта применения летающих кораблей ни у кого здесь нет. Интересно…
Между тем, операция тринидадцев по наведению порядка в Алжире вступила в новую фазу. «Синоп» еще продолжал обстрел крепости, хотя интенсивность его огня заметно снизилась, как в бухту начала входить эскадра, закрывающая до этого выход в море. Шесть кораблей представляли из себя обычные парусные фрегаты, как позже оказалось — испанские. Но корабли крупные и хорошо вооруженные, что было заметно по числу и калибру орудий, а также построенные под влиянием тринидадской кораблестроительной школы. Обводы острые, высота кормовой надстройки сильно уменьшена, какие-либо украшения на корпусе отсутствуют. А вот шесть других заинтересовали всех гораздо больше. Три — вроде бы обычные четырехмачтовые парусники, только очень большие, и весь их вид укладывался в схему «ничего лишнего». Один лишь корпус без какого-либо намека на сильно развитую кормовую надстройку, четыре мачты с хорошо развитым парусным вооружением, и две высоких трубы между мачтами. И все. Какого-либо вооружения не видно. Во всяком случае, орудийных портов в бортах нет. Похоже, это «купцы», привлеченные для перевозки десанта. А вот два других, как два брата-близнеца, хоть по внешнему виду и напоминают «купцов», но это явно боевые корабли. Корпуса длинные и имеют острые обводы, но также имеются три мачты с хорошо развитым парусным вооружением, в данный момент не используемым. Между мачтами по две дымящих трубы, как и на «купцах». Орудийных портов в бортах их привычном понимании нет. Но есть какие-то выступы, из которых торчат очень длинные стволы орудий. Сколько их — сосчитать пока сложно, ракурс неудобный. Похоже, именно такой фрегат «Дмитрий Донской» разбил английский флот два года назад, о чем рассказывал Корнилий Яковлев. А вот оставшийся корабль явно был из того же роду-племени, что и «Синоп», хотя по внешнему виду сильно от него отличался. Корпус длинный, но значительно уже, рангоута фактически нет. Лишь одна невысокая хлипкая мачта, пригодная разве что для подъема флагов. Надстроек тоже очень мало. На носу и на корме по две квадратных плоских двухорудийных башни, как на «Синопе», только калибр орудий гораздо меньше. Расположены по такой же схеме — две на палубе, две чуть выше следом за ними. Итого восемь орудий, способных вести огонь на оба борта. Больше никакого вооружения не заметно. За второй орудийной башней со стороны носа еще одна башня, но орудий в ней нет. Похоже, это обычная надстройка. Две трубы, из которых идет дым. За второй трубой какая-то непонятная конструкция, отдаленно напоминающая колодезный журавль, только короче и гораздо массивнее. Для чего она — непонятно. На «Синопе» такого нет, у него в этом месте еще одна мачта стоит. На палубе между второй и третьей орудийными башнями по бортам еще какие-то небольшие пушки видны, но калибр вообще несерьезный. Этот корабль на большой скорости первым вошел в бухту, остановившись неподалеку от «Синопа», и направив свои орудия на город. Удалось его как следует рассмотреть и сравнить обоих. Если провести аналогию с хищниками, то «Синоп» напоминал медведя. Огромного, сильного, массивного и внешне неповоротливого увальня. А вот второй корабль, на борту которого золотыми буквами было нанесено название «Варяг», больше напоминал рысь. Легкую, грациозную, стремительную, но от этого не менее опасную. Очевидно, и задачи у этих кораблей совершенно разные. «Синоп» перемалывает в труху своей мощной артиллерией все, до чего сможет дотянуться. Что на суше, что на море, ему без разницы. А вот «Варяг» похоже, чисто морской охотник на корабли противника. Калибр его орудий небольшой, и для обстрела прочных береговых укреплений из камня явно недостаточный. Но, очевидно, вполне достаточный для того, чтобы разносить на дрова самые мощные двух и трехдечные линейные корабли, какие есть на сегодняшний день во всех европейских флотах. И если здесь появилась эта парочка, да еще в компании с фрегатами, способными ходить без парусов, то это значит, что Русская Америка всерьез заинтересовалась Средиземноморьем. А если еще учитывать испанский интерес в этом деле, то и подавно. Грядут события, в результате которых политическая карта Средиземноморья изменится очень сильно. И получается, что захват испанского галеона «Сантиссимо Сакраменто» — всего лишь повод, а не причина. За неделю с момента захвата такие силы вторжения не собрать и операцию по сокрушительному разгрому врага в его собственном логове не разработать. Ведь обязательно нужно провести разведку до того, как штурмовать город. Получается, тринидадцы и испанцы подготовились заранее, и ударили в наиболее благоприятный момент? Не было бы этого галеона, нашлось бы что-то другое. Поводов хватало. Пираты алжирского дея сами очень постарались, давая такие поводы с завидной регулярностью.